Страница 27 из 41
Мидра нагло толкнул дверь, и поверенное лицо Равдана рухнуло на пол, сев, опершись на руки, еле слышно промямлило:
-И.. ии..из... измена?...Равдан изменил престолу?
- Молчать, тряпка!- над соглядатаем встал Ладим поигрывая коротким мечом,- Равдан - изменник! И ты будешь ждать допроса здесь! Крапа! Младший! Связать! И рот ему заткни!
Лех, еле успевший сообразить, что его пока зовут Крапа, коротко кивнул и проворно скрутил управляющего бардаком на стуле.
Отряд поднялся на второй ярус дома.
-Щебень тебе в похлебку!- выругался Ладим, споткнувшись в темноте коридора,- и где их, сестёр, искать впотьмах этих?
-За добротной дверью. Другую бы они уже сломали,- отозвался Мидра.
-Сюда,- позвал Лех,- я слышу кого-то за дверью.
-Мечи на изготовку,- жестко произнес Ладим,- могут быть и не сестры.
Лех толкнул дверь коморки плечом. Отряд увидел убранство помещения: две дощатые кровати, устеленные мешковиной и полное отсутствие окон в тесной коморке. На кроватях, распластанными, лежали две девчонки, обнаженные тела которых были едва прикрыты грязным тряпьем, накинутым сверху. Ладим влетел в комнату и два шага оказался у постели той, что казалась старше.
-Живы. Мидра, они в дурмане, посмотри.
-Отойди-ка.
Мидра склонился над старшей сестрой, приподнял ей веко пальцем и посмотрел на закатившийся зрачок. Взял рукой её запястье и провел ладонью по щеке, отодвигая свалявшиеся локоны волос, позвал:
-Койя? Койя, ты узнаешь меня?
Девчонка на кровати со стоном повернула голову, не открывая глаз, согнув одну ногу в колене, так что тряпье съехало на край постели. Лех, стоявший за спиной старших, вынул меч из ножен и встал лицом в проход коридора, вглядываясь в темноту. Лицо юноши залил румянец, ему было тяжело сдерживать отрывистое дыхание и пересохло в горле- молод еще, и увиденное им зрелище ему впервой.
-Успели,- произнес Мидра,- но, на грани они обе. Ладим, дай-ка тот кувшин и держи факел рядом.
-Мидра, чем это их? Ты их на ноги поставь, -с тревогой в голосе сказал Ладим,- ты же сможешь.
Мидра сосредоточенно растирал, извлеченные из своей заплечной сумки травы и проворно, то поджигая веточку за веточкой, то добавляя в воду смесь сухих листьев, нагревал над огнем факела и аккуратно давал питье девушкам.
Наконец младшая простонала отчетливо:
-Отойди, вонючка старая.... отойди... укушу.
Ладим, стоявший согнувшись перед ней с тревогой на лице, разглядывая признаки, что сознание Юки вернулось, выпрямился и с легкой улыбкой произнес:
-Вернулась, оторванка!
Койя пришла в сознание внезапно: невесть как освободив правую руку от пут , которыми была привязана к кровати, она схватила Мидру за клоки оставшейся бородки на щеке и с яростью прошипела:
-Руки от меня убери , подстилка императорская, глаза выцарапаю!
Мидра не сопротивляясь и не высвободив себя от хватки крепкой девичьей ладошки, с улыбкой произнес:
-Вернулись, Ладим, вернулись. Только пока не развязывай - они еще нас не узнали.
Койя уставилась на знакомое ей до боли, потрепанное временем улыбающееся лицо, с недоумением. Наконец, когда пелена ярости спала со взгляда, из ее глаз покатилась слеза.
-Развяжите, отец Мидра,- сказала Койя, закусив нижнюю губу. От счастья или от стыда за вид, в котором предстала перед спасителем.
Ладим, быстро расправившись с веревками, на выходе из коморки, прихватил Леха за шиворот и принялся шарить по соседним комнатам, в поисках одежды. Мидра сидел и ворожил над крынкой с варевом.
-Я говорила, сестра, не все потеряно, - слабым голосом произнесла Юка.
Койя молчала, прикрываясь мешковиной. Мидра протянул им крынку.
-Пейте, остальных надо выручать. Время только до рассвета.
-А потом? - окрепшим голосом спросила старшая.
-Это сначала сделаем.
Вернувшийся Ладим, притащил ворох одежд и прихваченные с собой из оружейной пару броней и ножей. Бросил на кровать к ногам Юки и вышел, в дверях прихватив за ухо застывшего истуканом Леха. Мидра обратился к ним.
-В живых должны остаться еще трое.
Койя отвернулась к стене.
-Одна.
Мидра пристально смотрел исподлобья на неё, ожидая продолжения.
-Как это случилось?
-Исгин продали в один из бардаков. Её хозяин сначала отрезал ей язык, когда та поспорила с соглядатаем, а потом, говорят, тот ее так и забил до смерти.
-А Ранд?
-Его проиграли Мратти.
-Кто такой этот Мратти?...
-Держатель арены для состязаний,- отозвался Ладим из-за дверей,- ни одно раба на той арене не остается в живых.
Мидра нахмурился. Немного помолчав, сказал:
-Но и Эгли я не брошу. Одевайтесь и вспоминайте чему учил вас Ладим.
Отряд, пополненный составом, крался под покровом ночи за той, кого еще предстояло вызволить.
13
Зал для приемов в покоях Императора, отвратительное место для боя: скользкий пол, полумрак и ни на что не годное убранство - не оторвешь от пола и стен и не швырнешь в противника.
Дротта и Фрятта стояли с мечами наголо, с заляпанными кровью лицами, окруженные сильно поредевшими рядами стражей. С ними еще были три примакараха. Долгая битва не заканчивалась. Их шатало от усталости, но глаза по-прежнему горели яростью.
Равдан стоял перед ними с мечом в руке, ожидая момента, чтобы напасть и покончить с бунтарями. Позади него пыхтя и тяжело дыша, стояли семь воинов.
-Вы все равно не выйдете отсюда живыми! Когда я подвешу ваши туши за ноги на фасаде дворца, я направлюсь в твой дом Дротта, поищу лично твое добро ,-шипел Равдан, поигрывая мечом,- а тебя младший, я убью только ради удовольствия!