Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 66 из 84

— Сегодня в восемь вечера. Нам срочно нужен план. Импровизация — это, конечно, хорошо, но…

— План будет, не волнуйся, — перебил Макс и задумчиво запустил пятерню в волосы.

Безымянный нижний мир

Евангелика лежала на холодных камнях, её губы на мгновенье расплылись в улыбке, когда она поняла, что им всё-таки удалось увлечь Хозяина наказанием настолько, что отец смог снять с нее клятву, и теперь она свободна. Тело, распоротое тонкими плетьми, ныло неимоверно, она сменила человечески облик на истинный, но заживление шло очень медленно, забирая остатки и без того ничтожного количества магической силы.

Вспомнив, куда и зачем Хозяин отправил отца, Ева глубоко вздохнула — только бы Ванда не подвела. Ева искренне надеялась, что Заклинатели и в это раз помешают поглотить мир.

Сил встать не было, ползти тоже. Хотелось просто закрыть глаза и умереть. Слезы обиды, унижения, бессилия и переживаний за мир Цветочный фей душили демонтессу. Лёжа на мёртвой земле, она положила голову на руки, старясь не привлекать внимание Хозяина. Гул и пронизывающий ветер, закручивавший в вихре песок вперемешку с мелкими камешками, иногда касался открытых ран, отчего они ныли ещё сильнее.

Чёрный камень размеренно и тяжело раскачивался на цепях. Изредка из него сочилась тёмная густая жидкость, собираясь тягучими каплями, опускавшимися на землю и ползшими к древам смерти. На очередной, уже сочный и громкий хлюпающий звук, Евангелика подняла голову и взглянула на Хозяина — смолянисто чёрная большая клякса медленно поползла в её сторону. Ева попыталась подняться или хотя бы перевернуться и отползти, но изнеможённое тело отказывалось ей повиноваться. Когда мерзкая клякса приблизилась к лицу демонтессы, она зажмурилась, представляя мучительный исход, однако открывшаяся воронка и появившиеся из неё отец и его спутница отвлекли мерзкое пятно.

Хаотичный рой едва коснулся ее щеки, но сразу же направился к камню и принял человеческие очертания. Затем, словно получив разрешение, чёрная стая полностью окутала камень, превратив его в нечто огромное и движущееся. Камень затрещал, завыл, выматывая последние силы, заскрежетал цепями, высасывая магию, собранную Мастером, погубившим ещё один мир.

Смотреть на это жуткое зрелище Ева не могла. Понимая, ради чего отец сделал это, она, закусив опухшие губы, ненавидела себя и его — лучше смерть, чем выполнять такой приказ. Но больше всего она ненавидела тартов камень.

Наконец, наступила тишина, ветер резко прекратился, гомункулусы, осушённые до дна, как и Мастер, упали замертво. Лишь звук расколовшегося камня, все ещё окольцованного цепями и медленно покачивавшегося, обратил на себя внимание демонтессы и Маурики. Зияющая глубокая трещина не на шутку испугала обеих. Они, как зачарованные, смотрели на неровную ломанную линию, быстро делившую камень на две половинки, будто раскололся орех.

Наконец, две части чёрного камня с оглушительным грохотом упали и рассыпались на острые булыжники, подняв тучу серой пыли, приглушившей звон уже ненужных цепей.

Спустя сиг серость немного осела. На месте чёрного камня проступали очертания высокой фигуры. Она недвижно стояла среди обломков. Маурика и Евангелика пытались разглядеть ее, но ничего, кроме черноты, напоминавшей человеческий силуэт, не видели.

— Приведи остальных Высших! — прозвучал приказ.

И Маурика исчезла в воронке.

Земля, г. Ялта. Наше время

Обсудив план за сытным обедом, в очередной раз приготовленный Валерией, каждый занялся своими делами. Лера с Аурелиусом и Вандой принялись изучать браслет, штудируя книги, прихваченные эльфом из библиотеки Королевства Утреней Росы. Он очень сочувствовал Ванде, поэтому всячески поддерживал и успокаивал фею, когда она вспоминала, какая участь постигла ее родной мир.

Лера же считала, что только работа или какое-нибудь важное дело могут заглушить боль утраты, и потому нагружала Ванду заданиями, засыпала вопросами и подбрасывала идеи, как открыть браслет, даже если они казались совершенно безумными и невероятными. Магия, она ведь не подчиняется законам логики. И девушка не давала продыху ни фее, ни эльфийскому Заклинателю. Изредка она задумчиво поглядывала на Аурелиуса, ей казалось, что всего за день на земле он очень изменился. Вернее, изменилось его отношение к людям: он стал более сговорчив, от него больше не веяло равнодушием и холодом. Скорее, наоборот — он старался участвовать во всем и поддакивал даже самым, казалось бы, бредовым идеям.

Тар решил посетить отчий дом и разведать обстановку.

Макс, поглощённый собственными мыслями, отправился к своему водяному другу.

Волшебное озеро Ааруса

Аарус лежал на дне озёра, размерено дыша. Хоть он и мог находиться под водой очень долго, но, благодаря постоянным тренировкам, это время значительно увеличилось. Дракон услышал призыв и, недовольно вздохнув, медленно поднялся к поверхности.

— Привет, Аарус, — сидя на одном из валунов и что-то рисуя на песке палкой, Макс даже не поднял на дракона взгляд.

— Здравствуй, мой юный друг. Ты встревожен… что произошло? — протянул Аарус и разлёгся на песке. Шипастый длинный хвост по привычке вспенивал озёрные воды.