Страница 38 из 266
Точнее привлек внимание Альмы, а вот пылкого Крона ничуть не смутил. Он даже попытался придержать девушку, когда она вдруг резко отстранилась.
– Мой лорд, господин мэр, – вырваться Альме все же удалось. Она надавила на грудь Крона, заставляя отпустить себя, а потом выскользнула из окружения его рук, достаточно могучего тела, лица, чтоб присесть в реверансе, опуская глаза в пол. Лицо девушки пылало... И это почему-то откликнулось удовольствием в груди Ринара. В почему-то клокочущей гневом груди Ринара.
А вот что не обрадовало совершенно, так это слишком алые губы. Почти настолько же алые, какими были тогда, когда целовал он...
– Леди Альма, – мэр улыбнулся девушке, сияя ярче начищенного пятака. Он был рад тому, что все складывается именно так. Что его сын нашел себе в любимые не одну из местных простолюдинок, а воспитанницу лорда. – Вы стали еще красивей, душечка! Уверен, Крон уже успел сказать об этом, но грех не повторить, ведь это чистая правда! – мужчина хлопнул в ладоши, выражая свой восторг, а потом одобрительно посмотрел уже на сына. Тот, почувствовав на себе такой взгляд, взбодрился, расправил плечи, вскинул голову, улыбнулся в ответ, а вот Альма...
На нее смотрели не так. Она чувствовала взгляд Ринара. И он был тяжелым, практически ощутимым. Она чувствовала, как взгляд скользит по лицу, шее, возвращается к губам, щекам, заставляя краснеть еще больше, потом кажется, что мужчина будто ждет, что она посмотрит в ответ, а она не может. Альме казалось, что легче будет умереть с опущенным взглядом, чем поднять его на опекуна. А еще он молчал... Так же тяжело, густо, напряженно молчал. Девушке не хотелось знать, что сейчас творится в его голове. Слишком это было бы... страшно.
– Благодарю, господин мэр, – пытаясь ускользнуть из-под этого пристального внимания, девушка чуть повернулась в сторону отца Крона, подняла взгляд на него, улыбнулась. – Как здоровье у миссис Лэнди?
– Ваш визит сказался на ней чудным образом, душечка! – продолжая сочиться энтузиазмом, староста вновь обратил все свое внимание на нее. – Лизбэт чувствует себя превосходно, а главное, ждет вас в гости! Если лорд не против, конечно.
Не заметить, что воздух вокруг Ринара сгущается, было сложно. Эти изменения ощущали все, вот только причин для подобного не видели.
Мэр достаточно долго ждал ответа, улыбаясь, смотрел на лорда. А Ринар даже не слышал вопроса. Он не мог оторвать взгляда теперь уже от профиля Альмы.
Она так и не рискнула посмотреть на него. Застыла восковой куклой, устремив взгляд чуть выше плеча Лэнди-старшего. Лишь слегка поднимающаяся при каждом вдохе грудь доказывала, что она не из воска или фарфора.
Щеки девушки понемногу оставляла краска, уступая место бледности, а вот дышала она прерывисто, будто сердце успокоить все же не могла, и Ринару жутко хотелось, чтоб виной тому был не недавний поцелуй, и не стыд, что их застали. А именно то, что он сейчас так на нее смотрит и молчит. Странное желание. Раньше он никогда не замечал за собой подобного достаточно жестокого стремления, но это было так.
Жутко захотелось, чтоб из комнаты мигом пропали лишние люди, чтоб они остались вдвоем, и ей больше некуда было прятать взгляд. Не за что цепляться и не на что отвлекаться. Чтоб ей пришлось посмотреть на него. А он бы так и продолжал молчать. Молчать и смотреть, доводя до исступления.
– Вы не против, если я украду Альму? – первые слова, которые долетели до сознания Ринара, принадлежали тому, кого он совсем недавно чуть не убил голыми руками.
Крон, в отличие от Альмы, на него посмотреть не побоялся. Вряд ли дело в храбрости. Просто малец не представлял, что может твориться сейчас в мыслях лорда. Если знал бы, пожалуй, бежал, не разбирая дороги.
А стоило Ринару перевести взгляд на Крона, как...
Сглотнув неизвестно откуда взявшийся ком в горле, Альма все же посмотрела на Ринара. Он злился. Точно злился. Скулы будто окаменели, губы сжаты в линию, а глаза... В них плещется крайнее равнодушие. Такое, от которого мурашки бегут по коже. Хочется спрятаться, скрыться, провалиться сквозь землю, лишь бы не видеть его таким. Девушка понятия не имела, как Крон выдерживает этот взгляд, а еще не понимала, чем он вызван. Может, Свира права? Может, он все же ревнует и тогда...
Альма почувствовала, как сердце ускоряет ритм. Это ведь шанс. Именно то, что было нужно. Это же хорошо, что он застал их за поцелуем. Если Ринар ревнует, он не сможет... Не сможет просто так отпустить их. Если ревнует, выставит Крона из дому, а на нее накричит, может, посадит под домашний арест, но не останется равнодушным. Он просто не может остаться равнодушным.
– Конечно, кради, – несколько ударов сердца Альмы точно пропустило. Именно столько, сколько понадобилось лорду Тамерли на то, чтоб расплыться в улыбке, убрать с лица предельно спокойное выражение, разжать кулаки.
Ринар думал о том же, о чем и Альма. Вот только иначе: он не должен чувствовать то, что чувствует. Его не должно волновать, что воспитанница целуется с благонадежным парнем, которого каждый встречный предрекает ей в мужья. Он не должен желать ее избраннику долгой и мучительной смерти от собственных рук, а главное – он не должен жалеть, что сам не оказался на месте Крона.
Улыбнувшись мэрскому отпрыску, Ринар оглянулся на Альму. Теперь она смотрела на него, уже не таясь. Широко открытые зеленые глаза выражали непонимание. Всего несколько секунд она не хотела верить, что все именно так, а потом... Злиться умеет не только лорд, но и она.