Страница 76 из 78
— Давай, посмотришь, а в следующий раз, когда я приеду, расскажешь, какие мысли появились после, — о чем-то непонятном для Кати сказал Саша, приобняв ее за пояс, даже не оглядываясь. — И не буянь, парень. Это чаще всего имеет мало смысла. Тем более глупо самоутверждаться за счет младших.
Максим кивнул, неуверенно глянув на Катю исподлобья. Вздохнул.
— Я понял, дядя Саня, — как-то тяжко выдавил из себя он и пошел внутрь приюта.
— Это вы о чем? — провела Катя глазами паренька, пока Саша настойчиво подталкивал ее к авто, явно торопясь под кондиционер.
— Мы? О литературе, о шахматах, да о том, что драки с меньшими детьми редко из тебя настоящего мужика сделать могут. Я тебя ждал, понаблюдал немного… Хороший парень, но чувствуется, что ему не хватает вектора. Не с кого пример брать. Тут одни женщины, как ни крути, а ему бы мужской совет, а иногда и втык, не помешал бы, — хмыкнул Саша, открыв перед ней дверь с пассажирской стороны.
— И ты это восполнил? — с улыбкой уточнила Катя, сев.
— Ну, за раз такого не восполнить, — как-то очень по-доброму хохотнул Саша, заняв водительское место. — Но поговорил с ним. Максим действительно хороший парень, только видно, что примера толкового перед глазами не было. А так, направить, подсказать — и выйдет из него хороший человек еще, несмотря на все, — пока говорил, завел машину и вырулил со двора приюта.
— А у тебя такой пример был? — знала, что у Саши были хорошие отношения с отцом, да только умер тот рано, когда Ольшевскому пятнадцать исполнилось.
А мать пять лет назад скончалась.
— Был, — от его улыбки повеяло какой-то ностальгией. — Мне с этим по жизни как-то везло, котена. Батя замечательный был, умел объяснить и донести, до сих пор наши разговоры помню. Да и твой отец… Он очень многому меня научил и человеком сделал на самом деле.
— Даже несмотря на… нюансы? — немного удивленно уточнила Катерина. Она-то отца, понятное дело, априори любила, но Саша… все же, не в последнюю очередь благодаря Михаилу Коршуновскому, выбрал путь, который не самым благочестивым считается.
— Несмотря и вопреки, а может, и именно поэтому. Он же у тебя порядочным был мужиком. И в какой-то степени презирал то, что делал. Но иного пути не видел. А потому и во мне стержень правильного крепко забивал, чтоб уравновесить все, как мне кажется, — не отвлекаясь от дороги, поделился муж.
— Теперь и ты решил передать это дальше? — с некой растерянностью, но и ощущая невероятную близость к любимому, их общность, заметила чуть шутливо.
— Наверное, — не спорил Саша, кивнул. — Мой черед помогать таким же пацанам, как этот Максим, хотя бы. Как когда-то мне помогли и направили, и не раз, — и в голосе любимого ощущалось, что ему это «наставничество» даже по душе.
Так и повелось у них, что Саша теперь бывал в приюте хоть пару раз за неделю вместе с Катей, несмотря на то, что дел и проблем всегда хватало. Но он будто сам душой с этими детьми отдыхал и расслаблялся. И то разговаривал с Максимом, а то и со всеми мальчишками разом, то играл с ними во что-то.
Катя время от времени с удовольствием наблюдала за мужем из окон директорского кабинета, где проводила немало времени…
Или из актового зала — Мария вместе с заведующей уговорила ее проводить настоящие музыкальные занятия для детей, среди воспитанников приюта даже имелось два ребенка с действительно неплохими музыкальными склонностями. Да и остальным интересно. Вот она и учила детей играть на стареньком пианино, стоящем в зале, да поглядывала на улицу, где Саша все время умудрялся чем-то занимать парней.
Надо было признать, что к нему мальчишки бежали куда охотней и в большем количестве, чем заглядывали на ее «уроки».
А однажды ребята узнали, что Ольшевский и в юности занимался единоборствами, и сейчас тренируется, обронил в разговоре. Тут же забросали Сашу вопросами. Так что он на следующую встречу уговорил приехать парней, с которыми занимался, Сергея и Руслана, и те устроили ребятам вводную тренировку, рассказали азы и правила, показали базовые стойки и выпады… В конце концов, Саша договорился, чтоб в приют два раза в неделю тренеры из клуба приходили тренировать ребят (заинтересовалось даже несколько девочек, что Катю очень порадовало), и взял оплату на себя.
Так и сложилось, что у них все время заботы имелись. Как не дела Саши, так эти занятия в приюте, даже на выходные, случалось, ездили. Хотя и отдыхали, причем обязательно, Ольшевский за режимом жены следил внимательно, все время заявляя, что Катя за свою жизнь на прошлой работе отгребла по-полной, теперь надо в кайф и с удовольствием чем угодно заниматься. Да и Полина Сергеевна на это нажимала, а они к ней раз в месяц на прием являлись без уверток. И вроде бы врач даже какие-то неявные позитивные намеки им делать начала, что у Кати все не так и плохо идет, и, оказалось во многом лучше ситуация, чем она опасалась. Но отдыхать велела обязательно.
Саша врачебную рекомендацию очень серьезно воспринимал, так что они и с друзьями встречались, и «барбекю» у себя во дворе устраивали… Дом так этот и купили, уже привыкли к нему, сроднились, лень было еще куда-то переезжать. Но иногда, когда ходили на какие-то представления, или Катя участвовала в концертах, могли на ночь и в квартире остаться, чтоб уже уставшими не добираться.
И за всем этим даже не заметили, как за окнами октябрь наступил, еще теплый очень, но уже по-осеннему чуть горьковатый.
— Ты смотри, а у нас-то через два дня годовщина новой «первой» встречи, — весело подмигнув, заметил как-то Саша, что-то просматривая в ежедневнике.
— Да, я видела, любимый. У меня еще и музыкальный вечер в Доме Офицеров как раз, можно сказать, отпразднуем, — отозвалась Катя тоже с улыбкой. Сама обратила внимание недавно, даже с каким-то удивлением подумала, что год пролетел, а она и заметить не успела.
Жизнь полной стала, не до деталей вроде… но и в каждой мелочи же жила, наслаждалась. Саша по-новому научил ее жизнь любить и ценить.
— Отпразднуем, — согласился Ольшевский, крепко обняв за плечи, и поцеловал в шею.
Так и вышло, что они, задержавшись после этого вечера, ночевали в квартире. Приехали уставшие, едва придумали, куда огромный букет поставить, который ей Саша после каждого концерта неизменно дарил (один такой же, в честь годовщины, стоял дома в спальне с утра), с удовольствием переоделись в домашние спортивные костюмы, что тут держали именно для таких вариантов. Выпили кофе, который им никогда спать не мешал, закусив тот каким-то потрясающе сладким манго. Тот Саша достал там же, где и все фрукты брал для нее, до сих пор не выдавая места, все еще удивляя каждый раз. Вот и сейчас манго оказался совсем не таким, как в супермаркетах навалом «каменные» лежали: мягкий, сочный, ароматный… Объеденье!
Она не то что свои, Сашины пальцы облизала от сока, чтоб ни капли вкуса не потерять. А муж, поначалу рассмеявшись, вдруг так горячо отреагировал, что пришлось им вновь, как когда-то, помешать соседям спать… Ну не могла Катя стоны сдержать! Ни разу еще не вышло быть тихой и скромной, когда Саша с ней сексом занимался, заставляя всякое представление о реальности терять.
Зато спалось потом превосходно! Кофеин вообще не мешал. Видно, интенсивной физической нагрузкой быстро из тела вывелся… И только в десять проснувшись, спасибо суббота и ничего не планировали в кои-то веки, поехали домой.
Спустя месяц
Первый снег пошел в середине ноября. Нельзя сказать, что Катю это расстроило. Итак, считай, до последнего погода всех радовала, плюс пятнадцать в десятых числах ноября — для Киева роскошь. И на ее День рождения замечательная солнечная погода стояла, они даже отметили с Сашей на террасе ресторана, хоть и попросила плед под самый вечер. Вдвоем, негромко, не юбилей же уже, а хотелось именно тихого праздника в компании друг друга.
Так что то, что поздняя осень все же вспомнила о совсем характере, нахохлила небо серыми тяжелыми тучами, из которых и начал сыпать то ли снег, то ли просто ледяная пока крошка, было естественно и даже порадовало, почему-то остро напомнив о скором сезоне новогодних праздников. И об обалденно вкусных мандаринах, которыми Саша «грозился» ее накормить уже на следующей неделе.