Страница 29 из 53
Сегодня благодаря непреодолимой мощи герцога Трибиана он пришел к осознанию, смысла своей жизни, и ему уже не нравилось как он жил и к чему сейчас идет, и несколько корил себя зато, что они так глупо напали на герцога. Правда, в этом нет проблем, кроме уязвленной гордости, у герцога и его людей не было достаточно сил, что бы противостоять его мощи, его люди пали, а герцог еще трепыхается, в надежде на помощь артефактов. Все это агония, ведь герцог в нескольких метрах стоит от него и недоумевает, не зная где находиться избранный.
Тарик чувствовал быстрое сердцебиение герцога и буквально ощущал как его разум затопляет страх, он удачно вычислил где были старик с Перайдосом и нанес по ним сокрушительные удары, а Тарика он найти не мог.
Парень прошел к герцогу на расстояние вытянутой руки, выставив свой меч целясь в сердце врага, он резко толкнул оружие пробивая его грудь, артефакты отвечающие за восстановление явно не смогут восстановить сердце в котором находится меч. Парень продолжал держать меч, чувствуя как с каждым мгновением уходит жизнь человека, он улыбался, ему больше не претило убийства людей, как говорит учитель, всех есть за что убить, и не стоит к ним испытывать жалость. Когда герцог замертво рухнул к ногам избранного, действие заклинания пропало и Тарик прозрел, перед его глазами предстало забавное зрелище. Сер Перайдос с сосредоточенным лицом пытался приставить к культям отрубленные в бедрах ноги, видимо он просел в божественной силе и не может как раньше, залечить раны, прокричав стишок молитв. А учитель изломанной кучей плоти валялся дальше, и робко шевелился, пытаясь при помощи появившегося зрения придать телу стандартный вид, но с повернутой головой за спину головой это сделать не так легко.
Тарик сжалившись, подошел к старику и возложив руки ему на голову, с хрустом, придал ей правильное положение, после чего старик сам быстро справился со своими повреждениями и через пару мгновений вновь был тощим нищим стариком.
— Тарик, я гляжу, ты изменился, — проскрипел старик, потирая шею.
— Да учитель, я сегодня умер от руки герцога, и вернулся после того как для меня открылась истина, теперь мне не страшны даже боги, — гордо произнес избранный.
Старик рухнул на колени, и взмолился не своим голосом:
— Ученик мой, что тебе стало открыто?
— Мое истинное предназначение, — гордо возвестил парень. — В скором времени от моей руки падут все, кто называет себя благородными и аристократами, королями и императорами, мое предназначение в том что бы дать простым людям возможность самим решать как им жить.
— О великий Тарик, позволь, стать твоим первым последователем, и советником, — с благоговением, попросил старик.
— Конечно, кому как не самому мудрому человеку в этом мире, стать моим советником, я буду рад прислушиваться к твоим советам, — подал избранный руку, старику помогая ему подняться на ноги.
— Нам без могучей армии не обойтись, но для начала, надо завершить вашу месть, избавившись от совета лордов Ютландского пакта, и тут же займемся созданием несметной армии, перед мощью которой падут нечестивые королевства и империи.
— Мне нравятся ваши слова учитель, они не противоречат моей истине, — согласился Тарик. — Пойду поищу Мию, без нее наш отряд, мне кажется не полным.
Проводив взглядом удаляющегося избранного старик зашагал к Перальдосу, который продолжал безуспешно пытаться приставить себе ноги, Валадон сжалившись решил ему помочь. Подхватив его левую ногу за голень, старик сделал вид, что хочет помочь смотревшему на него благодарным взглядом рыцарю. Но старик резко распрямился и ударил Блондина по лицу его же ногой и продолжал бить пока тот вяло пытался защищаться, разбивая тому лицо в кровавое месиво.
— Сдохни, урод, сдохни, — шипел старик, нанося очередные удары, ему нравилось чувствовать, когда его личная месть, доходит до адресата, сквозь боль и ярость страдающего рыцаря. Он продолжал и продолжал наносить удары по уже неподвижному телу врага, как сзади раздался мелодичный голосок Мии.
— Старый маразматик, ты что творишь?
— Отстань, — отмахнулся от нее старик, продолжая с улыбкой наносить удары, Валадон чувствовал, что монашка вернулась в свою повседневную форму и сейчас атаки в спину можно не ожидать.
— Тарик скоро появиться, ты хочешь что бы он увидел все это, — удивленно поинтересовалась монашка.
— Дура, если бы ты открыла глаза, то увидела бы, что все мы переходим на новую стадию отношений, — спокойно произнес старик продолжая работать ногой, Перальдос уже не двигался и не подавал признаков жизни.
— Что ты имеешь в виду, — насторожилась дева.
— Так я тебе весь расклад и разложил по полочкам, — усмехнулся старик, отбрасывая в сторону ногу, Перальдос был мертв, но жалко, что не надолго, проклятый Аремиус своих слуг постоянно возвращает с того света, но ничего, у Валадона никогда не устанет рука, отправлять его прихвостней обратно.
Появился Тарик, за ним, с испуганными лицами, шло несколько молодых симпатичных женщин и с десяток мужчин.
— Учитель, я гляжу, вы уже развлекаетесь, — усмехнулся избранный, равнодушно смотря на растерзанный труп рыцаря.
— Да Тарик, — скромно потупился старик. — Я решил воспользоваться возможностью и свести с ним некоторые счеты, но ты не волнуйся скоро он буде как новый.
Мия слегка побледнела от услышанного разговора, избранный ее пугал своим равнодушием, и прочими изменениями которых раньше за ним не наблюдала, вот на что намекал темный. С Тариком что-то произошло, и оно изменило его, его суть, исковеркало добрый, отзывчивый характер, превращая его в чудовище неведомой силы в человеческом обличье, а его радужка глад, изменили цвет, став полностью черными и ужасающими.
— Тарик, а что это за люди, — поинтересовался старик, накидывая на тощие плечи, найденную под завалами тряпку.
— О, дорогой учитель, мне надоело быть кашеваром, да прочие жизненные мелочи проще скинуть на слуг, а время тратить только на необходимые вещи, — многозначительно ответил Тарик. — Так что знакомьтесь, это наши слуги, они уже принесли клятву верности и трудолюбия.
— Мой ученик, — всплеснул руками старик. — Ты не перестаешь меня приятно удивлять, я рад что ты наконец-то используешь свою голову по назначению, а не только для того что бы ей есть.
Старик прошелся перед новоиспеченными слугами, придавливая каждого из них тяжелым взглядом, люди отводили глаза не решаясь взглянуть на нищего грязного старца, весь его вид внушал им страх похлеще, чем черные глаза избранного:
— Ну что товарищи, я вам посоветую только одно, не нарушать данные этому уважаемому господину клятвы, и даже не помышлять о предательстве в любом его проявлении, ваши клятвы не пустые слова, и уже привязали ваши души к воле господина Тарика, помните об этом.
От слов старика одна из девушек упала в обморок, запуганные побледневшие люди не успели ее поймать ее тело, и она тяжело упала на разбросанные осколки. Старику нравился достигнутый эффект среди личного состава, было видно что все в полной мере, поняли что никто с ними шутить не будет, и отдал им первое задание:
— Найдите несколько фургонов, соберите припасы для дальнего пути и все необходимые вещи, мы выступаем через час если не уложитесь в это время, один из вас умрет.
Мие с каждой минутой не нравилось все что происходит, Тарик изменился, и поощряет все выходки темного, она прямо сейчас может войти в боевой режим, и попытаться убить, всех. Но сейчас она была в сомнения от Тарика давило мощью, которую она могла не преодолеть, уж лучше дождаться подходящего момента, ударить в спину спасая этот мир от появления очередной, сильной, темной сущности.
Слуги успели справиться в отведенное время, нашли и подготовили несколько вполне годных телег, нашли скакунов и вообще позаботились о любых мелочах вплоть до нового балахона для старика. Сам Тарик тоже обзавелся черным скакуном, мощным, норовистым, под стать, своему новому хозяину. Слуги также проявили немного инициативы и пособирали дорогое и качественное оружие, целые доспехи, старик также для себя присмотрел полный качественный доспех который будет хорошо держаться на его костях, и хороший меч. К несчастью меч герцога, обладал привязкой к владельцу, и пользоваться всей силой артефакта они не смогут, что делает для них нагоняющий ужас меч, обычной железкой, которую тут же старик обломал о коленно, со счастливой улыбкой на лице.