Страница 17 из 46
Итак, Пророки Ночи стали ходоками дня, шесть больших семейств: Земли, Луны, Звезд, Скал, Вод и Лучницы. И были они темны и выглядели мрачно. Истинно редкими были их улыбки.
Но из жителей Эль-Лалладии, Места Благословения и Радости, осталось двое, избежавших потопа. Было двое, которые укрылись от подымающихся вод, брат и сестра. Они закрыли себя в пустой бочке и выплыли на морские просторы.
Сто дней и ночей эти двое лежали скрючившись в деревянном чреве, под ударами вод. Единственный звук, который они слышали, был плеском волн об их жалкое убежище.
Но потом им показалось, что они услышали другой звук, грустные песнопения своих темных сестер, плачущих на вновь образовавшемся берегу. Тогда брат и сестра распрямились и вышибли крышку у бочки и явили себя перед стражами.
И когда их выловили сетями Вод и поставили на сушу, Пророки Ночи увидели, что эти двое не были похожи на них. Они были высокие, худые и светлые.
- Идемте, - сказали эти двое, - на свете есть еще другие песни, кроме погребальных. Еще есть свет, который пронзает ночь. Мы выше вас ростом, мы видим дальше. Мы худее, чем вы, мы бегаем быстрее. Наша кожа светлее, чем ваша, мы ближе к Свету.
И темные кожей увидели, что это так, и стали перед этими двумя на колени.
- Мы создадим место красоты, место праздника и радости. А вы придете к нам и будете нам служить.
И шесть горюющих семейств увидели, что это так.
Тогда высокая сестра сказала:
- Поскольку будет неправильно, если только мой брат, для которого уже прошло время посева, будет пахать меня, вы будете присылать своих самых высоких сыновей ко мне для исполнения долга. А я взамен буду посылать своих сыновей к вашим дочерям. Но самые высокие и самые светлые будут жить со мной в месте красоты.
И было так.
Итак, шесть темных семей плакальщиц служат седьмой, пьют ее сладкое молоко благословения и радости. А седьмая семья известна как Королевская. Их долг - сиять ярко, править легко и напоминать своим присутствием о благословении и радости Эль-Лалладии в длинные, печальные, темные дни Эль-Лаллора.
Арруш.
ПЛЕНКА 7. ПРЕДАТЕЛЬСТВА
МЕСТО ЗАПИСИ: Королевский Дворец, Апартаменты Короля.
ВРЕМЯ ЗАПИСИ: Первый Год Короля, Первый Патриархат,
Лабораторное время - 2137,5 г.н.э.
РАССКАЗЧИК: Король по имени Б'оремос, называемый также Певцом
Погребальных Песен - к антропологу Аарону Спенсеру.
РАЗРЕШЕНИЕ: Собственное разрешение Короля.
- Предательство - такое мягкое слово, ты так не думаешь? И что такое, в конце, концов, предательство? То, что я сделал с Линни, я также сделал и ради нее. Она стала сильнее, она из-за этого выросла в своем искусстве. И, кроме того, я всего лишь выполнял приказ Королевы. Так где же тут предательство? Кого я, собственно, предал?
В ту же ночь я уехал, а моя кожа еще пахла мазями и духами Королевы. Она одолжила мне лошадь из собственной конюшни, надушенного белого боевого коня, неуклюже подымавшего ноги над булыжной мостовой, но в лугах оказавшимся быстрым, как полет стрелы.
В полях я видел, как стебли прошлогодних цветов кивают головками под налетающим ветерком. Пурпурно-белые сладкие ланнии и дикие нарсии покрывали холмы. А вдоль гребней гор, покрытых травой, плыли облака, как белые лужицы на темном фоне неба. Ночное видение, говорим мы - верное видение. Это один из талантов Обычных Плакальщиц, который мы воспитали в поколениях королевской крови.
Пока я ехал, мне казалось, будто я все вижу в первый раз, как будто я родился заново, чтобы быть представителем всех прошлых празднеств нашего рода. Говорят, что первое прикосновение Королевы обновляет дух. Для меня это, безусловно, было верно. Я ехал в заурядные Средние Земли с энтузиазмом, которого я не испытывал весь свой миссионерский год. Я даже напевал, сидя верхом, а поступь лошади придавала моему голосу странное вибрирование.
Мне понадобились день и еще одна ночь, чтобы добраться до мельницы, где мать и бабушка Линни командовали семейкой парней с мокрыми носами и отвислыми челюстями.
Возможно, мой приезд удивил их, но они впустили меня, не задавая лишних вопросов и только один раз побранившись между собой. Я заверил их, что Линни чувствует себя прекрасно и уже произвела большое впечатление на придворных. Мне пришлось три раза рассказывать им, как она прошла к помосту между принцами: как она выглядела, во что была одета, кто сделал ей прическу. Я рассказал им, что сказала Королева и что ответила Линни, но не упомянул о словах жрицы. Я не упомянул предательство. Если они и почувствовали его в моих рассказах, они этого не сказали.
Наконец мы сели обедать обычной переваренной и перемятой пищей Земель. Зелень была мягкая, а мясо - какой-то вид местной птицы разварено до того, что отвалились крылья. Я много раз швырял его по своей тарелке, чтобы сделать вид, что я ем.
Трое братьев интересовались белым конем, они до этого охотно расседлали его и поставили в конюшню.
- Он быстрый? - спросил самый младший.
- Быстрее ветра, - заверил я его, но это мало о чем говорило, потому что ветры в Землях мягкие и не сильные.
- Он послушный? - спросил старший.
- Это она, а управляется она запястьями и бедрами, - пояснил я и показал, как это делается, тем самым завершив свою шараду с безвкусной едой. Они повторяли мои движения, пока, по сигналу бабушки, младший не встал, чтобы убрать со стола.
Я дал им пощупать кожаные краги, которые я надел поверх своей одежды цвета радуги. Накладки на бедрах с внутренней стороны рассмешили их, но я показал, какие ссадины может получить наездник без таких дополнительных накладок.
- Хотя, - добавил я, - никому, кроме членов королевской семьи, накладки не нужны.
Урок в такой момент всегда кстати с этими тупыми парнями Земель.
Их мать улыбалась и кивала головой, слушая мои поучения, но ее мать хмурилась.
- Линни могла бы воспользоваться ими, - сказал младший парень, вернувшийся с мокрой тряпкой, чтобы смахнуть со стола несколько крошек. У наших ног началась возня, собаки дрались за объедки.
- Ножки-Палочки. Костлявая спереди и сзади. - Это сказал средний парень, тот, из Зала. Они с сестрой, видимо, были не очень дружны, хотя для него так разговаривать со мной и пользоваться кличками было скорее ритуалом, чем реальностью.