Страница 117 из 123
Какое-то время он наблюдал за немецкими кораблями, но затем, вздохнув, дал необходимые распоряжения. Лодка, втянув свой "глаз", нырнула поглубже.
- Честное благородное слово истинного джентльмена, Арчи: я люблю гуннов
- За что Вы их так, кэп?
- За их орднунг, разумеется, который превыше всего. Я не сомневался в том, что они смогут протралить русский "суп с клецками", все-таки в кайзерлихмарин служат упертые ребята. Но они были столь любезны, что промаркировали фарватер
- А, Вы про бакены, сэр?
- Ну конечно. Обозначили вход, выход, еще и по фарватеру бросили, чтобы не приведи Господи кто-то по недоразумению на русские мины не выскочил. И тем самым, во-первых, подсказали нам где окажутся их корабли, когда они, нагостившись, покинут Рижский залив. - сказал Ноэль и продолжил, подпустив в голос легкий оттенок превосходства всезнающего отца-командира:
- А во-вторых, любезно сообщили, где начинаются русские минные заграждения, дабы мы на них по ошибке не...
ШСССКРРРРРРРРРРЯББ!!!
- Машины стоп! - рявкнул Лоуренс, еще до того, как сообразил хоть что-то. Его приказание было немедленно выполнено.
- Что это было?
Арчи только пожал плечами:
- Никогда такого не слышал, кэп!
Лоуренс вытер внезапно повлажневший лоб.
- Так. Ладно, дайте-ка вперед, самый малый.
Совсем немного времени ничего не происходило, а затем: "ШССКРРРРР!" - повело вдоль борта, как будто слева, словно субмарина задела огромную, заржавленную струну арфы какого-то подводного велика... И тут Ноэль увидел, что глаза его верного лейтенанта начинают вылезать из орбит:
- Минреп! - выпалили они одновременно
-Право руля, машины стоп! - просипел Ноэль.
"Так, так, так" - подумал он про себя, глядя на Арчи: "Значит мы сидим посреди мин, а я рассказываю экипажу, как мы умно избежали минного поля... М-да. Кажется, сегодня у моего авторитета не лучший день".
Но Арчи думал о другом:
- Вы очень вовремя скомандовали погружение, сэр!
"Вот ведь...! Ну точно, если бы мы и дальше шли под перископной глубиной, ткнулись бы не в минреп, а в саму мину.". Но Арчи продолжал:
- И теперь я, кажется, знаю, чего хотел тот русский.
- Какой еще русский?
- С "Акулы". После обмена семафором, когда мы уже развернулись и пошли в сторону фарватера, он, кажется, что-то хотел нам сказать...
- В чем это выражалось, Арчи? - заинтересовался Ноэль
- Ну... он вроде как бегал по палубе взад-вперед, орал чего-то и размахивал руками... Но мне уже некогда было разбираться, ведь Вы скомандовали погружение, сэр.
- Слушай, блондин - подал голос штурман:
- А в твою... большую голову не пришла идея сообщить об этом командиру?
- А вдруг он попросил бы у нас кофе? Или королевских креветок?
- Арчи. У нас тут нет кофе, а королевских креветок никогда и не было!
- Вот и я о том же! Нам пришлось бы отказать русскому, а разве можно так обращаться с союзником? Это опозорило бы Королевский флот!
"Самое интересное" - подумал Лоуренс: "Что сейчас уже не получится узнать, правду ли нас пытались предупредить русские, или Арчи ломает комедию. Потому что, если уж Арчи начинает ломать комедию, он не сознается никогда и ни за что". Ноэль помнил, что Арчи последним спустился вниз перед погружением... Но это еще ничего не значит. "Если все пойдет хорошо - спрошу у русского командира"
- Ладно, парни - сказал командир "Е-1":
- Мы сейчас оказались немного не там, где надо... Точнее, там, где совсем не надо, поэтому будем потихоньку выбираться отсюда. Слушай мою команду...
Спустя примерно полчаса все вздохнули с облегчением. Подводная лодка ушла вправо, и больше ни с какими минрепами не сталкивалась
- Похоже, сэр, мы шли вдоль минной банки, собирая все минрепы на своем пути. Ушли чуть в сторону, и все, выбрались на чистую воду
- Не каркай - буркнул Лоуренс скорее по привычке, потому что был согласен со своим лейтенантом.
- Ладно, пошли под перископ, Арчи. Интересно же, что там, наверху, происходит!
Как вскоре выяснилось, интересного происходило много, и Ноэль не преминул поделиться со своим экипажем:
- Значит так, у нас тут четыре хорошие новости, и одна плохая. Первая хорошая новость - оба дредноута прут по фарватеру. Впереди - легкий крейсер, похоже ему здорово досталось. Потом - линкоры, и тут нас поджидает вторая хорошая новость: замыкающий имеет приличный дифферент на нос. Или мина, или торпеда, в общем, у русских ему не повезло.
- Третья хорошая новость - к тому моменту, как их подранок выберется из минного заграждения, мы, следуя прежним курсом, подойдем к нему кабельтов на восемь. И, наконец, четвертая - похоже на то, что на нашем траверзе справа - перископ "Акулы". Русские не отстали, идут вместе с нами.
- А плохая новость, кэп?
- Какая - плохая?
- Ну, Вы говорили о четырех хороших и одной - не очень...
- А! Ну, в общем, впереди крейсера идут четыре миноносца, они уже выходят на чистую воду, к ним навстречу идут два, которые они утром отправили в дозор... В общем, эти шестеро будут прикрывать своих.
"Е-1", повинуясь приказам, вновь скользнула на глубину. Лоуренс собирался сходиться с противником очень близко, и тут кто-то особо внимательный мог бы даже увидеть силуэт идущей на перископной глубине лодки или чиркнуть ей слегка по рубке форштевнем. Шутки кончились. Спустя каких-то полчаса им предстоит подвсплыть еще раз, поднять перископ и - убедиться в том, что враг в пределах досягаемости торпед. Или погибнуть, будучи атакованными обнаружившим их миноносцем.
***
- "Остфрисланд" взорвался!
Бахирев довольно усмехнулся в усы. Его крейсер, на котором он долго служил командиром, и который он знал, как свои пять пальцев, и рад был рвануться вперед, но вынужден бы смирить свой бег, подстраиваясь под скорость тяжело переваливающихся за ним "Андрея" и "Павла". Броненосцы, с их парадными восемнадцатью узлами, ну что с них возьмешь? Однако же и позади плестись не оставишь, как-никак - главная ударная сила отряда. Время тянулось медленно, зато германские линейные крейсера неслись вперед очень быстро, но Бахирев успевал пересечь их курс и выйти на "кроссинг Т". Немцы, похоже, ничего не имели против. Они сами ставили "кроссинг Т" фон Эссену, так что их можно было понять, но командующему осталось продержаться всего чуть-чуть, потому что немцы вот-вот выйдут под удар двенадцатидюймовок поспешающих за "Рюриком" броненосцев, а уж тогда...
Не продержались. Взрыв на "Полтаве" превратил глаза Бахирева в две узкие щелочки, через которые смотрела Смерть. Он видел, как флагманский линкор покатился вправо. "Сейчас головным выйдет "Севастополь"" - подумал Бахирев: "И они раскатают его так же, как и "Полтаву"". Времени до того, как головной линейный крейсер ткнется в центр их строя, оставалось совсем немного, но эти минуты грозили стать для "Севастополя" последними.
Контр-адмирал фыркнул в усы. В тот раз, у Готланда, было нелегко решиться атаковать "Дерфлингер", но сейчас решение далось куда проще. "По накатанной, что ли?" - проскочила шальная мысль. А еще Бахиреву вдруг до безумия захотелось вернуть то юношеское ощущение восторга, охватившее его, когда он вел в атаку свои крейсера против сильнейшего противника... Хотя в этом он не сознался бы даже самому себе. "Сейчас враг тоже сильнее, да и плевать!" - с веселой злостью подумал Бахирев, а вслух скомандовал:
- Поворот шесть румбов вправо, все вдруг, ход - самый полный! Огонь по готовности!
Четыре корабля одновременно вошли в циркуляцию - и ринулись на врага. И, наверное, каждому в боевой рубке "Рюрика" пришла одна и та же мысль, потому что в прошлый раз их красавец-крейсер отступил, выйдя из боя вопреки приказу. Но сейчас одного взгляда на адмирала, замершего с биноклем в руках было достаточно, чтобы понять: такого не повторится. Не сейчас и никогда больше.