Страница 16 из 19
Откр. 3, 4. «Впрочем у тебя в Сардисе есть несколько человек, которые не осквернили своих одежд, и будут ходить со Мною в белых одеждах, ибо они достойны». Белые одежды – это священнические одеяния, в которых служили Богу. На этих одеждах не должно быть ни одного пятна. Они изображали праведность, в которую священники прообразно облекались. Что там было тенью, теперь для народа Божьего – действительность. Каждый должен быть без пятна и порока. Но раз там могло быть несколько человек, то почему не все? Потому что каждый в отдельности должен возвещать совершенство. Призвавшего не только словом, но и жизнью, а так не было в Сардисе. Там было только несколько таких, оправданных Христом и одетых Им Самим. Большинство же осквернили эти одежды, так что они стали неузнаваемыми. Получая оправдание, они не искали освящения. Только у этих немногих жизнь соответствовала святым правилам, и Он дает им обетование, что они будут ходить в белых одеждах. Белые одежды постоянно упоминаются в связи с Его пришествием. Как читаем и в этой главе: Он стоит у дверей церкви и советует купить белые одежды. Ибо только таких Он не извергнет из уст Своих.
В 4-й главе мы увидим восхищение Церкви. Она вся в белых одеждах. А в 7-й главе, в 9-м стихе, явление великого множества из всех колен, и племен, и народов пред престолом – тоже в белых одеждах.
В 19-й главе все Воинство Небесное выступает, чтобы сразиться с антихристом, тоже в белых одеждах. Мы должны и здесь носить белые одежды, не только там.
Откр. 3, 5. «Побеждающий облечется в белые одежды». Мы видим, что Он отвращается от общности и обращается к отдельным лицам. Это очень важно, что Он так делает. Но если вся Церковь мертва, есть некоторые наполовину мертвы, что же может сделать один?
Не следует и одиночке опускать руки. «Нет, нет, – говорит Господь ему. – Ты должен достигнуть победы, как те, которые уже ходят в белых одеждах». Итак, да не скажет никто: «Я мертв и таким должен остаться и вперед». Или: «Я едва жив, где я достану полноту?» Или: «Мои одежды совсем обветшали – осквернены, и я останусь таким навсегда». Нет! Каждый может побеждать и быть облечен в белые одежды. Какое чудное поощрение дает Господь! Значит, не все еще погибло, и теперь каждому можно достигнуть победы. Господь даже прибавляет: «Не изглажу имени его из книги жизни». Затем, как чудно это обетование в сравнении с тем искушением, в которое попала вся Церковь. Искушение это – напрасное ношение имени. Господь не мог такое имя исповедовать «пред Богом Моим». Но имя того, который из их обманчивого состояния будет вырван, вечно будет сиять в книге жизни. Заметим, что Христос Сам берется исповедовать такое имя перед Богом, превознести, прославить это имя.
Какое это будет имя, которое будет прославлено Самим Господом? Да выйдет всякий из этого мертвого положения, чтобы быть прославленным Господом!
В доказательство того, что во Вселенской Церкви Христа должен быть Сардийский период, мы должны привести те же доводы, которые имели и в Фиатирском периоде.
Но тут Он говорит еще о том, что совершится в день пришествия Его: «Приду, как тать», – неожиданно, как вор. Сардийский период длится еще до сих пор, и мы с содроганием вспоминаем Фиатирский период – развитие папства. Если бы предположить то, что четвертый период был последним, то была бы потеряна всякая надежда, что Царствие Христа будет восстановлено. Но благодарение Господу, что Он указывает в пятом послании на иное действие. Настанет время по Его изволению, несмотря на единовременное существование Иезавели, то есть папства.
Нужно ли нам, современникам этого периода, пояснять, что этот период начался с Великой Реформации, когда все христианство преобразовалось.
После того, как Господь в XIV и XV веках выслал нескольких предвозвестников этого события, наступил в XVI веке полный перелом. Темные тучи были разогнаны, окутанные тьмой средние века окончились, и Слову Божьему дано было воссиять снова. Это многообещающее движение началось почти одновременно у всех народов Запада, находившихся под владычеством папы (Германия, Швейцария, Голландия, страны Скандинавского полуострова и Англия). В Германии это движение началось выступлением, впереди которого стоял Мартин Лютер. Этот монах католического монастыря обратился к Господу и тотчас начал проповедовать Кровь Христа и оправдание искуплением. Могучим ударом атаковал он незыблемые, вековые укрепления Иезавели, свидетельствуя против всякой римской лжи. Трещина за трещиной образовались в этой крепости, и скоро она вся заколебалась. Властно стала царица повелевать, но сила Духа, посрамлявшая ее через августинского монаха, не признала поставленных преград и безбоязненно попирала их. Тогда Иезавель попыталась вступить в переговоры, но тут же была отвержена. И так как чудный герой веры на требование папы в Рим не поехал, то папа вынужден был созвать собор. Однако сам он на собор не поехал, а послал вместо себя своего первого кардинала. Император же Карл V присутствовал лично. Многие ораторы говорили против Лютера очень сильно, и все ожидали, что его осудят на костер. Но наконец и ему предложили высказаться. Он согласился, сказав: «Так как требуют от меня слова, то я буду говорить речь, которая будет иметь зубы и рога, иначе я не могу. Да поможет мне Господь!» В конца концов собор осудил его, объявив вне закона. Однако огонь Божий уже горел с большой силой во многих миллионах душ. И хотя многие люди и не дали простора истине и не возродились, они все-таки согласились с ней, желали ей успеха и содействовали ей. Все желали освободиться от порабощения и гнета совести, которая находилась в руках папы. Именно там, где находился духовный союз власти и церкви, должен был произойти и разрыв. Главы государства выступили в поддержку нового движения и, поддерживая Лютера, объявили, что они расторгают связь с папой. Их подданные приветствовали тоже новую веру, и в нужный момент князья могли решительно порвать нить связи с римско-католической церковью.
Целые города, целые народы, еще вчера бывшие католиками, сегодня становились евангелистами. Это было памятное время великого переворота, которых мало в истории мира. Совершились великие дела, но не все по воле Божией. Главная же заслуга была в том, что Слово Божие получило свободу. Оно началось широко проповедоваться, и правила Иезавели получили сильный удар. Этот процесс продолжается и сегодня, и мы пользуемся его благословением.
Лекция XI
Если взглянем на возникшие духовные общины, то увидим, что тогда не все было хорошо, а Господь Своим посланием как раз показывает на церковь.
Начало в Реформации было чудное, Господь предстал там в Духе Святом. О, какая сила проявилась там! Казалось, вновь настала Пятидесятница. Так же и все духовные работники были звездами первой величины. Никто не мог устоять перед ними, а главное – перед Лютером.
Но увы, с переходом государей с подданными из одного лагеря в другой – из католичества в евангельское протестантство – достигнута была только перемена жизни, а не сердца. Возникла новая государственная церковь. Название ее было красивое: «будто жив», но на деле она мертва, и это до сих пор. Уже в Пергаме и Фиатире было очевидно, что Церковь Христа гибнет, коль скоро мирская власть вторгается. Здесь же в союзе с миром она реформируется и поправляется, но этим опять воля Божия не достигнута. Из первой церкви стала мирская церковь, а из второй вышла карикатура! Чтобы знать, что это именно она, надо было на ней наклеить ярлычок и написать: «Евангельская». Но, благодарение Богу, в этой мертвой, но называющейся живой церкви все же были и живые христиане. Но часто их жизнь была не примерной. Это и неудивительно, ибо, окруженные мертвецами, они дышали той же атмосферой и гибли в ней. А те, кто должны были укреплять прочих, близких к смерти, сами были мертвы. В этих мирских церквях мы находим и теперь две категории людей: первая – ждет пришествие Христа как Жениха, но это учение для них странное, и что Он придет за Своей Невестой, также им не понятно. Они Его таким не знают. Вторая – никак не знает, что они близки к пришествию Христа. Час этот скрыт от очей их. Знамений и времени они не видят и не знают. Когда говорят о пришествии Христа, то говорят как о Царе и Судьбе, от Которого и ожидают знамений, которые должны предшествовать Его пришествию. Таким образом, ожидают знамений, а не Его. Они дождутся того, что Он придет, и они останутся за дверями. Важно, чтобы истина Господня была очевидна для нас, чтобы мы знали, когда Он придет и как придет.