Страница 27 из 69
Народ был не то чтобы согласен, но и возражать не видел смысла. Собравшиеся в этом помещении «антиквары» понимали, что все и впрямь сведётся к выбору между двумя кандидатами, опирающимися каждый на свою «группу поддержки». У других же просто нет времени, чтобы сконцентрироваться в третий полюс силы.
Отсутствием возражений Ласло Хват был явно доволен, как и его явные сторонники. И решив ковать железо, пока горячо, он сказал:
- Вы знаете меня, знаете Феликса, вам все известно о наших взглядах. Предлагаю не устраивать тут богомерзкие дебаты и сразу перейти к делу. А уже потом начнем решать проблемы. Их у нас много.
- Обойдешься! – процедил Змееныш, бросив на оппонента злобный взгляд. – Знаю я твои «методы» решения проблем, зато другие могут и в сомнении пребывать. Поэтому скажи, что ты собираешься делать с теми, у кого в руках находится Кэр – живой или мертвый, это не важно – и кто должен ответить еще и за бесследное исчезновение наших друзей, за смерть одного из бойцов, Крошки Макса, которого многие должны были знать?
Первый удачный шаг за Змеенышем. А Ласло со своей попыткой миновать обсуждение действительно важных для сообщества вопросов кое-что потерял. Но не попытаться он не мог, не в его характере это. Ведь если бы проскочила затея, то слишком большой выигрыш светил. Не вышло. Теперь придется ему озвучить свою позицию. Какая она? Вот сейчас и узнаем, от Хвата можно чего угодно ожидать.
- Эмоции, - вновь устраивая задницу в полукресло, Ласло неопределенно покрутил пальцами, показывая свое к ним не самое лучшее отношение. – Они всегда мешали тебе, Феликс. Но это твое право. Хочешь сперва поговорить, я не вижу смысла тебе возражать. О Кэре и его пленителях? Снова согласен. Но может ли кто-то ясно и в подробностях рассказать о них? Знает ли кто-нибудь о них лучше…
- Знает, Хват. Причем даже не «кто-нибудь» в единственном числе. И рассказать может. Раз уж ты сам поднял эту тему, то я, как тварь циничная и ехидная, этим незамедлительно воспользуюсь. Сначала я, потом мой доверенный человек. А вот потом и ты сможешь рассказать нам о том «знает ли кто-нибудь о них лучше».
Промельк даже не неприязни, а чего-то, приближенного к ненависти, на лице Хвата и его верного помощника Антонио Спички, был хорошим знаком для меня. Почему? Да просто это значило, что я ухитрился влезть со своими словами в самый неудачный для них момент. А что плохо сопернику, то хорошо мне. Закон природы.
- Поддерживаю, - кивает Змееныш.
- И я убедился, что Герцог многое узнал и может доказать как опасность поклоняющихся Ушедшим, так и полезность для нас того, что есть у них, - а это уже свежевылеченный Профессор о себе напоминает. Его же авторитет среди «антикваров» велик, в делах научных и вовсе почти уникален. – Еще у него есть свидетель увиденного. Хотелось бы и ее пригласить сюда.
Ай да Проф, ай да сукин сын! То ли признательность таким образом выражает, то ли и впрямь проникся. Хотя, зная его, совмещает оба варианта. Да, именно так.
Ласло в сложившейся ситуации ничего не оставалось кроме как, покривив рожу,признать справедливость требований. Разве что настоял, чтобы сначала я говорил, а уж потом и моя свидетельница была приглашена. Упирал на желательность «независимых показаний». И чтобы потом, когда будет говорить Диана, уже я не вмешивался со своими комментариями.
Возражать? А с чего бы вообще это делать? Мне подобное не помешает по одной простой причине – искажать факты и события я не собираюсь. Ну а недоговаривание определенных нюансов – тут я в своем праве.
Понеслось! Не люблю долгие речи, особенно когда сам в роли оратора, но понимаю их необходимость в некоторых случаях.
Я рассказывал без лишних подробностей, гоня историю по ключевым точкам. С того самого момента, как бежал из больнички, куда меня и Кэра доставили в бессознательном состоянии после того самого штурма особняка. Встреча с Ди, случайная по сути, прибытие в Серую Гору, этот заповедник культа Ушедших. Первые открытия, первые знания об артефактах и их использовании. Измененные мутациями люди, ставшие сторками – странными созданиями с полузвериным разумом и повышенными физическими возможностями. Иные существа, уже ничего общего с людьми не имеющие. Структура жречества, проходы-подземелья под Серой Горой. Насчет сути последних я не был уверен, но высказал гипотезу, что они не совсем принадлежат нашему миру. Возможно являются… неким многоуровневым «тамбуром» между нашим миром и С’Кхайром, этой загадочной родиной Ушедших.
В подробностях – не кровавых, а «технических» - описывал жертвоприношения и их разные цели: получение энергии для питания наиболее серьезных артефактов, некая «дань» тому или иному из Повелителей, да и трансформация людей в сторков тоже имела какой-то религиозный смысл, так и оставшийся для меня неясным. Освещались персоны, являющиеся ключевыми в Серой Горе, их сильные и слабые стороны, возможные перспективы нападения на это место в будущем. Наконец, наш с Дианой побег оттуда и встреча с Эстетом и ныне покойным Максом.
Пришлось сделать небольшую паузу, а то горло уже откровенно отказывалось нормально работать. Зато я видел, что рассказ скучать не заставил. Напротив, у немалой части из собравшихся я увидел в глазах те самые хищные огоньки. Хищники почуяли добычу. Да, она была зубастой и опасной, но это не могло остановить их. Разве что напоминало о необходимости относиться к процессу охоты с максимальной осторожностью, но и только.
Спичка, переглянувшись с Ласло, открыл было рот, чтобы сказать что-то, наверняка не самое для меня приятное. Змееныш буквально заткнул его жестом и несколькими словами:
- Не беги на паровоз, Антонио! Герцог еще не закончил. Вопросы надо задавать после, а не во время. Общее представление людям испортишь. И вообще, чего я тебе, Спичка, опытному человеку, такое напоминаю?
- Понял я, понял, - примиряюще пробубнил правая рука Хвата. – Сижу. Молчу. Слушаю.
- Да хоть слушай, хоть уши жвачкой залепи, - жестко, на грани откровенного хамства припечатал Спичку Феликс. Впрочем, удивляться не стоит, сейчас идет финальная стадия борьбы за «трон» нашего сообщества. Не до политеса. – Продолжай, Герцог, все умные люди тебя внимательно слушают.
Предлагают, так почему ж не продолжить? Ну а если серьезно, то самого интересного они еще не слышали. Про наше появление на руинах особняка и столкновении там с двумя видами противника: людьми и одним из непосредственных слуг Ушедших, риллой. Некоторых особенно заинтересовало то, что труп существа может быть доставлен для подробнейшего изучения. Ничуть, кстати, не испортившийся даже без его замораживания или бальзамирования.
На «десерт» же прозвучал рассказ о лаборатории, используемой для своих нужд культистами, подготовка к ее захвату и собственно штурме. Про обстоятельства гибели Макса и огромные по ценности трофеи, там захваченные. Не столько даже материальные, сколько информационные.
Затем вызвали Диану. Слушали ее, но уже по ходу задавая некоторые вопросы. С целью, как я понимаю, проверить, не натаскали ли ее «по ходу дела», чтобы выдать откровенную или частичную дезу. Нормальная проверка, ничего сверхординарного, разве что нервы юной девушке все же изрядно помотали. Зато ничего расходящегося с рассказанным мною ранее так и не обнаружили.
Когда Ди закончила как свой рассказ, так и ответы на вопросы с мест, я, ничуть не колеблясь, притащил еще один стул из тех, что стояли у стены, поставив его рядом с собственным. На попытки некоторых заявить, будто тут место лишь уже продвинувшимся в иерархии «антикваров», а не неведомо кому, пусть и с хорошей фигуркой, пришлось ответить:
- Она тут как мой помощник. К тому же из здесь присутствующих Диана одна из двух, кто мало-мальски разбирается в действии артефактов Ушедших. Еще вопросы есть?
Вопросов нет. Взбрыкнувший было «антиквар» из числа страдающих косностью мировосприятия, замолк. Ответить тут было нечего, не признаваться же в собственном косяке.