Страница 32 из 55
— Ей сейчас нелегко, — сказала Джолин, положив расческу и повернувшись ко мне. — Мне кажется, она подумывает о самоубийстве. Она часто выкладывает фотографии железных дорог.
— Она манипулирует тобой, — мой член упал. Я уже мастурбировал дважды после фотографии, которую прислала мне Фиг. Видимо, у меня больше нет былой энергии.
Джолин не стала это отрицать и спорить. Вместо этого она принялась приводить порядок в комоде, не обращая на меня внимания. В этом вся она — даже если ты абсолютно съехал с катушек, ей все равно не наплевать. Добро пожаловать в брак с потакателем. Я похлопал рядом с собой, и она присела. Ее халатик распахнулся, и моему взору предстали ее загорелые ноги. Мой член затвердел. Поглаживая ее татуировки, я снова заговорил.
— Каждый раз, когда ты ее приглашаешь на ужин, она остается до трех утра, — я не упомянул, что мне приходится сидеть с ней в гостиной, когда она уходит спать. Джолин терпеть не могла, когда я ною.
— У нее нет понимания границ, — я имел в виду большее, чем ее долгие посиделки в нашем доме. — В последний раз Холлис спросил меня, во сколько мы обычно ложимся, а она ответила за меня.
— Ты шутишь? — спросила она. Она была одновременно напугана и позабавлена. В отличие от меня.
— Она сказала Холлису, что мы ложимся между одиннадцатью и двенадцатью, а на мой удивленный взгляд сказала, что окна наших спален находятся прямо напротив друг друга, и она видит, когда мы выключаем свет.
Джолин покачала головой.
— Она так же ведет себя со мной, особенно, когда я приглашаю подруг.
— Она купила платье, как у тебя. Новое. Я видел ее в этом платье вчера.
— Господи. Чудесненько... — вздохнула она.
— Скажи ей, если тебя это беспокоит.
Она покачала головой.
— Нет. Ее психическое здоровье очень хрупкое. Если она хочет меня копировать, да ради бога! Думаю, все это лишь в моей голове в любом случае. Может, у нас просто общие вкусы?
— Я могу доказать, что это не просто у тебя в голове.
— Как? — она скептически посмотрела на меня.
— Помнишь, на прошлой неделе, когда все были у нас на ужине, мы упоминали, что покрасим столовую? — Джолин кивнула. — Она все спрашивала — в какой цвет? В какой цвет? А ты ей так и не ответила.
— Так...
— Выложи в Инстаграм фото любого сумасшедшего цвета, который трудно достать. И пусть это смотрится, будто это твоя стена.
Она скорчила рожицу и покачала головой.
— Хочешь, чтобы я с ней в игры играла? И где это нормально?
— Я хочу показать, насколько отчаянно она хочет быть тобой.
Я взял ее телефон и положил в ее руки.
— Почему ты это делаешь? За что так ее ненавидишь?
— Я не ненавижу, а просто стараюсь тебя защитить.
— Правда? Меня ли ты стараешься защитить?
Я усомнился в себе. Мне пришлось собраться и попытаться ее убедить. Только разоблачения мне сейчас не хватало. Я просто хочу правильно поступить.
— Я твой муж, и такая у меня работа.
— Я в курсе, — она слабо улыбнулась. — Но ты женился на мне, потому что я та, кто не нуждается в защите.
Я никогда ей об этом не говорил, но так и было на самом деле. Мои последние отношения закончились, потому что девушка стала требовать слишком много внимания. Иногда я забывал, как много видит Джолин.
— То есть ты предпочтешь, чтобы мне было наплевать? Разве не из-за этого ты злилась на Рея? — я прекрасно понимал, что нанес тяжелый удар. Рей был биологическим отцом Мерси. Она ушла еще до рождения Мерси. Он живет на Аляске и никак не участвует в жизни девочки.
— Да, — призналась она. Ее глаза врезались в меня. Она что-то почувствовала? Я знал этот взгляд. — Ты так себя ведешь, когда хочешь меня отвлечь.
Кажется, я побледнел, а там кто его знает. Я чувствовал, как кровь отлила от головы. Она все видела — за это я ее и любил.
— Ты о чем?
— Я обвиняю тебя, а ты меня. Типичный Дариус, — она отправилась в ванную чистить зубы.
— Ты можешь хоть обжиматься с ней, мне все равно. Сделайте себе одинаковые тату — это твоя жизнь! Конечно, зачем верить психотерапевту, который говорит, что твоей новой подружкой управляют далеко не самые искренние побуждения.
— А что, если я уже знаю об этом? — она нагнулась над раковиной и выплюнула зубную пасту.
Моя жена меня пугала. Мой член снова затвердел.
Снова зайдя в спальню, она протянула мне свой телефон.
— Играй в свои игры. Посмотрим, прав ли ты.
Как спокойно она передала мне телефон! А что, если бы ей пришло сообщение от дебила Райана? Ей было наплевать, что я это увижу? Может, и нет. Не впервые я замечаю, что Джолин легко распрощается со мной, стоит мне переступить одну из ее линий. Я бы не протянул ей свой даже при большом желании. Мой телефон был тикающей бомбой обличения.
Я зашел в браузер и начал искать цвета краски, как вдруг наткнулся на яркий бирюзово—металлический цвет, который был в нашем первом доме. Джолин увидела его в каком-то журнале, и его было чертовски трудно найти. На фото стена была наполовину покрашена, а рядом на лестнице лежал ролик. Стена могла вполне сойти за наш дом. Я сделал фото экрана, обрезал ее, выложил в Инстаграме Джолин с радостной подписью: «Новая краска!» и протянул ей телефон.
— Я не использую восклицательные знаки, — вежливо заметила она. Я удалил восклицательный знак и отдал ей телефон.
— Теперь подожди, что будет, — затем я посадил ее на колени и позволил ей меня оседлать. Не пропадать же хорошей эрекции, даже если ты боишься, что твоя жена еще более сумасшедшая, чем ты.
Глава 32. Губы Райана
Я сидел в офисе и следил за перепиской между Фиг и моей женой на айпаде. Это было как просмотр реалити-шоу — никогда не знаешь, что произойдет дальше и каковы будут реплики героев. Сейчас они обсуждали преимущества отношений с Райаном, каким проницательным он был. Каким чувствительным и в то же время мужественным. Как прекрасны были его губы. Я пролистал его фото в соцсетях и, признаться честно, ничего этого не увидел.
К чести Джолин, она несколько раз пыталась сменить тему, но Фиг была непреклонна. Я наблюдал за перепиской со смесью гнева и удовольствия. Фиг Коксбери, будучи профессиональным манипулятором, обрабатывала мою жену так же упорно, как и меня. Затем они переключились на выздоравливающего отца Джолин. Мне становилось скучно, но Фиг и тут нашла, как упомянуть Райана в разговоре.
Что ты будешь делать, когда твой отец умрет? Дариус не то чтобы поддерживает тебя в последнее время. Тебе нужен кто-то, кто поможет тебе в эмоциональном плане.
Джолин не отвечала несколько минут. Я представлял, как она складывает свежевыстиранную одежду или готовит себе коктейль. Ей нравилось пить посреди дня, когда рядом не было никого, кто смог бы ее осудить.
Я думаю, что он просто много работает. Занят. Он не знает, как поддержать меня так, как это нужно мне. У каждого из нас свой язык любви, знаешь?
Он гребаный психотерапевт! Разве он не должен знать все языки наперечет? Слабенькое оправдание. Я понимаю твои чувства. У тебя есть другой человек, который спрашивает, как ты, и знает, что сказать. Кроме того, он потрясающе выглядит. Да и вообще, мне кажется, ты пугаешь Дариуса.
Джолин долго не отвечала, а потом сменила тему, никак не отреагировав на слова Фиг. Меня разозлило, что она поддерживает такой разговор. Она принадлежала мне, черт возьми! Она должна показывать верность мне, нашим отношениям. Несмотря на ее игнорирование слов Фиг, я знал, что они пустили корни. Моя жена восприимчива к чувственному шепоту. Если она вас любила, то считала, что это взаимно, и имела самые лучшие намерения. Я всегда находил эту наивность крайне милой. В этом же случае Фиг использовала ее, играя с чувствами Джолин. Она ведь совсем не знала Райана, но семена сомнения росли — я видел, как она стала смотреть на меня. Раньше это было обожание, но с недавних пор я стал видеть раздражение в ее взгляде. Потом начались вопросы. Почему ты не спрашиваешь, как у меня дела? Почему ты уверен, что у меня все хорошо? Я уязвима, даже если по мне не видно. В другое время я бы старался исправиться, но Джолин была права — я был отвлечен, а она никогда не показывала своей слабости — и я ее не искал. Как я мог догадаться спросить, как у нее дела? В то время как Фиг твердила, что Джолин нужен кто-нибудь получше, со мной она играла роль сексуальной и флиртующей подружки. Фиг в шутку называла Джолин диктатором, а я не спешил ее поправлять. Меня это устраивало. Быть может, Фиг была той личностью, которая могла дружить с нами обоими, видеть уникальную точку зрения каждого и не становиться ни на чью сторону.