Страница 15 из 56
- Но вы можете потерпеть еще немножко
- Сколько это, немножко И чего вы ждете
Она прикусила губу и потупилась.
- Я должна поговорить с Джоэлом Кэйро, - прошептала она едва слышно.
- Вы можете встретиться с ним сегодня же вечером,. сказал Спейд, глядя на часы. - Спектакль скоро кончится. Мы можем позвонить ему в отель.
Она встревоженно вскинула брови.
- Но сюда ему нельзя. Я не хочу, чтобы он знал, где я живу. Я боюсь.
- Можно встретиться с ним у меня, - предложил Спейд.
Она в сомнении задумалась:
- Думаете, он придет
Спейд кивнул.
- Поехали!
Их такси остановилось около парадного Спейда рядом с темным седаном. За рулем седана сидела Ива Арчер. Спейд приподнял шляпу, здороваясь с ней, и вошел с Бриджид О-Шонесси в парадное. В парадном он вдруг остановился.
- Вы не могли бы подождать меня здесь минутку Я сейчас.
- Конечно, могу, - сказала Бриджид О-Шонесси, садясь на скамью. - Не спешите.
Спейд вернулся к седану. Едва он открыл дверцу машины, Ива затараторила:
- Мне надо поговорить с тобой, Сэм. Давай поднимемся к тебе.
- Сейчас нельзя.
- Кто эта девушка
- У меня всего минута, Ива, - терпеливо объяснил Спейд. - Что стряслось
- Кто она-повторила Ива, кивнула на дверь парадного.
Он отвернулся и посмотрел вокруг. На ближайшем углу, напротив гаража, стоял, прислонившись к стене, щуплый коротышка лет двадцати в плаще и серой аккуратной кепочке. Спейд нахмурился и снова повернулся к расстроенной Иве.
- В чем дело-спросил он. - Что стряслось Тебе не следует приезжать сюда так поздно.
- Я, кажется, начинаю кое-что понимать, - с упреком сказала она. - То ты говоришь, что мне не стоит приезжать в твою контору, а теперь, оказывается, мне нельзя приезжать и сюда. Может, ты хочешь, чтобы я вообще перестала за тобой бегать Тогда так прямо и скажи.
- Перестань, Ива, у тебя нет права говорить со мной таким образом.
- Знаю. Насчет тебя у меня, кажется, вообще нет никаких прав. Дура я, дура. Я думала, твоя притворная любовь дает мне...
Спейд устало перебил ее.
- Об этом потом, дорогая. О чем ты хотела со мной поговорить
- Я не могу говорить с тобой здесь, Сэм. Можно, я поднимусь к тебе
- Не сейчас.
- Почему
Спейд ничего не ответил.
Она плотно сжала губы, оглянулась и, злобно уставившись в ветровое стекло, завела мотор.
Когда "седан" тронулся с места, Спейд сказал: "Спокойной ночи, Ива", захлопнул дверцу и подождал, пока машина не скрылась из виду. Потом он снова вошел в парадное.
Бриджид О-Шонесси встала со скамьи, весело ему улыбаясь, и они поднялись в квартиру Спейда.
7. БУКВА. НАРИСОВАННАЯ В ВОЗДУХЕ
В спальне, которая днем, когда поднимали откидную кровать, превращалась в гостиную, Спейд взял у Бриджид О-Шонесси шляпку, пальто, усадил ее в мягкое кресло-качалку и позвонил в "Бельведер". Кэйро еще не вернулся из театра. Спейд оставил свой телефон с просьбой, чтобы Кэйро позвонил ему, как только придет.
Потом сел в кресло у стола и без всякого предисловия, без каких-либо предварительных объяснений начал рассказывать историю, случившуюся на американском Северо. Западе несколько лет тому назад. Он говорил ровным невыразительным голосом, без акцентов и пауз, лишь изредка повторяя отдельную фразу в слегка измененном виде, как бы подчеркивая, что каждая деталь должна быть передана абсолютно точно.
Сначала Бриджид О-Шонесси слушала вполуха, заинтересованная больше не самой историей, а тем, что Спейд стал ее рассказывать, любопытство ее подогревалось не подробностями событий, а догадками о причинах, вызвавших сам рассказ; но постепенно история захватывала ее все больше и больше и наконец полностью поглотила ее внимание.
Однажды человек по фамилии Флиткрафт ушел на обед из своей маклерской конторы в Такоме и более туда не возвращался. Не пришел он и играть в гольф в четыре часа дня, куда сам же пригласил знакомого за полчаса до своего ухода на обед. Жена и дети больше никогда его не видели. У него было двое сыновей-мальчики пяти и трех лет, собственный дом в пригороде Такомы, новый "паккард" и все прочее, что следует иметь процветающему американцу.
Флиткрафт получил в наследство от отца семьдесят тысяч долларов и, успешно торгуя недвижимостью, стал обладателем капитала приблизительно в двести тысяч долларов. Его дела шли нормально, хотя обилие не доведенных до конца сделок говорило, что перед исчезновением он ничего специально в порядок не приводил. К примеру, сделку, которая обещала ему немалую прибыль, предполагалось заключить назавтра после дня, когда он исчез. Судя по всему, в момент исчезновения при нем было не больше шестидесяти или семидесяти долларов. Вся его жизнь в последние месяцы была на виду, так что в тайных грехах или даже в близких отношениях с другой женщиной его не подозревали, хотя совсем исключить любую из этих возможностей было, конечно, нельзя.
- Он исчез, - сказал Спейд, - как исчезает кулак, когда разжимаешь пальцы.
В это время зазвонил телефон.
- Алло, - сказал Спейд. - Мистер Кэйро Это Спейд. Вы можете сейчас приехать ко мне домой, на Пост-стрит.. Да, думаю, что важно. - Он поглядел на девушку, сложил губы трубочкой и выпалил: - У меня сейчас мисс О-Шонесси, которая хочет встретиться с вами.
Бриджид О-Шонесси нахмурилась, заерзала на стуле, но промолчала
Спейд положил телефонную трубку и сказал:
- Он скоро будет здесь. Так, значит, случилось это в тысяча девятьсот двадцать втором году. В тысяча девятьсот двадцать седьмом я работал в крупном детективном агентстве в Сиэтле. Приходит к нам миссис Флиткрафт и говорит, что в Спокане видели человека, похожего на ее мужа. Я поехал туда. Это действительно оказался Флиткрафт. Он уже два года жил в Спокане под именем Чарлза Пирса. Торговал автомобилями, что приносило ему от двадцати до двадцати пяти тысяч долларов в год, имел жену, сына-малыша, дом в пригороде Спокана и в теплое время после четырех часов дня любил играть в гольф.
У Спейда не было четких инструкций на тот случай, если он найдет Флиткрафта. И он пригласил его к себе в Давенпорт. Чувства вины Флиткрафт не испытывал. Он оставил свою первую семью хорошо обеспеченной, собственное же поведение казалось ему вполне оправданным. Его волновало только, сумеет ли он объяснить Спейду резоны своих поступков-ведь ему пока не приходилось развивать свои доводы вслух.