Страница 119 из 127
Он отвёл взгляд, когда Касс посмотрела на него.
Она улыбнулась, увидев, что Балидор прищурился и разглядывает те же показания приборов.
— Ну что? — сказал Балидор. — Это сработало?
— Думаю, да, — она показала на арку света на дисплее, затем вздохнула, сдув чёлку со лба. — Если честно, я понятия не имею.
— Так что? Мы останемся в этой богом забытой пещере, пока нас не настигнет мистическое озарение, как эта машина работает на самом деле?
Касс пихнула его плечом.
— Ворчун, ворчун, — пожурила она.
Балидор знал, что он начинает раздражаться по мелочам. Созерцание того, как версианец лапает человечку, когда он сам несколько месяцев не чувствовал ничего, кроме боли разделения, тоже не помогало делу.
Он выдохнул, издав резкий щелкающий звук.
— Мы даже не знаем, что это даст, Касс! Почему мы возимся с этим?
— Ещё немножко, — сказала она, источая ещё больше той бодрой уверенности.
Он закатил глаза в манере видящих, но не утруждался тем, чтобы продолжать спор.
Они провели в пещере несколько дней, и такое чувство, будто они сделали всё возможное, пока Касс пыталась выяснить, как вытащить «Фиграна» из кокона в космосе, но они так и не перепрограммировали машины. Балидору пришлось применить свой свет к органике, а затем последовала масса проб и ошибок и совместной работы с Касс, чтобы вообще заставить машину поговорить с ними.
Она нашла какой-то ключ на полях книги Галейта.
Как только он разговорил машину, Касс и Балидор вместе использовали этот ключ, чтобы расшифровать зашифрованную последовательность доступа к главному компьютеру. Всё это время Касс бомбардировала его вопросами про Териана и его тела. Похоже, она хотела знать каждую деталь, которую они выяснили о Шулере за те годы, что его изучал Адипан.
Словно прочитав его мысли, она принялась за старое.
— То есть, тела не стареют? — спросила она вновь. — Почему нет?
Она продолжала внимательно изучать консоль, по её глазам видно было, что она читает маленькие строчки символов и одновременно ждёт его ответа.
И всё же, когда он не ответил сразу же, она посмотрела на него.
— Эй. Фишка с нестарением. Как это работает?
Балидор сделал неопределённый жест одной рукой.
— Фактически они мертвы, Касс. Реанимированные трупы. Единственный способ, каким Териан может так тщательно завладеть телом — это убить изначального носителя тела. Затем он готовит физический носитель посредством какого-то процесса реанимации. Он удерживает лишь небольшую часть их aleimi, чтобы привязать себя к телу носителя. Фактически это как марионетка, Касс.
— Марионетка из мяса, — сказала она, широко улыбаясь.
Балидор покачал головой, тихо щёлкнув.
— Да, — сказал он. — Если ты гадкий человек, не имеющий никакого уважения к живому свету других личностей… то именно так. Марионетка без мяса. С конечностями, которым можно придать нужную позу.
Она подавила смешок, и Балидор невольно улыбнулся.
Его раздражение вернулось, когда свет версианца вновь обвился вокруг неё, а толстые пальцы приласкали её руку.
Проклятье. Он действительно попытается соблазнить её у него на глазах?
— Так как он их всех контролирует? — спросила она.
Балидор снова вздохнул. Он выбросил из головы другого мужчину и одёрнул полу своей рубашки, расправляя одежду.
— Тут у нас есть только теории, — сказал он. — До крушения Пирамиды мы думали, что понимаем… но всё оказалось сложнее, чем мы думали.
Когда она жестом руки подтолкнула его продолжать, он вновь мягко щёлкнул языком.
— В Пирамиде, Кассандра, Териан удерживал все свои личности вместе, используя конструкцию… конструкцию внутри более крупной конструкции самой Пирамиды. Он использовал Дренгов, чтобы конструкция не имела привязки к месту, и тела могли отправиться куда угодно в физическом мире, при этом не потеряв связи с носителем.
Размышляя вслух, он скрестил руки на груди, и его тон сделался задумчивым.
— Если так подумать, мы никогда не пробовали надеть ошейник на одно из тел. Эффект мог бы оказаться интересным. Теоретически возможно, что они утратят связь с телом носителя, и потому погибнут. Хотя я не знаю такого ошейника, который бы вообще ничего не пропускал.
Он наблюдал, как она с сосредоточенным видом нажимает новую последовательность клавиш на клавиатуре.
Очевидно, для неё это не было так интригующе.
Он добавил:
— У нас есть свидетельство, что во времена Пирамиды все тела Териана могли переговариваться друг с другом на любых расстояниях. Пока его не отрезало от структуры Пирамиды, он оставался относительно нетронутым как цельное существо, каким бы разделённым он ни был.
— А после смерти Пирамиды? — поинтересовалась она.
— После того, как она разрушилась, — вежливо поправил он, — Териан сумел сохранить все свои тела. Мы не знаем, как именно он это сделал. Мы предполагали, что они все умрут, лишившись объединяющей структуры Пирамиды… так что нам пришлось скорректировать свою теорию. Может быть, он сохранил свои тела только потому, что он стал новой Главой сети Шулеров, и тем самым их прямой связью с Дренгами. Возможно, что Дренги помогли ему в этом, или же мы ошибались в своих изначальных предположениях относительно того, как он поддерживал целостность своего совокупного aleimi-тела.
Он взглянул на ряд органических машин, стараясь не смотреть, как версианец опять гладит её по спине.
— Мы всё же обнаружили, что после кончины Пирамиды он отрезан от текущей коммуникации между различными телами, — сказал он, всё ещё глядя в тёмный угол пещеры. — Его тела уже не действуют как часть единого гибкого разума. Они ведут себя скорее как индивидуальные личности… миниатюрные или частичные личности, занимающие разные физические сосуды. Они общаются через устройства, как мы с тобой, или через Барьер, когда есть возможность — как любой разведчик или обычный видящий.
Всё ещё размышляя, он пожал одной рукой.
— Конечно, будучи настолько близкими в энергетическом плане и происходя из одного источника, должно быть, они могут очень легко находить друг друга в Барьере. Принципы резонанса утверждают, что так и есть. Как супруг, ищущий свою пару, как родитель, ищущий ребёнка… только ещё легче. Понимаешь, Кассандра?
Она кивнула, все ещё пробегаясь взглядом по символам.
Балидор гадал, сколько из сказанного им она вообще услышала.
Он заметил, что она довольно хорошо вникала в теорию, но вся концепция aleimi и его различных функциональных возможностей оставалась для неё практически загадкой.
— Итак, объясни мне ещё раз эту штуку с Фиграном, — сказал Касс, поднимая взгляд от светящейся консоли. — Почему изначальное тело отличается?
Балидор размял спину, затёкшую от слишком долгих часов сидения над тем же мутным монитором. Потирая глаза от усталости, он вновь посмотрел на потное лицо женщины-человека, поражаясь, что она все ещё бодрствует — и держится намного бодрее, чем он сам. Он неохотно посмотрел на Багуэна, затем отвернулся, заметив, что гигант опять пожирает взглядом её тело, а его свет теперь ласкал её куда более интимно.
Он чувствовал, что мужчина хочет, чтобы он оставил их наедине.
Будь он проклят, если он пойдёт наружу и станет ждать, пока этот монстр попытается уговорить её потрахаться в пещере.
Подавив то, что ему хотелось бы сказать в ответ, Балидор посмотрел обратно на Касс. Он невольно гадал, насколько сильно влияет на неё свет гиганта, но по-прежнему не желал сканировать её, чтобы выяснить.
— Изначальное тело — это якорь, Касси, — объяснил он. — Если ты убьёшь оригинал, то все тела умрут. Не останется больше связи с физическим миром.
Увидев озадаченный взгляд Касс, он нетерпеливо щёлкнул языком.
— Просто доверься мне в этом, Касс. Мы годами изучали Териана и его тела. Принцип достаточно прост, хотя сам процесс довольно сложен. Как я и сказал тебе, всё становится намного проще, когда ты осознаёшь, что сознание видящих существует вовсе не в наших физических телах, а в наших aleimi. Видящие используют физический мозг как радио. Это устройство, которое воспроизводит сигнал, но при этом не генерирует его самостоятельно. Понимаешь?