Страница 42 из 81
Словно срослась разбитая на две неравные части драгоценность…
Как хорошо! Как правильно! Так и должно быть…
На следующий день Араниэль все же привел ее, мою Ариэн.
Какая же она красавица!
Белые волосы – привет от Смерти, который мы обе носим, как напоминание о взятой взаймы жизни…
Черные глаза, как у меня…
И лицо – женская версия лица повелителя.
На нем сейчас застыло выражение смущения, робости и неловкости. Она явно не понимала, как ей себя вести и что делать.
Поминутно оглядывалась на замершего в дверях отца, ища подсказки. По моему лицу заструились неудержимые слезы радости.
– Доченька…– прошептала я.
В очередной раз Ариэн обернулась к повелителю.
– Обними ее,– подсказал он.
Ариэн застыла, глядя на него в смятении, словно не веря своим ушам и глазам. А потом осторожно обняла меня.
Я уже рыдала не сдерживаясь.
Как долго я этого ждала! Моя девочка!
– Я люблю тебя! Больше жизни,– шепнула я в ее острое ухо.
Все так же, в прострации, Ариэн покинула мою комнату, а вслед за ней и Араниэль.
Понемногу я успокоилась и смогла проанализировать увиденное.
Бедная моя девочка!
Отец был холоден с ней, это ясно, как день. Неужели подсознательно винил в моей смерти?
Непременно нужно узнать о ней все. Кто растил ее, кто заботился о ней, и где она была все это время.
Конечно, сейчас уже слишком поздно что-то исправлять…
Малышка выросла, а я все пропустила… В отчаянии я закусила губу.
Так увлеклась своими мыслями, что не сразу заметила возвращение Араниэля.
– Что это? – спросила я, глядя на очень древнюю книгу в его руках.
– Это клятва, которую ты дашь мне сейчас. О том, что не пожертвуешь жизнью больше ни ради кого. Живого или мертвого.
Книга упала на мои колени разворотом вверх, но я даже не посмотрела на нее.
– Не кажется ли тебе, что это странно, клясться жизнью о том, что не отдашь жизнь? – я позволила себе подпустить в голос немного иронии.
– А это не клятва жизни. Это древний зарок. Ты не сможешь нарушить его, как бы ни хотела. И его никак не обойти, проверено временем, – голос повелителя был спокоен, как и всегда, только отдельные самодовольные нотки и выражение глаз выдавали его истинные чувства.
Я опустила глаза на выцветшие страницы. Древний язык, его я знала плохо. Прочесть – прочту, но добрая половина смысла пройдет мимо моего понимания…
Так и так он вынудит меня дать эту клятву. Уперся и не отступит, я знала это по опыту.
– Предлагаю сделку. Я даю клятву, а Ариэниэль получает отсрочку от замужества.
Я окунулась в холод его взгляда.
И снова это темное чувство по нашей связи… Ревность?
По его губам скользнула жесткая усмешка.
– Мы оба знаем, что ты и так дашь эту клятву, и без всяких сделок.
Я улыбнулась своим, внезапно всплывшим в памяти, воспоминаниям.
– Не знаю, помнишь ли ты, но маленькая девочка однажды сказала, что ты – добрый…
С улыбкой и картинкой-воспоминанием я отправила ему по нашей связи волну ласкового тепла, что зародилось глубоко в моей душе…
– Забудешь такое, как же…– он уже улыбался мне в ответ.
Выражение его лица стало таким открытым и искренним… У меня перехватило дыхание. Как же я скучала по нему!
– Поцелуй меня! – я протянула к нему руки.
Дважды просить не пришлось.
Позабытая книга упала на пол, и вспомнили мы о ней не скоро…
Клятву дать все же пришлось.
Но и Ариэн поедет вовсе не к жениху, а в академию, и будет там учиться столько, сколько пожелает. Если этому рарку-наследнику так угодно, пусть сам поступает туда же.
А мы внимательно понаблюдаем за ним. Если будет волочиться за юбками, или обидит мою девочку – хрен ему, а не невеста.
Уж об этом я позабочусь! Никому не дам обижать свое дитя!
В первый же день, как только маги разрешила встать с кровати, я решила посмотреть на знакомые лица и принять участие в традиционном приеме повелителем посетителей, просителей, жалобщиков, послов и прочих, жаждущих высочайшего внимания.