Страница 22 из 24
Украинская атака с фланга затормозилась, а танк оторвался от пехоты, образовав разрыв. Танк успел сделать два выстрела из пушки, и снаряды разорвались сбоку от бетонных укрытий и позади заблаговременно вырытых окопов. В это время неизвестно откуда возник человек с РПГ‑7, встал на колено, и спокойно выстрелил под заднюю часть башни Т‑72. Башню взрывом просто вырвало с базы и отбросило на добрый десяток метров в сторону. Два танкиста все же уцелели, но автоматные очереди из осетинского блок‑поста почти сразу нашли их.
Паника имеет скверную особенность – она цепной реакцией переходит от одного к другому и способна охватить всех.
Честно признаюсь, очень хотелось жить. Какой-то внутренний инстинкт требовал выпрыгнуть из этого укрытия и бежать, сломя голову, куда глаза глядят, но только подальше от этого места. Но разум убеждал, что пробежать удастся не больше нескольких десятков метров. В этих внутренних метаниях и страшных ожиданиях прошло еще несколько часов. И потом наступило полное безразличие и отупение. Ни вой падающих снарядов, на грохот разрывов не вызывали больше никакой реакции, было абсолютно все равно. Сознание смирилось с неизбежным.
На поле закипела обычная солдатская работа. Собрали тела наших погибших в одно место. Собрали оружие убитых и раненых, уцелевшие радиостанции, ночные бинокли и прицелы, остальные средства наблюдения, специальный ночной прибор с лазерным целеуказателем, топографические карты и секретные шифры. Отдельными кучами складировалось вещевое и инженерное имущество, уцелевшее после ночного боя.
Лента новостей.
Российские танки окружают Киев
Украинский президент уверил, что будет защищать столицу до последней капли крови.
Глава 23
23 Киев
Лента новостей.
Украинские силы стягиваются к Киеву для защиты столицы от наступающих российских войск.
Я попытался вскочить, но ноги стали ватными.
В сущности, какая разница? Ракеты уже на полпути. Бабахнут ракетами, и делу конец.
Мы все мертвецы.
Мысль о том, что торопиться уже некуда, наполнила меня спокойствием.
Танк первый, БМП и замыкают три БТР. Еду на первом БТР, солдаты в люках по своим «двойкам» и «тройкам» в готовности к ведению огня. Расчет такой: справа по борту под контролем огневых средств правая сторона улиц, одна «двойка» с каждого БТР контролирует первые этажи и подвальные окна, вторая — третьи и четвертые, третья — верхние крыши с чердаками; слева по борту та же схема.
Пулеметы БТР: первый — влево, второй — вправо, последний — тыл колонны, и одна «двойка» с автоматами. На первом БТР — «двойка» прикрывает впереди идущую БМП. На БМП «тройка» контролирует правую и левую стороны и впереди идущий танк. На танке «тройка» контролирует улицу в направлении движения и в стороны. Таким образом создано круговое наблюдение по секторам и трем уровням.
Подъезжаем, спешиваемся, под прикрытием танка и БМП выдвигаемся по улице. Контроль по уровням сохраняется. Самое важное, чтобы в случае открытия огня по одному уровню остальные продолжали контролировать свой до команды или сигнала о поддержке. Люки на технике после спешивания закрыты на случай гранатометания в них с этажей. По одной «двойке» для прикрытия на каждую единицу техники. В этой ситуации связь организована на одной частоте: механики‑водители, пулеметчики и наводчики‑операторы и старшие «двоек» и «троек», поскольку все находятся на расстоянии зрительной связи в секторе моего контроля.
Техника движется в шахматном порядке ближе к домам, чтобы было прикрытие для пехоты и техника не находилась бы на линии огня, который вероятнее вдоль улицы. При этом сектор огня из зданий удобен только по технике, двигающейся по противоположной стороне улицы. Чтобы контролировать этот слабый момент, «пехота» обращает особое внимание на противоположную от техники сторону улицы, которая надежно защищает ее своей броней от стрелкового оружия.
Стрельба всегда сначала начинается как бы по отдельности. Потом присоединяются другие автоматы‑пулеметы, и вскоре все сливается в один непрерывный грохот. Где‑то истошно визжали пули, напоровшиеся на камень и ушедшие в рикошет. Тут добавились уханья от разрывов гранат и снарядов. Судя по звукам, били по нам. Скорее всего, реактивными снарядами.
Я лежу в небольшом проёме, прижавшись к стене здания. Вдруг из окна, прямо надо мной открывают огонь из автомата. Несколько человек, залёгших на середине улицы, дернулись и затихли. прижавшись к стене, открываю огонь по окнам. Первый этаж затихает.
Немного переведя дух и подсчитав потери, приступаем к зачистке квартала. Необходимо осмотреть, как минимум, десять многоэтажных домов.
Страх заставил онеметь. Он остановилдыхание и задержал сердцебиение.
Когда сознание вернулось, я с трудом сел. я был буквально растоптан, все тело дрожало, было мокрым от пота. Рука и плечо были парализованы и горели от боли. Ничего не соображая, наполовину ослепший, я огляделся.
Я все делал автоматически, не задумываясь над тем, зачем это нужно. Сзади доносились звуки боя, но я и на них не обращал внимания. Мир превратился в плоскую картинку. Ощущение невесомости. Детского полета во сне. Свободного падения в небытие.
Я перехватил автомат и перевернулся на спину.
Три медленных, глубоких вдоха, чтобы прийти в себя.
Теперь я был готов идти дальше.
Я тихонько дернул гранату, подвешенную на пружинном карабинчике. Кольцо беззвучно разогнулось, и граната оказалась в руке. Я поднес ее к подствольнику, опустил нижний конец в трубу и медленно разжал пальцы. С едва слышным шорохом заряд ушел в подствольник.
Как только я рухнул, над головой вновь зажужжали пули натовской винтовки. Потом несколько раз хлопнул «калаш».
Рядом оказалась стена. Я не стал разбираться, что это за здание, не пытался даже осмотреться. Я прижался к мокрым кирпичам и замер, постаравшись стать незаметным, исчезнуть. «Меня нет, меня нет…» Кажется, кто-то выл , я ни в чем не был уверен.
Я ощупал стену, встал на дрожащие ноги и постарался понять, где нахожусь. Бесполезно: Я даже не помнил, с какой стороны прибежал.
Судя по тому, что я еще жив, из-под настоящего обстрела мне удалось уйти. Но они будут переносить огонь в глубь территории по мере получения рапортов от командиров подразделений, значит, останавливаться нельзя. Здесь уничтожат все.
Я бежал по дороге, совсем новой, ровной асфальтовой дороге, лишь местами полотно подпортили недавние взрывы. Бежал мерно, стараясь беречь дыхание.
Желудок пытается вытолкать из себя остатки съеденного утром сухпая, в голове гудит большой колокол, а во рту – приторный вкус крови.
Это была уже не война, это было избиение, а как вы еще изволите это назвать?
Лента новостей.
Российские миротворцы продолжают движение вглубь Западной Украины, практически не встречая никакого сопротивления По сообщениям очевидцев, силовые структуры Украины покинули запад страны.
Да, конечно, завоевать всю Украину сложнее, чем половину. Однако это на первый взгляд.
Однако силы были все еще слишком неравны, но украинская армия уже не бежала, а медленно отступала под напором авиации и танков. На пятый, шестой, седьмой день сопротивление на территории все еще продолжалось. Там, в нашем мире, все это решилось на пятый. А здесь блицкриг терпел крах.
Между позициями враждующих сторон лежала обширная нейтральная территория.
Лента новостей.
Президент Украины сообщил о захвате Украины российскими войсками
Президент Украины Михаил Президент Украины сообщил, что российские войска контролируют большую часть территории страны