Страница 13 из 26
– А, это ты, – расслабилась Ламия, узнав новоприбывшего. – Где твой хозяин, этот аппендикс ползучий?
Бледный мужчина в чёрном пожал плечами и указал пальцем куда-то себе за плечо. Посчитав на этом вопрос исчерпанным, он приблизился к Оракулу и присел на корточки.
– Передай, что нужна новая туша, – велела Ламия. – Хотя ты ж не говоришь…
Мужчина кивнул и улыбнулся, продемонстрировав ровные белые зубы.
Ламия пожала плечами, посчитав это согласием. А уж как он будет контактировать с местным творцом – это их проблемы. Сам Экспериментатор в те моменты, когда был способен разговаривать, звал этого молчаливого типа просто Помощник или Мистер и при этом почему-то посмеивался. Что это за создание и каково его предназначение, Ламия не знала. Вероятно, результат очередной попытки сотворить идеального воина, почему-то в таком качестве не устроивший Магистра или его «аппендикс», здесь заправляющий.
Тем временем Мистер склонился над Оракулом и, превратив ногти в острые когти, принялся рвать тело, бросая ошмётки вниз, на корм троллям. Извлекаемые из плоти золотые и серебряные проволочки он аккуратно скручивал на катушки, сделанные, похоже, из чьих-то костей. Позже предстоит вживить их в новое тело.
– Пришла проведать папочку, милая? – прозвучал голос, заставивший Ламию вздрогнуть.
Выползшее на балкон существо пока ещё отдалённо напоминало человека. Просторный балахон, волочащийся по полу, скрывал, во что превратились его ноги, об этом можно было догадываться только по движениям. Но вот торчащий из правого рукава пучок щупалец на пальцы ничуть не походил. Скоро и ему придётся подыскивать новое тело, от мешка жгутов-лиан проку будет немного. Возможно, Помощник как раз и нужен на случай экстренной замены.
– Оракул, – коротко отозвалась Ламия, кивнув в сторону активно разделываемого тела.
– Опять, – уныло вздохнуло существо. – Рутина, скука. Найдите на сей раз кого покрепче. Да не мускулами! От крепости мышц при вживлении нервной сети толку никакого!
Ламия безразлично пожала плечами. Что найдётся, то и получит. И вообще, подбор объектов не её обязанность. Разве что Магистр позволит притащить этого зубастого выползка. Впрочем, вряд ли этот придурок отличается психологической устойчивостью.
– А для тебя, милочка, я придумал парочку улучшений, – захихикал Экспериментатор, окидывая женщину жадным взглядом. – Передай Ему, пусть подумает.
– Ты уже говорил, – напомнила Ламия. – В прошлый раз. Магистр сказал нет.
Существо понурилось и махнуло левой рукой с нечеловечески длинными пальцами. Да, регресс уже почти достиг критической точки. А запихнуть всю преобразованную тушу в новое тело будет невозможно, значит, снова часть знаний и навыков пропадёт. Вот бы найти человека, который и сам разбирается в подобном… Но вряд ли такие люди существуют.
Ламия наморщила лоб, пытаясь вспомнить. Слово так и вертелось на языке. Как же называются люди, занимающиеся изменением других людей? Хирурги – это совсем не то. Наука о передаче свойств одного организма другому… А свойства содержатся в…
Забытые слова никак не хотели всплывать в памяти. Женщина тряхнула головой, отгоняя эти мысли. Какая разница, как всё это называется. Воину Храма знать такие слова ни к чему. А если понадобится – Магистр скажет.
Ламия развернулась и пошла прочь, чётко печатая шаг по пружинящему полу.
Интерлюдия 2. Да хранит тебя звезда
– Ночь пройдёт, наступит утро ясное! – выкрикнул рыцарь в бело-золотом облачении, замахиваясь мечом. – Солнце взойдёт!
Его противник в чёрном балахоне отшатнулся, споткнулся и упал. Посох отлетел в одну сторону, а сам он откатился в другую, подальше от грозного клинка.
– Дайте этому психу деревянный меч, как у всех! – недовольно заорал с земли «чёрный маг», указывая на своего противника.
– Да успокойся, – вмешался оруженосец. – Эмджей за последний десяток лет ещё никого зазря не зашиб, глаз у него верный и руки не дрожат.
– Да похер мне! – не отступил недоделанный некромант. – Пускай с железками на бугурты ходит!
– Пошли отсюда, Макс, – недовольно буркнул рыцарь, отмахнувшись от подбежавшего разбираться с происшествием мастера. – Надоел мне этот детский сад, штаны на лямках.
– Да погоди ты, ща всё уладим, – попытался остановить его оруженосец, но тот не слушая зашагал прочь через весь полигон в направлении, где они оставили машину.
Вздохнув, Макс побрёл следом, угрюмо пялясь в спину другу, но не спеша его догонять. Эмджей шёл уверенно, не оглядываясь, не сомневаясь, что верный друг, товарищ, спутник и оруженосец следует на шаг за спиной, как всегда, на каждой игре уже дюжину лет. Крылья на шлеме отливают золотом, белое сюрко развевается по ветру, отчего кажется, будто вышитый на спине золотой дракон машет крыльями.
– Мих, давай не будем горячиться, – предложил Макс, открывая багажник.
– Хочешь потусить с этим поколением ларпа? – презрительно сплюнул рыцарь. – В следующий раз сначала возрастную категорию узнаю.
– Им впору тебя Михал Михалычем звать…
– Ну уж, ты загнул, – покачал головой Эмджей. – Нам всё ж под тридцать, а не за сорок. Хоть я, поверь, такой же буду в сорок лет.
– Ага, – кивнул Макс. Вздохнул, собрался с духом и выпалил то, что давно собирался сказать: – А я всё, завязываю. Последний выезд.
– Чего? – Эмджей от удивления выронил шлем, который так и вертел в руках. – Да брось, в следующий раз будет лучше.
– Не будет. И следующего раза не будет у меня. Ни желания, ни смысла. Сам видишь, – Макс махнул рукой в сторону полигона, где парни на десяток лет моложе бегали с резиновыми и деревянными мечами, а то и просто палками.
– Ладно, согласен, в нашем захолустье сплошной провал, движуха сдохла, – кивнул Миха. – Ну, поедем на крупные фесты и игры. Пусть пореже…
– Пару раз в год, прокатав весь отпуск? – хмуро уточнил Макс. – Не, спасибо, не хочу.
– Бросаешь меня, значит. После двенадцати лет дружбы.
– Миха, жизнь этим, – Макс потряс снятой кольчугой, – не ограничивается!
Эмджей в ответ так посмотрел, что Макс только махнул рукой и пошёл заводить машину, оставив друга разоблачаться самостоятельно. Впрочем, тот ограничился снятием только шлема, кольчужного койфа и сюрко.
– Чешуя приросла? – осведомился Макс, намеренно провоцируя друга.
Тот попыхтел, но всё же не сдержался:
– Ну, хоть ты не начинай! Это ламеллярная кольчуга, а не чешуйчатая.
– Вопрос спорный, – протянул Макс.
Друзья затеяли привычный бессмысленный спор, поскольку формально кольчуга не могла считаться принадлежащей ни к одному из двух видов. Внешне будто декоративная, с пластинами, стилизованными под крупные чешуйки, наползающие друг на друга, она смотрелась словно скопированная из какой-то компьютерной игры. Но на деле отличалась прочностью и надёжностью, не сильно уступая полноценным латам. Но латы Миха упорно не признавал, ограничиваясь поножами и наручами, также выполненными на заказ, изображающими драконьи крылья, такие же, как на шлеме.
В целом исторических аналогов снаряжение Эмджея не имело, из-за чего с реконструкторами у него отношения не слишком ладились, тогда как ролевики почти поголовно переходили на «безопасное вооружение», которого не признавал уже сам Миха.
Не прерывая дискуссии на тему, может ли считаться подкладка «драконьей кольчуги» основой и чем там под ней скреплены на самом деле пластины, проволокой или шнуровкой, Макс свернул с дороги и затормозил возле давно примеченной однажды полянки.
– Ты чего? – не понял Эмджей.
– Вылазь, – усмехнулся Макс. – Не просирать же наш последний выезд. Я пока палатку поставлю, а ты за дровами чеши. Сразимся пару раз по-взрослому, гитара и пиво с собой, чего ещё надо.
– Сначала сразимся, – возразил Миха, вытаскивая из багажника меч.
Щит он брать не стал, поскольку у Макса такового не было, но всё же достал и прислонил к колесу. Изображённый на щите всё тот же дракон будто наблюдал за друзьями своими янтарными глазами.