Страница 15 из 37

Поцелуй феи

Сирфидов Иван

- Для этого не надо сначала влюбиться? - поинтересовался Рун.

- Не обязательно. Галантные кавалеры делают это просто так. Чтобы сделать даме приятно. Тебе же не трудно было бы стать чуточку галантнее, Рун? Ты с девушкой прекрасной вдвоём путешествуешь. В этом уже столько романтики заложено. А тут ни комплимента, ни цветочка.

- Смеёшься ты надо мной, вот что я думаю, - добродушно сказал Рун. - Зачем тебе это всё от человека, которого ты сама никогда не полюбишь. Назойливость это будет. Сама ведь сравниваешь свой поцелуй со мной с поцелуем принцессы и нищего. Если нищий полезет с цветочками и комплиментами к принцессе, повезёт, если его только высекут хорошенько. А то ведь может и казнят, кто знает. Тебе от меня нужны лишь объятья. Такова, как ты говоришь, твоя природа. Я понимаю, природа есть природа, тут ты искренна. И раз ты этим живёшь, а принца рядом нет. Значит питать тебя магией буду я, нищий. Ты фея, ты хорошая, мне не жалко. Но больше тебе от меня ничего не надо. Я не ровня даже барону, и уж тем более, не ровня фее. Я знаю своё место.

- Какой же ты гадкий! - неожиданно совершенно расстроилась Лала. - Не нужно мне от тебя ничего! И спать больше рядом с тобой я не стану! Обнимай, вон, дерево, если хочешь. А меня уволь! И варево своё ешь сам!</p>

Она легла и отвернулась. Рун был полностью обескуражен. Он был уверен в двух вещах. Что вроде бы не виноват. И что ничего исправить он уже не сможет. Ни уговорами. Ни извинениями. Он ей чужой, никто, глупо лезть с уговорами, она только ещё больше огорчится. И как просить прощения, если не знаешь, в чём твоя вина. Выйдет, словно пытаешься обмануть. Особенно было мерзко на душе, что она отказалась есть. Он тоже решил не есть. Так было несколько легче. Тоже лёг. Не думал ни о чём. Настроение было хуже некуда. Болело что-то внутри. "Может я уже влюблён?" подумал он. "Да вроде нет. Кажется. Может сказал ей что-то резкое и неправильное? Да вроде нет. Ничего там такого не было. Что ей нужны от него только объятия. Она и сама никогда этого не скрывала. Не важен он, важно только могущество". Стал вспоминать моменты их путешествия. Как счастлива она была. В его объятьях, как светилась прям. Как с медведем повстречались. Как она счастлива была от этой встречи, как радовалась, что одарила его чудом. Она и правда радовалась. Искренне. Как дитя. Феи, они добрые. Все это знают. Она его одарила не потому что хотела объятий или влюбить в себя. А потому что фея. Такова её природа. Не соглашалась на его жертву без своей. Не соглашалась на неравноценный договор. Есть что-то ещё, что ей надо. Не только объятья. Она искренна в своём желании могущества, но искренна и во всём другом. Она не принцесса с нищим, она фея с простым парнем. Эта фея нуждается в нём, но хочет дарить ему что-то. Хорошее. Не взамен, не в благодарность, не чтобы он продолжал заботиться о ней. А потому что она фея. Доброе весёлое открытое существо. А он никак не может этого осознать. Считает её невесть чем. Сложно постичь, что она такое и как к ней правильно относиться. Не в силах он этого постичь. Но никуда от ответственности за неё не деться. Она нуждается в нём, зависит от него, и сейчас только от него. Что делать? Как ей помочь? Как больше не обидеть её, когда её так трудно понимать и когда она такая другая, так отличается от него. Нет ответов. Неясно. Неизвестно. Вот и делай что хочешь. Скорее бы уж до деревни добраться. Он вздохнул и стал смотреть на звёзды. На сердце было очень тоскливо.</p>

Утром Рун проснулся ещё только светало. Лала спала там, где легла. Не пришла к нему. Он раздул огонь. Сходил в лес, набрал воды, благо запомнил где ручей ещё когда они шли сюда вчера. Нашёл спелую землянику. Сорвал лист большой, свернул, набрал в него горсть. Увидел цветы, раскрывающиеся с ночи. Выбрал самый большой из успевших раскрыться, сорвал. Направился обратно к костру. Лала уже проснулась, сидела чуть ёжась у костерка. На него даже не взглянула. Рун повесил котелок на огонь. Сел напротив её.

- Лала, давай поговорим.

- Не о чем, - сухо возразила она. - Я решила, я с тобой не пойду. Останусь в лесу. Меня зверюшки прокормят и согреют.

- А кончится у тебя магия, и кто тебя обнимет тогда?

- Да уж лучше кто угодно, чем ты.

- Давай хоть обнимемся на прощанье. Чтоб расстаться без зла.

Она посмотрела на него грустно и обречённо.

- Давай.

Он подошёл, помог ей подняться и прижал к себе.

- О-о-о! - удивлённо произнесла она и обрадовано посмотрела на него. - Ты что ли всё-таки влюбился в меня, Рун? Так много. Аж голова закружилась. Не отпускай меня, а то упаду.

- Нет, не влюбился, просто переживал за тебя всю ночь.

Она вздохнула.

- Знаешь, Лала, - сказал он мягко. - Я решил, что приму твою жертву. При условии, что сам буду этого очень хотеть. И если приму её, буду считать её великой честью для себя.

- Что это с тобой вдруг? - с удивлением спросила Лала.

- И вот ещё, - он поднёс к её лицу руку с цветком. - Это тебе. Хоть его красота и не сравнится с твоей. Но по-моему он тоже ничего.

- Я наверное сплю! - разулыбалась Лала. Взяла цветок, сжав в руке. - Кто ты и куда дел моего Руна?

- Я очень виноват перед тобой, Лала. Что обидел тебя вчера. Прости меня. Я почти всегда один, я даже кто такие девушки, не очень-то знаю. И уж тем более не знаю, кто такие феи. Потому мне бывает трудно тебя понять. И понять, как вести себя с тобой. Но я точно знаю, что не хочу тебе зла. И не хочу, чтобы с тобой что-то случилось. Мне хочется, чтобы ты обрела наконец столь желанное тобой могущество. И смогла уйти домой. Где ты будешь в безопасности. И я буду тебе помогать в этом. Пока смогу и пока ты сама этого хочешь.

- Ты тоже прости меня Рун, - произнесла Лала тепло. - Я вредной бываю иногда. И упрямой. И не очень-то много знаю про вас людей. И про тебя не очень-то много знаю. Мне тоже трудно бывает тебя понять. Но я не ведьма, я фея, я добрая, я никогда никому не хочу зла. А тебе тем более не хочу. Помни об этом всегда-всегда. Ладно? И не обижайся, что я не могу тебя полюбить. Это же не моя вина. Тут нет надменности или презрения. Так мир устроен. Ведь это не значит, что я не могу любить тебя как друга.

- Быть может... немножечко жестоко, что я жду от тебя романтики, тогда как сама питать её к тебе не могу, - добавила она после некоторой паузы. - Быть может я так увлечена могуществом... которое вот оно, совсем рядом, такое красивое, сияющее, замечательное. Только протяни руку, и оно твоё. Что не вижу за ним тебя и твою душу. И всё же... мне кажется нет тут ничего жестокого. Ты же не влюблён. Ещё. А влюбишься, и сам возжаждешь романтичного.