Страница 3 из 4
– Сьюзи, как ты могла явиться на собрание и притвориться мной? Как ты могла соврать мне о том, когда оно начнётся? Теперь я не могу пойти туда. Мне придётся позвонить и извиниться за твоё поведение, и, возможно, меня исключат из клуба!
– Мы не возражаем против того, чтобы написать им и извиниться, – сказала Сьюзи. – Я не против написать дюжину извинений – оно того стоило: явиться на собрание без приглашения и всех обмануть. А Бинки так вовремя подоспела с водой!
– И никто не понял, что ты – это не я? – недоумевал Джек.
– Один только Скампер догадался. Он рычал, как дикий зверь, – ответила Сьюзи. – Ой, меня просто распирает от смеха! Бинки, ты могла представить, что нам так пригодится ведро с водой?
Джек был страшно зол и разочарован. Он очень ждал этого собрания. А теперь он никак не может пойти на него. Мальчик вышел из комнаты и направился к телефону, чтобы извиниться за Сьюзи, но только он собрался поднять трубку, как раздался звонок. Это была Джанет.
– Джек? Джек, это действительно ты, а не Сьюзи? – услышал он взволнованный голос Джанет. – Я просто хочу сказать, что сегодня собрания не будет – мы все порядком вымокли. Думаю, Сьюзи тебе обо всём рассказала. Нет, не надо за неё извиняться – ты не виноват. Но Питер просил передать, что собрание переносится на завтра. Ты придёшь?
– Да, обязательно! Мне ужасно этого хочется, – признался Джек. – Огромное спасибо. Я как раз собирался позвонить Питеру и рад, что ты меня опередила. Нет, разумеется, я ничего не скажу Сьюзи о завтрашнем собрании. Но почему вы не продолжили собрание сегодня?
– Мы для этого слишком мокрые и злые, – ответила Джанет. – Ну, до завтра. До свидания!
Так что на следующий день вечером «Секретная семёрка» снова встретилась в сарае. На этот раз Скампер и не думал рычать, потому что на собрании присутствовал действительно Джек, а не Сьюзи. Все суетились вокруг него, поскольку он чувствовал себя очень неловко из-за того, что вчера вытворила его сестра.
– Да ладно, Джек, развеселись хоть немного, – тепло сказала ему Пэм. – У всей этой истории есть и забавная сторона.
– Правда? А я её что-то не заметил, – возразил Питер. – Но давайте всё-таки начнём. Скампер, будь добр, навостри уши и лови каждый звук, который раздастся снаружи.
Скампер тут же пошёл к двери и насторожённо склонил голову набок. Теперь никто не мог даже проползти рядом с сараем. Скампер способен был услышать даже жука, бежавшего по дорожке, что вела к сараю!
Собрание проходило вполне благополучно. Шоколадное печенье имело большой успех. Его было так много, что каждому досталось, по крайней мере, по шесть штук, и Скапмер тоже получил очень щедрое угощение. Он проглотил печенье, не отходя от двери, твёрдо намеренный не подпустить к месту собрания никого из тех, чей голос или звук шагов были непривычны его уху.
– А теперь, – сказал Питер, когда печенье было съедено, а лимонад выпит, – теперь, если наше общество собирается благополучно существовать и дальше, нам нужно придумать, чем заняться.
– Давайте помогать кому-нибудь, – предложила Пэм. – Мама говорит, что мы должны оказывать помощь какой-нибудь благотворительной организации, если у нас нет очередного дела. Она говорит, глупо состоять в обществе, члены которого всего лишь устраивают собрания, едят и ведут разговоры.
– Ну и как вам это нравится? – возмутилась Джанет. – Мы тут горы ворочаем – чего только не делаем! Помогаем людям – разгадываем тайны! Недавно нашли человека, воровавшего собак, того самого, который украл Тень, овчарку пастуха, и Скампера он украл, и…
– Хорошо-хорошо, – перебила её Пэм. – Мне всё это известно. Я лишь рассказываю о том, что говорит моя мама.
– Вообще-то это здорово – иметь какую-то цель, какой-то интерес, – сказала Барбара. – Что-то такое, над чем можно ломать голову. Вспомните только о наших приключениях! А теперь мы сидим здесь, поедая всё больше и больше печенья. Такое впечатление, что у нас нет человека с мозгами.
Питер выслушал её и нахмурился:
– А ведь Барбара права, – сказал он. – Мы должны придумать себе дело. Мозгов на это у нас хватит, мы это знаем. Так есть у кого-нибудь идеи?
Наступило долгое молчание.
– Мне по приказу никогда ничего хорошего не приходит в голову, – пожаловалась Джанет. – Лучшие свои идеи я не придумываю – они приходят как озарение.
– Не знает ли кто о какой-нибудь тайне, которую мы можем попытаться разгадать? – спросил Джордж. – Или о ком-то, кому мы можем чем-нибудь помочь?
– Ну, что касается меня, то я знаю только об одной тайне: можно выяснить, кто привязал кресло нашего директора прямо посередине флагштока, – усмехнулся Колин. – Оно так по-идиотски смотрелось там в прошлую среду.
– Пустое дело – решать такую глупую тайну, – возразила ему Пэм. – На самом-то деле я ни капли не удивлюсь, если выяснится, что это опять проделка ужасной Сьюзи, которая привязала его с помощью своей подружки Бинки.
Слова Пэм рассмешили всех, даже Джека. А потом после короткого молчания заговорил Колин:
– Э… я тут кое о чём подумал. Хотя, боюсь, идея так себе. Что, если попробовать вернуть генералу Брэнксэму его медали? Их у него, как вы знаете, украли.
Все с удивлением уставились на Колина.
– Но как мы можем сделать это? – спросил Джордж. – Даже полиция не знает, кто их украл и где они находятся.
– Этот генерал – мой сосед, – ответил Колин. – Он очень старый, и его медали много для него значат. И… э-э… вчера я слышал, как он рассказывал о них кому-то в своём саду, который находится по соседству с нашим. И это было ужасно, потому что по его лицу всё время текли слёзы.
Потрясённые, ребята замолчали: взрослые редко когда плачут, а военные – никогда. И тем не менее генерал плакал. Как он, должно быть, несчастен!
Никто толком не знал, что сказать. Молчание нарушал лишь жалобный вой Скампера – тот не мог понять, почему ребята неожиданно так надолго притихли.
– Всё в порядке, Скампер. Мы просто размышляем об одном очень важном деле, – стала утешать спаниеля Джанет, гладя его шелковистую голову. – Мы думаем о человеке, который плакал, а собакам этого не понять. Животные плакать не умеют.
Скампер снова завыл, словно был не согласен с Джанет. И тут в разговор вступил Джордж:
– А правительство не может возместить генералу его медали?
– Разумеется, нет, – ответил Колин. – К тому же некоторыми медалями его наградили в других странах. Он был очень храбрым человеком, вам всем об этом известно. И мне больно видеть, как он плачет. Думаю, можно сказать, вор украл не только медали, но и его воспоминания. Надеюсь, вы понимаете, о чём я? Во всяком случае, так сказал мой папа, а у него есть две собственные медали, и он знает, о чём говорит. Он тоже храбро сражался во время последней войны. Мне ужасно хочется вернуть генералу его медали!
Пэм, Барбара и Джанет были очень тронуты рассказом Колина. Им всем тоже было невыносимо думать о том, что такой храбрый старик плачет по своим пропавшим медалям.
– Я за то, чтобы попытаться найти эти медали, – сказала Пэм. – Я не знаю, как это можно сделать, но попробовать надо.
– Ну, я считаю, что это безнадёжное дело, – высказал свою точку зрения Питер, – и голосую за то, чтобы мы помимо медалей занялись чем-нибудь ещё. «Секретная семёрка» вполне способна заниматься двумя делами одновременно.
– А что тогда будет нашим вторым заданием? – поинтересовался Джек.
– Предлагаю взять под охрану птиц, гнездящихся в роще, – ответил Питер. – Там, вероятно, действует целая шайка. Она разоряет гнёзда и убивает птенцов, а если найдёт яйца, то забирает их. Нас семеро, что, если мы возьмёмся и за это дело? Скампер нам поможет!