Душа на осколки

– Вы только осторожно, пожалуйста, леди Альма.

– Хорошо, – вскочив в седло, девушка натянуло улыбнулась встревоженному конюху, а потом направила лошадь в сторону ворот. Ей нужно было преодолеть еще одну преграду, не вызвав слишком сильных сомнений, а потом можно мчать уже на весь отпор. Сомнений в том, что амулет рабочий, у нее не возникало. Сейчас вообще сложно было сомневаться. Важно было лишь убедиться, что с ним все хорошо.

Она приблизительно знала, в каком направлении особняк, знала, что их разделяют два часа пути. Была уверена, что не потеряется. Лишь бы успеть. Лишь бы приехать и понять, что зря волновалась.

– Леди Альма, – стражник, выставленный в караул, поклонился, окидывая ее таким же подозрительным взглядом, как все встреченные до этого люди.

– Хочу прогуляться, – очередная натянутая улыбка досталась уже ему.

Последняя баррикада далась намного сложней, чем все преграды до этого. Стражник долго пристально смотрел на Альму, явно колеблясь. Вот только выбора у него все равно не было. Он должен был открыть. Это понимали оба.

– Может не стоит...

– Хочу. Прогуляться.

В этом доме ее действительно успели полюбить. В основном за то, что никогда не позволяла вести себя слишком властно, будто каждым словом доказывая, что она-то тут хозяйка, а они – пыль из-под лошадиных копыт. И сейчас обращаться к служащему в приказном тоне было не слишком приятно, но это не имело особого значения. Альме нужно было уехать любой ценой.

– Хорошо, – сдавшись, стражник кивнул мальчишке, который все это время держал руку на замке, не рискуя начать открывать раньше, чем получит соответствующую команду.

Ворота со скрипом разъехались в стороны, открывая взгляду укутанную сумерками дорогу вниз. Будь Альма на месте стражников, сама покрутила бы у виска. Лишь идиотке может прийти в голову мысль нестись куда-то в ночь. Но сейчас было не до подобных дум.

– Спасибо, – девушка позволила лошади сделать несколько медленных шагов в сторону ворот, обернулась, улыбнувшись напоследок, дождалась, пока ворота за спиной закроются, пустила лошадь рысцой, ускоряясь с каждым шагом. Девушка понимала, что сверху ее чудесно видно, но это тоже не заботило. Она ставила на скорость и неожиданность.

К щиту Альма подъехала со стороны леса. Остановилась на той же опушке, что когда-то ее поймал Ринар. Тогда она спешилась, долго собиралась, а потом шагнула на свой страх и риск. Сейчас медлить было нельзя.

По старой привычке, оставшейся еще со времен обители, Альма лишь шепнула слова молитвы, взывая к богу, а потом прижалась к лошадиной шее, чувствуя, как щит пропускает.

Если верить Аргамону, особняк не должно было озарить яркой вспышкой, а даже если так, если сейчас начнется суматоха, а потом они поймут, что хозяйка сбежала, наверняка отправятся в погоню. Но это уже не имеет смысла.

Ей нужно было спешить. Доверяясь чутью и вспоминая слова Ринара, Альма направила лошадь вдоль леса. Если гнать – можно быть на месте уже очень скоро. Лишь бы коня не взмылить раньше времени.

 

***

Ринар стоял у окна собственного кабинета, следя за тем, как сумрак поглощает свет. Заканчивалась пора его девочки, наступало его время. Шестой закат без нее, остался еще один.

В дверь постучали.

– Войди, – мужчина дождался, пока за Аргамоном закроется дверь, указал на кресло, приглашая присесть, а потом еще какое-то время молча смотрел, раздумывая над тем, с чего стоит начать разговор.

– Все хорошо? – за последний десяток лет Аргамон постарел. Постарел, вот только намного меньше, чем близкие ему по возрасту полукровки.

– Ты ведь был у Альмы? – Ринар не надеялся, что используя вопросы отдаленно касающиеся темы, сможет поймать Аргамона. Просто не хотел бить прямым вопросом в лоб.

– С вашего позволения, мой лорд, – учтиво склонив голову, мужчина улыбнулся в усы. Ну и разве заподозришь, что за этой улыбкой скрывается кто-то иной, кроме как добропорядочный управляющий поместьем?

– Она была рада видеть тебя?

– Альма рада любому живому человеку, милорд. В ожидании возвращения мужа она рада чему угодно, лишь бы отвлечься от грустных мыслей.

– И ты был не менее рад ей? – намеренно отпущенную шпильку Ринар пропустил мимо ушей.

– Конечно, милорд, она ведь моя воспитанница, считайте дочь.

– Дочь? – Ринар опустился на кресло, бросая спокойный заинтересованный взгляд на собеседника. – А мы ведь так и не нашли ее родителей, Аргамон. Хотя искали. Я сам искал. Ни следа. Ни среди живых, ни среди мертвых. Да и с датой определиться не смогли...

 

– Так бывает, милорд, – Аргамон пожал плечами, не выражая и доли волнения.

– Часто бывает? На моей памяти – впервые. А ты ведь живешь не намного дольше, чем я, правда?

И вновь ответом ему служит абсолютно открытый честный взгляд и улыбка в уголках губ.

– Правда, Ринар. Такое иногда случается. Например,...

– Например, когда люди не рождаются. Когда у них нет родителей и дня рождения.