Страница 2 из 8
Все топали и хлопали, покачивались в танце и поворачивались вместе. Прокуренный воздух бара стал влажным из-за большого количества людей. Шеймус попался мне на глаза, когда я в очередной раз крутанулась в танце. Он подмигнул мне, немного улыбнувшись. Я не смогла сдержать ответную улыбку и помахала ему, и из-за этого запоздала с притопыванием каблуком в следующем такте мелодии. Когда песня закончилась, все посетители стали хлопать и радостно кричать, а кто-то даже свистел тем пронзительным свистом, которым экономка моих родителей обычно звала собак. Я так и не научилась так делать, а моя мать считала этот жест бестактным и говорила, что это одна из причин, по которым Миссис Боуфорд никогда не будет принадлежать к высшему обществу.
Господи, моя мать.
Почему я постоянно думала о ней, о моей семье… все… чертово… время? Сейчас я не была в университете или в научно-исследовательской поездке в Исландии. Я была в Монтане, вдали от их деспотичных манипуляций, к полному разочарованию моей матери. Они бы ни за что не приехали сюда, пусть даже только за тем, чтобы выволочь меня из этого бара.
Нет, теперь я была недосягаема для них, я была в безопасности. Хотя «безопасность» не была подходящим словом. Они не были опасными. Они бы никогда не причинили мне физический вред. Эмоциональный? Ага, у меня уже было несколько неплохих примеров этому. Единственное, что грозило мне с Вандервелками, это потерять себя. А Эйден Стил, упокой Господь его душу, спас меня. Если бы он только был жив, я бы поблагодарила его, обняла и поцеловала, откровенно и совершенно не стесняясь показала бы свои эмоции. Теперь я знала, почему никогда не вписывалась в свою семью. Я пошла в отца – отца, о существовании которого не знала каких-то две недели назад. Это так многое объясняло, даже то, почему мне, пожалуй, нравились линейные танцы. Нравились ли они ему? Если он проехался по всей стране, заделав пять внебрачных дочек, думаю, что он хотя бы раз попробовал так танцевать.
Мне оставалось лишь гадать, как такого рода мужчина мог быть допущен на одну ночь к постели моей матери. Я вытерла лоб и облизнула пересохшие губы, пока пробиралась к парням и пыталась стереть из головы образ моей матери, занимающейся сексом.
– Тебе тут весело? – спросил Патрик. Он сидел за высоким столиком, поставив локти на стол.
– Очень. – Я теребила свою рубашку в попытке хоть как-то охладиться. Бар был переполнен и от танцев мне стало жарко. – Договорился о свидании?
Он заулыбался, и даже в приглушенном свете бара я увидела, как он краснеет. Как только мы зашли, он заметил девчонку, по которой вздыхал – его слова, не мои – и сразу пошел к ней.
– Завтра вечером. Пива?
Я кивнула и Шеймус налил мне стаканчик из пластикового кувшина, стоящего на середине стола, рассказывая мне о той девушке. Он точно на нее запал. Патрик, Шеймус и остальные парни были очень милыми. И выглядели они тоже ничего так . Все, кто работал на Ранчо Стила были без преувеличения красавцами. Должно быть, там было что-то особенное в воде. А может это был тяжелый труд на ранчо, который украсил их кожу загаром и закалил их мышцы. Но никто из них – не смотря на их шикарные тела – не был тем, о ком я действительно стала бы вздыхать. Они все были неплохими и все такое, но для меня больше как братья, чем парни, с которыми я бы стала встречаться… или спать. Джеймисон и Бун были теми, кто будоражил меня.
Да, Джеймисон и Бун.
Я нашла письмо о своем наследстве адресованное от Райли Таунсенда, адвоката поместья, после того, как вернулась из Исландии. Оно лежало в почтовом отделении с огромной горой других писем, которые были отложены до получения. Они лежали там месяцами. Райли был тем, кому я рассказала о планах приехать в Монтану, но не сообщила о точной дате или времени. Я пересекла всю страну из Северной Каролины в одиночку и в тот момент не была уверена, сколько времени займет мой визит. Когда же я наконец подъехала к главному дому на ранчо, меня встретила целая уйма парней. Они, должно быть, услышали, как я еду, или видели, как пыль клубилась за моей машиной на длинной, грязной подъездной дороге. Какой бы ни была причина, когда они подошли ко мне, моей первой мыслью стало то, что тут устраивали фотосессию для тематического календаря с ковбоями. Все они были горячими красавчиками, одетыми в джинсы, рубашки на кнопках и ковбойские шляпы. Все как один.
Но именно двое из них привлекли мое внимание и заставили сердце дрогнуть. Джеймисон и Бун. Да, они были невероятно привлекательными, но то, как они пристально смотрели на меня своими стальными глазами… Как будто они могли видеть меня насквозь, увидеть, какой взволнованной, уставшей, возбужденной и полной надежд я была. Как будто они могли видеть меня.
Остальные казались мне маленькими, радостными щеночками в сравнении с ними. Джеймисон был старшим рабочим на ранчо, управляющим всем. Бун сказал, что не жил на ранчо, как остальные, но приехал, чтобы провести медицинский осмотр одного из мужчин, который поправлялся от сотрясения мозга.
Рядом с ними я чувствовала себя крошечной. Я была маленького роста, и почти любой человек старше двенадцати был выше меня, но Джеймисон, судя по всему, был как минимум на фут выше, а Бут и того больше. Я должна была встревожиться, ведь они могли легко пересилить меня и причинить мне вред. Но я этого совсем не чувствовала. Нет, я чувствовала себя… защищенной. И немного потрясенной, потому что они заводили меня. Очень. Я возбудилась только от того, что пожала им руки, от того, как они пристально меня изучали. Мои трусики намокли уже после краткого знакомства, от того, как их взгляды прошлись по каждому дюйму моего тела. И я не могла думать ни о чем, кроме них с тех самых пор. Двое старших, опытных ковбоев, которые, вне всяких сомнений, знали, что делать своими руками… и любой другой большой частью своих тел.
– Прости, что Кэди не смогла прийти, – сказал Шеймус, пытаясь перекричать музыку. Он учился на последнем курсе в государственном колледже, изучал зоотехнию и через пару недель должен был вернуться обратно к занятиям.
– Корд и Райли отвезли ее обратно на Восток, на какую-то прощальную вечеринку. Я знаю, что она очень хочет с тобой познакомиться.
Я сделала глоток холодного пива, пытаясь представить себе Кэди. Я почти ничего не знала о ней, только то, что она была учительницей и состояла в серьезных отношениях с адвокатом поместья, Райли, и еще одним мужчиной. Любовь втроем. Меня это должно было удивить, и может так и было, но лишь потому, что я сама тоже запала на двух мужчин. Я видела их всего десять минут, но все же. Меня… меня тянуло к Джеймисону и Буну. Было ли это безумием? Несомненно.
Я хотела увидеть их снова, узнать, было ли это чувство случайным или чем-то большим. Не похоже, что Джеймисон проводил свободное время с другими парнями – ведь он был не здесь – может потому, что он был старше или не любил линейные танцы. Думаю, ему было ближе к сорока. Как и Буну. То, что они были настолько старше совсем меня не волновало. Ничто из того, что я знала – или видела – меня совсем не волновало.
А что же до Кэди, если она могла быть в отношениях с двумя мужчинами и всем, видимо, это было безразлично, то возможно смогу и я. Господи, я думала о наших отношениях, хотя даже толком и не поговорила ни с Джеймисоном, ни с Буном. Я вела себя просто смешно. То, что я не видела их с тех пор, как приехала, только доказывало, что они скорее всего и не думали обо мне. Они лишь вели себя как джентльмены и оказали мне теплый прием. Ничего больше.
Я сделала большой глоток пива.
– Ничего страшного. Она скоро вернется, а я не собираюсь никуда уезжать.
Я правда не собиралась. Я хотела остаться в Барлоу. Мне только нужно было разобраться с матерью. Когда-нибудь. Только не сейчас. Мне было уж очень весело и вся Монтана была определенно со мной на одной волне.
– У тебя есть другие братья или сестры? – спросил Шеймус, когда настало затишье между песнями.