Число зверя

– Зеб, – сказал папа, – я не пойду с тобой драться. Если ты думаешь, что я тебя боюсь, думай себе на здоровье. Если думаешь, что я потому не пойду, что знаю, что ты любишь и Хильду, и Дити – ты будешь ближе к истине. Драка между нами ничего хорошего им не принесет. Как ты правильно заметил, мы с тобой единокровные братья. – Неожиданно папин тон изменился. – Но это вовсе не означает, что мне нравится, как ты себя ведешь, нахал! Зебадия ухмыльнулся:

– Nolo contendere, папочка.

– Значит, признаешь свою вину?

– Ты же отлично знаешь латынь, Джейк. Я сказал, что не стану спорить.

Мы не можем позволить себе роскошь поссориться.

– Гм-м-м... Справедливо замечено. Ну хорошо, констатируем, что я не пришел сразу же, как только меня позвали; отложим на будущее, если позволишь, вопрос о том, был ли я прав, что не пришел. Но могу я узнать, чего ради меня позвали? В чем состоит проблема, заставившая тебя созвать это совещание?

– Джейк, ситуация изменилась так быстро, что проблема, кажется, утратила актуальность. Ты слышал, какие планы у Шельмы.

Мой муж посмотрел прямо в глаза тете Хильде:

– Капитан, я сочту за честь отвезти вас в любое место, куда вы пожелаете поехать. И высадить вас в любой момент, когда вы захотите высадиться. И предоставить вам любые запасы, какие вам понадобятся. Но с тем чтобы вскоре забрать вас обратно. Ну? Когда мы отправляемся?

– Я готова, капитан.

– Минуточку. Капитан у нас ты, пока ты с нами. Какие будут распоряжения, капитан? Земля-без-буквы-J? Или что-нибудь другое? А вдруг мы обнаружим вселенную нудистов?

– К чему это, Зебби? Я не прочь походить голышом – но только среди близких друзей.

– Помнишь, как Джейк убедился, что его знакомый финн-математик не переодетый пришелец? Сауна! Тут уж ничего не скроешь!

– О, – озадаченно протянула тетя Хильда. – Ладно, к этому я привыкла бы. Но мне просто необходимо сбросить напряжение. Так что высади меня на этой Минус-J. Разумеется, на время: я вовсе не собираюсь расставаться с тобой и Дити.

– Как только найдем подходящий безопасный мир, так сразу тебя заберем. Мы обязательно вернемся, Шельма. Если только те гады нас не прикончат.

– Ну вот что, Зеб. Если ты высаживаешь Хильду, ты высаживаешь и меня.

– Это как скажет капитан Хильда.

– Хильда, я не позволю тебе...

– Джейк, брось валять дурака, – прорычал мой муж. – Она босс. И у нее есть я – в случае чего я ее всегда поддержу.

– Я тоже, – заверила я.

– Вы, кажется, забыли, что континуум-аппаратура моя!

– Ая Плутишка!

– Да, босс? Кто эта твоя толстая подружка?

– "Число зверя". Выполняй.

– Сделано.

– Попробуй свои верньеры, Джейк.

Папа что-то сделал – мне не было видно его рук. Потом он сказал:

– Ах вот как! И вы думаете, вы меня остановили? Ая Плутишка!

– Привет, Джейк.

Зебадия резко вмешался:

– Ая Плутишка, отставить! Экстренная команда тридцать один. Выполняй.

Ая больше тебя не слышит, Джейк. Можешь убедиться.

– Ну что ж, если ты способен на то, значит, и на это тоже. Не ожидал от тебя такой подлости, Зеб.

– Джейк, если бы ты вел себя прилично, ты бы никогда о ней не узнал. Крайние индивидуалисты (а тут все такие) не любят дисциплину, потому что, как правило, не понимают ее природу и функции. Но ведь мы – еще до того как объявился этот поддельный рейнджер – договорились, что будем соблюдать правила, существующие в спасательной шлюпке. Мы обсудили их, и все вы утверждали, что понимаете их... и я был избран капитаном. Я предлагал твою кандидатуру – ты старше всех, ты выше всех по положению, ты изобретатель аппаратуры – но ты сказал, что командовать должен я. Командир спасательной шлюпки всегда должен уметь обеспечивать выполнение своих приказов... в ситуациях крайней опасности, усугубляемых поведением истерических штатских. Или упрямцев, которых никак не уговоришь.

Я почувствовала, что пора отвлечь внимание: папа не любит глупо выглядеть, а я надеялась, что еще смогу снасти остатки его престижа.

– Зебадия, какое у меня число: пятьдесят девять?

– Конечно, но нужен мой голос. Сообразишь, как отметить и перенастроить?

– По соображениям мнемоники это должно быть одно из трех чисел. Скорее всего, девяносто пять.

– Угадала!

– Хотя я предпочла бы восемьдесят девять.

– Почему?

– А вот подумай. Зебадия, зачем ты все-таки собрал пае па совещание?

– Если Шельма нас покидает, то вопрос становится чисто академическим.

Мы ведь уже не вернемся на Марс.

– Боже мой!

– В чем дело, Шельма? Виноват... капитан.

– Я же обещала Скриппи покатать его. Зебби, ты не мог бы выполнить это обещание вместо меня? А? Пожалуйста! Ради старой дружбы!

– Капитан, если мы взлетим, чтобы доставить вас па Минус-J, мы сюда уже не вернемся. Но пока капитан еще капитан, и она может покатать Скриппи в ближайшие полчаса, если того пожелает.

– Можно мне кое-что сказать в собственное оправдание? – подал голос папа.

– Конечно, Джейк. Прошу прощения, капитан: командуйте вы. Можно ли второму пилоту взять слово?

– Джейкоб, несмотря на то что я нахожу необходимым оставить тебя... я люблю и уважаю тебя... и всегда готова слушать тебя.

– Спасибо, дорогая. Благодарю вас, капитан. Я оказался в этой кучке потому, что бригадир Херд-Джоунз никогда ничего не забывает. Кучка состояла из ведущих физиков Марса. Публика сомнительная, но технические журналы они получают и даже читают, хотя и с опозданием на несколько месяцев. Я разговаривал с их главным химиком...

– Ну и что, Джейк? Ближе к делу.

– Зеб, ни один из них не в состоянии отличить изотоп от антилопы. Ты не достанешь здесь горючего.

– И ради этого ты отказался подчиниться прямому приказу капитана? Шельма, пока ты еще в должности, прикажи публично выпороть его перед всем флотом...

– Оставь свои шуточки, Зебби.

– Капитан, я не шучу. Джейк, это не новость: я понял это сегодня днем. А ты, Шельма? А Дити? Знаете где: в Англии.

– Я не заметила, – сказала тетя Хильда. – Я плохо знаю Англию.

– Дити?

– Не знаю... может быть.

– Как ты догадалась? – спросил папа.

– По разным мелочам. На дорогах одни конные экипажи. Никакого воздушного транспорта, только орнитоптеры, да и тех немного. Поезда на паровой тяге. Суда на Темзе, а их было всего ничего, напомнили мне фотографии викторианской Англии.