Страница 37 из 76
-Идиот!- Адмирал с досады стучит кулаком по столу, Чарли поджимает хвост. Последним документом в папке оказался расшифрованная в бюро Линде радиограмма из Пальма-де-Майорки главе СИМ: 'подобранный в море близ Барселоны лейтенант госбезопасности Скрыпник, охранял на борту парохода 'Краснодар', вместе с тремя другими сотрудниками, секретную систему связи, размещённую в двух тридцатикилограмовых деревянных ящиках зелёного цвета. Их начальником был старший лейтенант госбезопасности Чаганов'.
'С 17 ноября передачи ведутся из Валенсии... Надо будет сориентировать местную агентуру. Появление в новой столице красных эмиссара из Кремля с новой шифровальной аппаратурой, это тревожный сигнал. Они что-то затевают. Как узнать? Что если дешифровщики не смогут взломать шифр? Пожалуй, одними аналитиками не обойтись, здесь нужна группа майора Эрвина Штольце'.
Канарису давно импонировал этот немолодой исполнительный вдумчивый сотрудник, недавно переведённый им в абвер-2, где тот стал отвечать за обеспечение и проведение диверсионных операций за рубежом. Он хорошо проявил себя в Чехословакии, склонив к сотрудничеству где подкупом, где угрозами, а где и показательной расправой ряд лиц в военном ведомстве, а также в среде русских белогвардейцев.
Снизу послышался звон колокольчика, созывающий домочадцев к обеду. У адмирала засосало под ложечкой, Чарли сглотнул слюну. Условный рефлекс, выработанный толстой испанской кухаркой, легко одолел их охотничий инстинкт.
Восьмиэтажный 'Метрополь' считался самым новым и самым фешенебельным отелем Валенсии. Расположенный в центре города напротив Северного вокзала рядом с ареной для боя быков, до войны он служил местом притяжения местной знати, заезжих тостосумов и знаменитых тореадоров. Июльский мятеж закончился в Валенсии быстро (немногочисленный воинский гарнизон после нескольких дней колебаний перешёл на сторону республики), а город стал прибежещем для средней буржуазии со всех концов страны, напуганной крутыми мерами анархистов, пришедших к власти. После бегства республиканского правительства из Мадрида (в ночь на седьмое ноября) переполненный 'Метрополь' был спешно очищен от беженцев и передан Советскому посольству. Вместе с немногочисленным посольством в огромное здание въехали наши военные советники, разведчики и гражданские специалисты.
Охранявшие вход вооружённые люди, судя по говору- сербы, после короткой перепалки между собой подвели меня к рускоговорящему окающему портье одного роста со мной, но значительно более мускулистого, то и дело поправляющему кобуру под мышкой. -ТОварищ ДОницетти ждёт вас,- намётанный взгляд оперативника быстро изучил моё удостоверение.- четвёртый этаж, четыреста пятая комната. Лифт справа.
Мой сопровождающий остаётся ждать внизу.
-Заходи, Алексей.- Радушно встречает меня Берзин, приглашая внутрь раскошного двухкомнатного номера.- Ты наверно не завтракал?
Под откинутой генералом белой накрахмаленной салфеткой оказалась яичница с ветчиной на белоснежной фарфоровой тарелке, плетёная корзиночка с подрумяненными ломтиками хлеба и блестящий (серебряный?) кофейник. Два раза предлагать мне было не надо и, протянув гостеприимному хозяину переводы, сделанные Шурочкой Кочергиной сотрудницей Эйтингона- единственной женщиной в нашем 'дворе', расшифрованных радиограмм, начинаю священнодействовать вилкой и иногда ножом.
Берзин за минуту жадно проглатывает все пять сообщений, что мне удалось разгадать за эти дни, затем откидывается на спинку резного стула и начинает читать их неспеша с расстановкой.
-Как это тебе удалось?!- С воодушевлением произносит он.
'Легко,... что тут было есть'?
-У меня целое отделение почти месяц бьётся, а результата-ноль!
-Да понимаете...- начинаю мямлить я.
-Это ты не понимаешь насколько эти данные важны для нас...
'Ну это уж позволь'...
Я не зря выбирал радиограммы именно Южного фронта (скромные возможности радиоразведки Разведупра в Испании всё же позволяли примерно определять место, откуда велась передача). Через два месяца начнётся наступление франкистов на Малагу, которое республиканцы просто проспали. Бросив все силы на ликвидацию вклинения националистов под Теруэлем и не достигнув в итоге поставленных целей, они оказались неспособны отразить их несильные удары от Гранады и Гибралтара на Малагу.
-Эти сведения надо срочно передать в Генеральный штаб генералу Асенсио.- Берзин решительно стучит бумагами себе по колену.
-Ну да, а назавтра об этом будут говорить министры на обедах с журналистами.- Мой тон вышел резковатым.
-Тогда какой толк в перехате и расшифровке радиограмм,- язвительно парирует Берзин.- если их нельзя использовать?
-Ян Карлович,- виновато опускаю глаза.- мы в спецотделе часто сталкиваемся с этим... и иногда приходится чтобы предотвратить раскрытие важного источника не пускать какие-то сведения в ход.
Генерал молчит и мрачно смотрит на меня в упор.
-А что если...- недовольство начальства заставляет мозги работать быстрее.- передать сообщение о том, что националисты готовят захват Малаги непосредственно военному министру Ларго Кабальеро минуя генштаб. Объяснить это тем, что сведения получены от человека в штабе Франко и необходима полная секретность. Я присутствовал при разговоре товарища Сталина и премьера (попробуй проверь). Мне кажется, что Ларго Кабальеро будет даже польщён таким доверием лично ему. Допустим, товарищ Сталин представит премьеру товарища Ворошилова и тот попросит доверить дело защиты Малаги нашим морякам, которые будут переброшены из Картахены. Премьеру лично будет докладывать военно-морской атташе Кузнецов, а Генеральный штаб Республики пусть не отвлекается от своих планов по освобождению Теруэля и разгрома и окружения войск Франко под Мадридом.
-Хм, ты это точно подметил, премьер- тщеславен,- взгляд Берзина помягчел.- но и ты, братец,- нахал. Решил задействовать в рядовой операции по сокрытию источника товарищей Сталина и Ворошилова!
-Во-первых, в операции по обороне стратегического города-порта,- деланно возмущаюсь я.- а, во-вторых, это вы решили задействовать, а не я. Вы- генерал. Кстати, если операция пройдёт успешно, то надо будет всячески подчёркивать, что она проходила под личным руководством 'испанского Ленина'.
-Чтобы в будущем ему захотелось повторить успех?- подмигивает генерал.
-Точно!
-Ну тогда свою просьбу об учёбе нашего отделения дешифровки я снимаю.
'Ну да, теперь сам факт успешной дешифровки испанских радиограмм надо держать в строгом секрете'.
-Ян Карлович, скажите, имеются ли в Валенсии или неподалёку какие нибудь предприятия, связанные с радиопромышленностью?- Бросаю вопрос наудачу.
-Нет, специально занимался этим вопросом- быстро отвечает Берзин.- была у меня задумка организовать производство радиостанций для республиканской армии, но ничего подходящего не нашёл, кроме магазина 'Сименс' и небольшой мастерской по ремонту радиоприёмников при нём. Конечно, заброшенных. Немцы позакрывали здесь всё после мятежа. В прихожей дважды звякнул стилизованный под старину настенный телефон с инкрустированной серебром трубкой. Хозяин поднялся чтобы ответить на вызов.
-Да, у меня. Заходи.- Трубка закачалась на крючке сбоку от корпуса. Через минуту в комнату ворвался Орлов, поздоровался за руку, обдав нас с Берзиным сильным перегаром и, вынув из кармана шёлкового халата пачку 'Лаки Страйк', прикурил от зажигалки 'Зиппо'.
'Ни дать, ни взять Дуглас Фэрнбэкс'.
Плакаты с ним в рекламе сигарет соперничали на улицах Валенсии с портретами Ларго Кабальеро. Глубоко затянувшись, Орлов, прищурив глаз, выпускает большое кольцо дыма, а затем, энергично выдохнув, малое, которое на скорости пронизывает первое. Насладившись произведённым эффектом, он оглядывает комнату, очевидно в поисках бытылки, и, не найдя её, грустнеет.