Страница 16 из 44
— Что ты так сопишь мне на ухо, а? — повернулась к Варну Лиина, стоило лишь степнякам скрыться. — Неужто и впрямь так ревновал, что и спал плохо?
Серые круги под глазами итак красноречиво говорили о ревности. К чему было спрашивать? Чтобы поиздеваться? Или просто выудить из мужчины искреннее признание в любви?
Так и не решив для себя эту дилемму, охотник нашел совершенно иной вариант забыть о подобных проблемах, как ревность.
— Давай поженимся, — тихо прошептал ей он, вложив в предложение всю настойчивость, уверенность в своих чувствах и отчаянное желание завладеть единственной для него женщиной на свете.
Разве Лиина выглядела сейчас счастливой? Нет. Ее улыбка медленно стиралась с лица. Теперь девушка могла показаться больной, испуганной. Где-то рядом каркал ворон. И ей представлялось холодное лицо недовольного и обманутого владаря.
У нее даже ноги стали подкашиваться, так что пришлось ухватиться за мужчину, дабы не упасть.
— Я… Я… Это плохая идея… — Промямлила она. Говорить правду — больно и страшно, хотя уже давно так и хочется все рассказать, как есть, и облегчить душу, ведь тайны тяжелели день ото дня и давили на сердце.
Пальцы Варна больно впились в ее руку, требуя если не дать ответ сию минуту, то срочно объяснить по какой причине из него вьют веревки. Радмила, стоявшая на крыльце, вмешиваться не отважилась. И Сережку придержала, чтобы не мешал двум взрослым самим разбираться в своих запутанных отношениях.
— Они ссорятся? — испугался ребенок.
— Милые бранятся — только тешатся. — Постаралась успокоить саму себя этой мудростью женщина. Ей совсем не хотелось видеть тех двоих разочарованными, расстроенными от ссор.
— Я расскажу тебе все… но позже… — Пообещала Лиина. — И почему замуж не могу выйти, и… Но, поверь мне, ты — единственный, с кем я хочу быть рядом…
Варна это нисколечко не успокоило. Он хотел знать все и сейчас. Но, похоже, тайнам суждено было остаться скрытыми за семью печатями, погребенными под слоями веков и боли.
Громоподобный топот копыт заставил всех обернуться на звук. Железные доспехи наездников гремели при движении, ударяясь пластинами. Мелодия войны, ворвавшаяся в мирную жизнь деревеньки, пробуждала дикий, первородный страх особенно у женщин, тут же спрятавших детей за собственные юбки. Даже Радмила затолкала, сопротивляющегося Сережку в дом и притворила двери. Что правда, мальчишке это было по боку — он утолял любопытство, выглядывая из окна. Хозяйка же встала плечом к плечу с Лииной, чтобы защитить девчонку, еще не повидавшую толком жизни.
Варн развернулся к наездникам, поймав на себе взгляд главенствующего над колонной. Тот целенаправленно ехал именно к их двору и дал сигнал спешиться, но около Гаврилы. Будучи на веселее со вчерашнего дня, мужчина мог многое поведать гостям.
— Он не скажет… — не совсем уверено пробормотала себе под нос Лиина, и опровергая ее слова Гаврило сначала кивнул на вопрос мужчин, а потом ткнул пальцем прямиком в сторону их дома.
Соседи заметно напряглись, некоторые качали головами, не одобряя. А воины тем временем, уже вновь ехали по проселочной дороге, больше никуда не сворачивая.
— Здравствуйте! — вроде бы вежливо поздоровался наездник, спускаясь с седла на землю, однако атмосфера казалась такой наколенной и колючей, что воздух буквально превращался в миллиарды тонких иголочек, впивающихся в позвоночник, шею.
— И вам. — Коротко ответил Варн, не выпуская из поля зрения ни одного воина в доспехах.
— А можно ли у вас воды напиться? — спросил другой, явно затевая игру, которая может увенчаться кровавой расправой в любой момент. И главное, обратился он к Лиине, нахально ухмыляясь ей. Варну не стоило труда догадаться, о чем думал этот упырь, глядя на его женщину!
Лиина, подхватив игру в вежливость, и не подавая вида, насколько ей страшно на самом деле, пошла к колодцу. Вернулась обратно с полным ведром и черпаком, предложив путникам испить. Даже черпая воду, и поднося ко рту, тот упырь так и пялился на нее, отчего у Варна появился нездоровый зуд в сжатых кулаках, который срочно требовалось устранить, почесав об красную морду гостя.
— Скажите, не проезжали ли мимо трое: двое мужчин и женщина? Степняки. — Перешел, наконец, к делу главарь наездников.
— Проезжали. — Честно ответил Варн, и Лиина с нескрываемым разочарованием посмотрела на него. Но охотник и головы в ее сторону не повернул, продолжая говорить с путниками. — Тоже останавливались, воды просили. Кажется, их женщине было плохо.
— И куда потом поехали? — холодный и полный опасности взгляд сверлил охотника, будто хотел увидеть ложь и отличить правду по одному только выражению лица мужчины. Но лицо Варна не выражало ровным счетом никаких эмоций. Он так же холодно смотрел на вопрошающего.
— Туда! — указал охотник в совсем противоположную сторону от истинной, за что Лиина чуть ли не бросилась его обнимать. Подобная радость не осталась незамеченной.
— Когда? — сухо вел допрос главарь.
— Покуда мне знать! — Пожал плечами Варн. — Где-то еще на рассвете.
Наездники переглянулись, будто могли обмениваться мыслями.
— В какую бы сторону они не двинулись, отряд Бейна или Ставра их все равно прижмет. — Высказался третий. — Так может не будем загонять лошадей? С ними больная девка. Быстро передвигаться они не смогут. Если отдохнем, переночуем, выедем утром, успеем нагнать и получим вознаграждение.
— Хорошо. Мы остановимся у вас! — припечатал, не спрашивая дозволения, главарь.
— Отчего же не принять гостей. Дом у нас не коробочка, не сломается. — Иронично заметила Радмила, перебирая усталыми ногами за наглыми наездниками, уже отправившимися выбирать себе комнаты.
Глава 12
Одни гости приносят радость в дом, другие — зло. Мужчины в железных доспехах ничего хорошего не несли с собой, кроме дурных мыслей, ножей, мечей. Они чувствовали себя властителями над жизнями простых людей. Ихар — тот самый упырь, любил женские ласки, а также крики, вопли боли. Он сидел за столом, сбросив вонючие сапоги на пол, чистил ножом ногти на руках, и таращился на Лиину постоянно растягивая на небритой, грязной мине ухмылку, когда девушка поворачивалась. Варн старался находиться максимально близко к ней, и при том не пускать далеко от себя Сережу. Мальчишка вовсе не был глупцом, да и путники эти не вызывали у него никакого интереса. Скорее страх и не более того.
— Поди сюда, — позвал ребенка главарь этой компании, Сарат.
Сережка вопросительно посмотрел на охотника. Варн кивнул ему, разрешая подойти, сам же делал вид, что усердно вырезает из бруска какую-то безделушку. Держать в руках острый нож в данный момент ему было спокойнее, хотя постоянно возникало желание применить орудие не совсем по назначению… Радмила и Лиина крутились у очага, готовя уже ужин, и тихонько подсчитывали сколько троглодиты сожрали за обедом заготовленных на зиму запасов. За окном давно стемнело, а хамовитые гости и баню потребовали, и перины помягче, а уезжать не торопились, будто намерено испытывая терпение хозяев…
— Хозяйки! Есть уже надо! Нельзя ли поскорее? — погладил здоровенное пузо Гайв. Этот казалось, был самым спокойным из троих, но все равно раздражал, может требованиями, может прожорливостью.
— А чесноку в нос не надо? — ворчала всякий раз Лиина.
— Зачем так жестоко? — возмущалась хозяйка. — Чеснока у нас мало! Лучше перца в зад! — поддерживала ее более миролюбивая Радмила, радуясь, что Варн никуда не ушел. Сама же более бодро ответила: — Уж стараемся скорее стол накрыть.
Тут она увидала, что Лиина собирается в кастрюлю подмешать.
— Ты это что кладешь?
— Приправу… — сквозь зубы выдала девушка, озираясь по сторонам.
— От твоей приправы они вообще через неделю от нас выветрятся, а сам запашок придется выветривать, знаешь как долго?!
— Действительно. — Остановила попытку отравления Лиина. — Как-то не подумала…
Варн рассмеялся, прислушавшись к их диалогу. Встретил озадаченный взгляд гостей и снова нахмурился.