Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 64 из 122

Амьен

Ужасное видение захватило меня внезапно, вздыбившись прямо посреди глубокого мирного сна. Кошмар был все тем же, только на сей раз казался куда напряженнее и четче, ввергнув меня в крайнюю степень паники. Было полное ощущение настоящего конца света, сущего Армагеддона. И человек, к которому я взывала, никак не мог меня услышать и понять. Он лишь смущенно улыбался и, стоило мне заговорить громче и требовательнее, стал удаляться, все так же тихо улыбаясь, в кромешный мрак, настолько абсолютный, что, казалось, поглотит его навсегда.

— Остановись! — что есть мочи закричала я ему. — Стой! Вернись! Не покидай меня!

Кто-то мягко похлопал меня по руке, позвал по имени.

— Вернись! — снова завопила я. — Не оставляй меня!

— Кейт, Кейт! — Я почувствовала, как кто-то крепко схватил меня за руку. Зовущий голос раздавался у самого моего уха. Голос Джулиана.

Я резко села в постели, уткнувшись носом во что-то плотное.

— Джулиан! — воскликнула я, кинувшись ему на грудь. — Ты вернулся!

Однако все было совсем не так. Под моей щекой оказалась грубая шерстяная материя. И объятия его были холодными, совершенно формальными. Лицом я ощутила жесткий кожаный ремешок портупеи.

— Кейт, — забеспокоился он, — с вами действительно все хорошо?

О нет! Это не Джулиан. То есть Джулиан — но и не Джулиан. Не мой Джулиан!

Я стыдливо отстранилась от него. Свет вспыхнувшей было в душе надежды печально погас.

— Ох, простите бога ради… Мне привиделся кошмар.

— Как ваш нос? — спросил Джулиан, озабоченно глядя на мое лицо.

Я тронула пальцами нос. Чувствовалась не столько боль, сколько неприятное онемение.

— Думаю, с ним все в порядке. Я что, стукнулась им в вас? Простите. Который час?

— Семь утра.

— Боже мой, мне так неловко! Я вас разбудила. Я, наверно, подняла весь дом.

— Нет, я уже встал. У меня условлено несколько ранних встреч. Я как раз проходил мимо вашей комнаты и услышал… — Неловко кашлянув, он положил на ночной столик какой-то маленький предмет. — Ваш ключ. С вечера мне пришлось закрыть дверь снаружи, а потом не удалось просунуть его под дверью.

— Ох, похоже, я вчера просто провалилась в сон.

На его губах заиграла улыбка.

— Это моя вина. Продержал вас допоздна.

Типичная британская сдержанность! Мы говорили до двух часов ночи: о будущем, о прошлом, о войне и о политике, о литературе, о Мао Цзэдуне, об опере, о теракте одиннадцатого сентября и о многом другом, пока меня, должно быть, напрочь не сморило сном. Последнее смутное воспоминание о минувшей ночи — это как меня уложили в постель и как будто легонько поцеловали на прощание в лоб. Оглянувшись на ключ, оставленный на тумбочке, я увидела возле него аккуратным рядком выложенные шпильки.

— Вот что мне чрезвычайно нравится в вас как в мужчине из прошлого, — сказала я, убирая от лица растрепавшиеся волосы. — Исключительный джентльмен.

— Разве что, судя по всему, вызываю у вас ночные кошмары.

Форма, которую носил Джулиан, оставалась чистенькой и аккуратной, несмотря на общую потрепанность после долгих, нескончаемых дней минувшей зимы, проведенных в грязных окопах. В одной руке он вежливо удерживал свою офицерскую фуражку с козырьком. Я так и не успела привыкнуть к облику капитана Эшфорда, настоящего воина, обитателя траншей.

— Вы в самом деле хорошо себя чувствуете? — уже серьезно спросил Джулиан, положив на постель фуражку и тут же ее подхватив.

— О да, лучше. — Теперь, когда он отстранился, я почувствовала, что в комнате стало заметно свежо. Я натянула шерстяное одеяло повыше на плечи, выправив наружу распущенные волосы. — Только немного холодно.

— У вас огонь погас, — кивнул он на небольшую кованую решетку очага. — И растопки нет, чтобы подбросить. Я по пути пришлю к вам работницу — она должна была уже подойти.

— Спасибо. Я… А то я не сильна по части разведения огня.

— Ну да, в ваши дни на редкость бесполезное умение, — усмехнулся он. — В каждом доме, полагаю, центральное отопление.

— Почти везде. Скажите… а долго продлятся ваши нынешние совещания?

— Боюсь, целый день.

Обвернувшись по самые плечи одеялом, я поднялась с постели. Джулиан машинально отвернулся, уставившись в погасший камин.

— А потом? — спросила я, щелкнув выключателем электрической лампы. Она сперва как-то нерешительно заморгала и наконец засветилась.

— А потом я хотел… Может… если это не будет неудобно…

— Что неудобно?

Джулиан обернулся ко мне — в свете лампы стало видно, что он покраснел до корней волос.

— Может быть… я мог бы еще ненадолго увидеться с вами? — смущенно произнес он.

— Капитан Эшфорд, — почти шепотом ответила я, — я буду этому бесконечно рада.

— Мне о стольком еще хочется вас расспросить, — поспешно добавил Джулиан.

Я коснулась его руки.

— Я с удовольствием все вам расскажу.

— Вчера так любезно было с вашей стороны уделить мне столько времени и засидеться допоздна…

— И все же я так и не смогла вас убедить, верно?

— Разумеется, нет. — Джулиан лукаво улыбнулся. — Но когда я ушел, я кое-что придумал. Видите ли, попасть под обстрел — вообще вопрос удачи и выбора времени. Я просто перенесу запланированный выход в рейд на два пятнадцать. Надеюсь, на сей раз это удовлетворит ее величество Судьбу?

— А потом вас настигнет что-нибудь другое.

— Что-нибудь другое всегда может меня настичь.

Его крупная кисть неуверенно обхватила мою. Такие знакомые пальцы — сейчас непривычно загрубелые и мозолистые, — такие сильные, любимые…

— Как вы это выносите? Как выдерживаете это испытание? Все вы?

— Ну, об этом как-то не очень и задумываешься.

— Но как остальные, Джулиан? Те, кто вас любит? — Я стиснула его пальцы и тут же ощутила ответное пожатие. — Прошу вас, не отправляйтесь туда. Знаю, вам неприятно это слышать, потому что вы не можете пренебречь своим долгом. Я понимаю, правда понимаю, но ничего не могу с собой поделать. Я должна хотя бы попытаться вас удержать. Я могу лишь надеяться, что эта… корректировка по времени сохранит вас целым и невредимым. У самой меня нет ни единого шанса уберечь вас от той злополучной ночи. Но это очень важно.

— Почему? — удивленно спросил Джулиан. — Почему это так много для вас значит?

Я подняла ладонь, легко коснувшись пальцем уголка его рта.

— Разве можно увидеть вас, Джулиан, узнать вас ближе — и колебаться с ответом на этот вопрос?

Его губы чуть разомкнулись, и кожей я ощутила, как он порывисто выдохнул. Сжал пальцами мою кисть. Спиной я почувствовала, как другая его рука приподнялась до моей талии и тут же упала.

— Вы опоздаете на свою встречу, — напомнила я. — Но, вернувшись, загляните ко мне. В своем колчане я припасла для вас еще одну стрелу.

Склонив голову, Джулиан поцеловал мне руку.

— Я в вашем распоряжении, — сказал он и, надев фуражку, вышел из комнаты.

ГЛАВА 18

— Объясни мне кое-что, — сказала я как-то раз на исходе дня, уже в конце августа, когда мы расслабленно лежали обнявшись на лужайке в траве, слушая стрекот цикад во влажном летнем воздухе.

— Угу, — отозвался Джулиан, поигрывая моим локоном. — Что именно?

— Почему я всегда просыпаюсь одна?

Он как будто заколебался с ответом, но так ненадолго, что это вполне могло мне показаться.

— Потому что ты, ленивое дитя, любишь понежиться в постели, в то время как я обязан зарабатывать средства на существование.

— Звучит, однако, неубедительно, — мягко сказала я, приподняв его руку и сплетя свои пальцы с его. — Копни-ка глубже, Эшфорд.

— Какие же вы все-таки настойчивые, современные девицы! Разве у человека не может быть хоть минуты полного покоя?

— Не в этом веке.

Он вздохнул и сжал мою ладонь.

— Чтоб быть с утра в боеготовности.