Страница 74 из 157
Аллегра вспомнила, что погибший солдат с высокомерной улыбкой отказался есть розданную по ее приказу пищу.
— Он не ел плав-траву! — крикнула женщина. Она оглянулась, после чего снова перевела взгляд на Тирона, злобно озиравшегося по сторонам. Было сложно сказать, на кого он больше зол: на погибшего маритинца или на саму Аллегру. — У змей сильно развито обоняние. И они не выносят запаха этого растения. Именно так островитяне защищаются от их атак. — Она жестом указала на каменистую косу. — А чужаки становятся уязвимыми. Причаливай там.
Аллегра указала на ничем не примечательный пологий участок берега. Судя по выражению лица, Тирона не особо убедили ее слова, но иного выбора, кроме как довериться знанию бывшего пирата, у него не было, поэтому командир направил плоты к глинистому пляжу. Выбравшись на сушу, оперативники принялись судорожно вытаскивать лазерные карабины из непромокаемых чехлов и прикреплять к ним глушители и подавители светового излучения. Солдаты выглядели обеспокоенными. Они проверяли снаряжение, одним глазом постоянно следя за морем и плавающими в нем змеями. Скорчившись на глинистом берегу, выбеленном химическим прибоем, Аллегра наблюдала за тем, как зеленокожие исчезают под водой, опутанные кольцами геликондр, и прислушивалась к влажному тревожному лаю китовых собак, предупреждающих сородичей о внезапной опасности. Командир Тирон нес с собой два карабина и собирал оружие вдвое быстрее своих подчиненных. Один он оставил себе, а другой бросил Аллегре.
— Это подавитель, — указал солдат на выступ на казеннике оружия, переключатель на котором был установлен в крайнее положение. — Сейчас он настроен так, чтобы луч выстрелов не был виден в оптическом спектре.
Аллегра кивнула. У ее старой винтовки стандартного для маритинских полков образца не было такой настройки. Будет непросто целиться, не видя, куда попадают лучи.
— Просто смотри, кто из врагов упадет после выстрела, — посоветовал Тирон.
Аллегра кивнула и направилась вверх по глинистому берегу. Командир отряда и его подчиненные двинулись следом. Все они шли быстро, но осторожно, водя из стороны в сторону стволами карабинов и высматривая врага.
Вскоре даже самым упертым бойцам стало ясно, что выскочка из отребья, по несчастливому стечению обстоятельств ставшая их капитаном, своим решением сохранила им немало боеприпасов и спасла их от многих встреч с противником. Если бы не змеи, то каждого зеленокожего монстра, утянутого под воду или задушенного в смертоносных кольцах, пришлось бы убивать маритинцам. Аллегра вела отряд вдоль косы и мимо заливающихся лаем стай китовых собак. Склады и рынки, расположившиеся на побережье, были охвачены пламенем. Драгоценные товары и пиратские трофеи сгорали в огне, а наиболее толстокожие из супостатов рыскали по лабиринту стеллажей и сваленных в кучу контейнеров.
Было непонятно, кто поджег гавань, — то ли ксеносы, то ли последние пираты. Многие местные бандиты провели на Мысе Отчаяния всю жизнь и не захотели бы просто так отдавать его захватчику. Местные обитатели организовали сопротивление на площадях, в химических лабораториях и притонах для курения обскуры. Тем не менее по большей части местные, встреченные отрядом по дороге, оказались молодыми матросами или шлюхами, которые ничего не могли противопоставить зеленокожим дикарям.
По мере продвижения в глубь приюта Братства, капитан узнавала знакомые с детства места, здания, на которые она тогда забиралась, качалась на свисающих цепях и где прыгала с крыши на крышу. Они прошли мимо дребезжащего холодильного погреба, откуда она в свое время любила воровать яйца ихтидов. Мимо лачуги татуировщика, набившего ей когда-то грубую наколку, означавшую, что у нее есть место на пиратском судне. Бойцовскую яму, в которой она впервые забрала чью-то жизнь.
Все, что Тирон сказал ей о хранилище Имперской Армии, — это то, что оно было в центре. Поэтому Аллегра вела отряд именно туда. Через кварталы жилых лачуг, по навесным мосткам и подобиям улиц элитный отряд маритинцев пробирался через осажденную колонию. По возможности Тирон и его люди предпочитали избегать перестрелок и обходили стороной импровизированные укрепления защитников. Если впереди слышались грязные проклятия, изрыгаемые глотками оборонявшихся пиратов, или лязг грубого оружия зеленокожих по металлу и камню зданий, то отряд отступал, и Аллегре приходилось придумывать новый маршрут. Их целью была не война с населением гавани, их миссия заключалась в другом.
Иногда встречи с орками избежать не удавалось. Время от времени зеленокожие варвары просто проламывали ближайшую стену или металлическую перегородку. В этом случае элитный отряд маритинцев действовал четко и слаженно. И хотя их лазерные карабины при выстреле издавали только тихие щелчки, а выпущенный луч оставался невидимым глазу, свидетельством меткости солдат были отлетающие тела врагов с множеством тлеющих ран. Несмотря на то что для убийства любого монстра требовалось намного больше одного попадания, огневая дисциплина и эффективность работы маритинцев были, вне всякого сомнения, на высоте.
Осторожно перебираясь через висячие мостики и периодически спускаясь в значительно более старые кварталы, где жилые блоки и укрепленные подземные переходы сплетались в единый лабиринт, Аллегра вела командира Тирона и его бойцов к центру Мыса Отчаяния — многоэтажной конструкции, состоящей из бесчисленных наркопритонов, питейных заведений и борделей. После того как капитан подтвердила, что они на месте, командир Тирон вытащил из подсумка ауспик, настроенный на отслеживание сигнатур смертоносного оружия. Через секунду устройство сообщило, что значительное количество старых боеприпасов Имперской Армии находится глубоко под землей.
— Здесь можно спуститься? — спросил Тирон.
— На несколько уровней, — кивнула Аллегра.
В центре гавани зеленокожих не было совсем. Зато пиратов и мародеров оказалось более чем достаточно. Мыс Отчаяния был единственным местом, которое эти люди могли назвать домом, и они не собирались уступать его ни новым врагам в лице инопланетных захватчиков, ни старым, коим являлись силы безопасности Ундины.
— Пушки на землю! — раздался низкий гортанный голос откуда-то сверху.
Солдаты напряглись и вскинули лазерные карабины, выискивая цели впереди и на верхних уровнях. По решетчатой лестнице к отряду маритинцев спускались, с мрачным видом передергивая затворы, несколько пиратов, вооруженных крупнокалиберными автоматическими винтовками. На верхних уровнях засело еще больше бандитов. Большинство из них использовало обычные пехотные ружья, но у некоторых оказались пусть потрепанные, но, вероятно, вполне работоспособные снайперские прицелы.
— Я сказал, бросайте! — снова раздался уже знакомый голос.
Предводитель банды вышел на улицу. Как и все его люди, он был покрыт татуировками, а волосы заплел в тонкие косички, но выделялся на фоне подчиненных за счет широкополой шляпы и длинного плаща. Пират держал руку на рукояти огромного револьвера, пока что покоящегося в висящей на поясе кобуре.
— У нас нет на это времени, — сказал Аллегре командир Тирон.
— И чего ты от меня хочешь? — отстраненно спросила она; похоже, что мысли женщины блуждали где-то далеко.
— Они же из Братства. Это твои люди, — продолжал командир отряда, переводя лазерный карабин с предводителя на двух телохранителей с дробовиками, вставших по бокам от своего господина.
— По-твоему, у нас есть какой-то тайный знак для своих или что-то в этом роде?
— Да, именно так я и думал.
— Извиняй, командир, — произнесла Аллегра, глядя куда-то вдаль, за балконы и сетчатые мостики, — они из Братства, это да. Но они при этом отмороженные убийцы и попытаются прикончить нас в любом случае. Попытки поговорить только сильнее их разозлят.
— Считаю до трех! — заявил предводитель шайки.
Его люди направили оружие на маритинцев. Солдаты тоже прицелились во врага. Аллегра подняла взгляд к узкой полоске, видневшейся в просвете между зданиями и переходами. Она выглядывала что-то в небе.