Страница 17 из 127
— Нам лучше остановиться, — его голос звучал грубо. — Сейчас же, Элли.
— Ладно, — сказала я.
Ревик посмотрел на меня.
Прежде чем я успела уложить в голове мысль о том, что надо его отпустить, Ревик уже вновь целовал меня. В этот раз по мне пронеслись эмоции, своего рода неверие, смешанное с желанием… и я осознала, что это его чувства. Через несколько секунд Ревик положил голову мне на плечо. Меня прострелило болью, и я осознала, что эта боль тоже принадлежала ему.
— Элли, — произнёс он. — …Я скучал по тебе. Так сильно.
Я сглотнула, подавляя неожиданный комок в горле. Я легонько потянула его за волосы.
— Я тоже скучала по тебе, — выдавила я.
Он вновь посмотрел на меня, и я ощутила противоречие ещё до того, как увидела это в его глазах. Все болело. Мои пальцы стиснули его футболку.
— Ревик, — выпалила я. — Пожалуйста. В чем настоящая причина? Ты можешь мне сказать.
Боль исказила его черты.
— Элли…
— Ты все ещё сомневаешься по поводу нас? Тебе нужно больше времени?
При виде выражения его лица боль вернулась густой волной такой силы, что я закрыла глаза и стиснула его руки.
— Ревик… пожалуйста. Просто скажи мне.
— Элли, — его акцент вновь усилился. — Я не вру тебе. Эта штука, которая нас связывает… я не хочу, чтобы ты чувствовала себя загнанной в угол со мной.
— Я не чувствую себя загнанной в угол! — воскликнула я.
Ревик покачал головой и отвернулся, его голос звучал гортанно.
— Но ты не привыкла к такой тяге aleimi, — сказал он. — Ты можешь не понимать разницу.
— Я понимаю разницу! Обещаю тебе, я понимаю…
Его боль вновь ударила по мне, глубже скользя в мой свет.
— Я пообещал себе, — сказал он. — Я пообещал себе, что не воспользуюсь этим. Не воспользуюсь, пока не буду знать, чего хочешь ты, — он удержал мой взгляд, стиснув зубы. — Я полюбил тебя ещё до Сиэтла. Я знаю, ты не доверяешь мне из-за того, что я сделал, но пожалуйста… пожалуйста, поверь мне в этом. Я делаю это для тебя. Пожалуйста.
Я почувствовала, как на глаза наворачиваются слезы; мне было ужасно стыдно, но я не могла их остановить. Я видела, как Ревик беспомощно смотрит на меня.
— Мы не можем, — сказал он. — Мы не можем здесь, даже если… — я видела, как он смотрит по сторонам, на комнату, на кровать. Его боль вновь скользнула по мне, и я всхлипнула.
Невыносимо медленно его свет начал отделяться от моего.
Что-то во мне сопротивлялось.
Я не намеревалась это делать; но что-то из-за его долгожданного возвращения просто распахнуло все шлюзы.
Я так долго терпела боль, что даже не помнила, каково это — не чувствовать боль. Я не помнила, когда в последний раз кто-то касался меня, и уж тем более когда он касался меня — и это вызвало в памяти все те моменты, когда я почти касалась его, но все же не касалась. Когда он находился с Терианом, а я искала его в Барьере просто чтобы почувствовать его, пусть даже на несколько секунд.
В некоторые ночи поиски его занимали несколько часов, но я все равно с нетерпением ждала сна, чтобы иметь возможность искать.
Мой свет вспыхнул в сторону Ревика.
Все стихло. Я чувствовала себя обнажённой.
Я не знаю, каково это ощущалось с его стороны. У Ревика перехватило дыхание.
— Элисон. Боги… детка… не надо…
— Прости, — боль калечила меня. — Прости.
— Не извиняйся… Элли.
Его пальцы крепче вплелись в мои волосы. Ревик склонился ко мне, и я тихо вскрикнула, обхватывая ногами его ноги. Он издал хрип, и я едва видела его сквозь свой свет — а может, сквозь его свет, который властно вплетался в мой, пока я лежала под ним. Я чувствовала, как Ревик теряет контроль, проникает глубже, притягивает меня, и мои пальцы впились в его спину. Его лицо напряглось, почти ожесточилось, а пальцы обхватили моё бедро.
— Ревик… пожалуйста, — я ощутила, как он вздрогнул. — Пожалуйста.
Его пальцы скользнули вверх по моему бедру, больно стискивая.
— Пожалуйста, — пробормотала я, целуя его горло. — Пожалуйста, детка.
Затем он жёстко толкнул меня. Толкнул мой свет, закрыл меня, оттолкнул, отодвинул от себя.
Ревик слез с меня прежде, чем я осознала происходящее.
Я могла лишь лежать там, чувствуя столько боли, сколько не ощущала никогда в жизни.
Я не могла видеть. Время шло — кажется, прошло немало времени, но это могли быть секунды, а могли быть и часы. Я лежала, держась за живот одной рукой. Я утратила возможность отслеживать, где он. Я чувствовала себя совершенно одинокой и разбитой.
Когда я вновь сумела сосредоточиться, я осознала, что смотрю в потолок.
Моя рука все ещё обхватывала моё тело. Кровь согревала моё лицо. Я постаралась заговорить, собраться, но Ревик подал голос раньше меня. Я осознала, что он лежал рядом и делал что-то с моим светом, но отрешённо, словно с огромного расстояния.
— Вэш сказал, что сегодня утром ты выбиралась на вылазку, — его свет продолжал успокаивать меня, голос звучал мягко. — С тобой все хорошо?
Я не шевелилась.
Я чувствовала себя как в то утро в Сиэтле, когда проснулась так, словно меня вскрыли и собрали заново, вот только некоторые куски отсутствовали. Отодвинувшись от Ревика на кровати, я постаралась убрать свой свет.
Боль вернулась очередной густой чёрной волной, и я вновь ослепла.
— Потихоньку, — пробормотал Ревик. Он взял меня за руки, привлекая обратно к себе. Я чувствовала, как он ласкает мои пальцы, держит за руку и притягивает ближе. — Элли. Расскажи мне о поездке этим утром. Вертолёт.
Я постаралась думать.
— Никаких проблем, — сказала я. — У нас никаких проблем, — мой голос звучал бесцветно. — Это была всего лишь разведка. Мы не подбирались близко.
Я чувствовала, что часть меня все ещё притягивает Ревика, но видимо, я не могла остановиться или перестать касаться его. Я ласкала его руки, обнимавшие меня. Сглотнув, я заставила голос звучать ровно.
— Мы мало что видели. Пожары усилились. На той стороне гор не было дождей. Все ещё много погибших, — я покачала головой. — Слишком много. Они сожгли деревья.
Слезы навернулись на глаза при этом воспоминании.
Я помнила дым, запах, пока мы летели — тёмные, ядовитые облака. Ревик, кажется, собирался сказать что-то ещё, но я нежно оттолкнула его беспокойство.
— Я в порядке, — сказала я. — Я в порядке. Не знаю, что случилось.
Его руки сжались крепче.
— Элли.
— Прости. Я правда сожалею. Я не хотела…
— Элли! — Ревик схватил меня за руку, заставив замолчать. — Мы можем достать еды?
Повернув голову, я посмотрела ему в глаза и увидела там своего рода мольбу.
— Еды, — я заставила свой мозг вернуться к логичному мышлению. Скрестив руки на груди, чтобы не касаться Ревика, я избегала его взгляда. — Еды. Конечно. Сюда? Хочешь, чтобы я принесла тебе что-нибудь с кухни? Или…
— Нет, — его голос звучал непреклонно. — В деревне. Снаружи. Ты голодна?
— Ага. Я бы поела…
Ревик уже поднимался на ноги.
Он встал прежде, чем я осознала, что он делает. Наблюдая, как он открывает шкаф, я той же рукой держала живот, напрягаясь от боли, которая полыхнула в моей груди, как только Ревик отстранился. Я постаралась заблокировать это чувство, не думать о случившемся — или о том, что я могла сказать ему, когда это случилось.
Одетый в боксёры и футболку, Ревик выхватил спортивную сумку из шкафа, нашарил штаны и натянул их, не глядя на меня. Вся эта сцена внезапно слишком напомнила мне корабль.
— Ревик, что бы я ни сделала, я…
— Нет, — он обернулся на меня через плечо. — Элли, мы можем поговорить не здесь? Пожалуйста, — он натянул толстую рубаху поверх серой футболки. — Пожалуйста.
— Да, — сказала я. — Ладно, — я закрыла глаза, мечтая провалиться сквозь землю. — Ревик, — я заставила свои веки вновь подняться. — Может, тебе лучше просто пойти. Без меня, имею в виду. Мы можем поговорить потом.
Не отвечая, Ревик натянул второй ботинок и выпрямился, попрыгав на одной ноге, чтобы ботинок нормально сел, затем натянул длинное пальто. Он схватил мою куртку с кресла, затем приблизился ко мне, лежащей на кровати.