Страница 23 из 35
Он хотел что-то сказать, но Ева нас прервала, что было очень не кстати. Она запрыгнула мне на колени, обняла за шею и зло посмотрела на Максима Владимировича.
— Я пошла сюда с условием, что ты моя пара. И что я получила? — похоже не удастся мне побыть наедине с ним.
— Почувствовала наконец, что такое, когда мужик сверху, — за эти слова я получила кулаком в плечо. — Максим Владимирович, вашу студентку обижают, сделайте уже что-нибудь, — я умоляюще посмотрела на него, он только закатил глаза и расхохотался в голос.
Дима неожиданно громко хлопнул в ладоши и призывал всех к вниманию. На часах было десять, а значит пора за стол. Все пытались усадить скорее свои пятые точки. Ника с Ромой сели рядом с нами, а Еву я спихнула на лавочку рядом с Владом, не забыв пригрозить ему кулаком за малейший проступок.
Как только стало тихо и в бокалах было налито, Дима произнес душещипательный тост и под крики «ура», все выпили и накинулись на еду. Только вот мне есть не хотелось, я просто сидела и рассматривала людей. Половина мне была совершенно не знакома, и я только сейчас поняла, что нахожусь немного не в своей тарелке.
— Успокойся, все тут адекватные, ну кроме него, — Максим Владимирович облокотился на спинку дивана и указал пальцем на виновника этой вечеринки.
— И не поспоришь же, — мы вдвоем улыбнулись.
— Главное расслабься, хочешь еще налью?
— Не ты ли мне запрещал много пить? — Я подняла одну бровь, данное предложение ввело меня в ступор, скорее из-за того, что история может повториться.
— А какой толк с этого запрета, тем более сегодня? — И то верно, чертов всезнайка.
— Давай тогда еще по одной. Только одна пить не буду, а то подумают, что алкашка.
Он налил мне и себе, а там уже и остальные потянулись. Еще один стакан виски была внутри меня. Тепло растеклось по телу, и я начала немного расслабляться. За столом стало шумно, все разговаривали друг с другом на разные темы, слышались какие-то споры и даже пошлые шутки проскальзывали мимоходом. Пока мужчины ходили курить, мы скомпоновались девочками и думали, чем бы занять себя до двенадцати. Ничего лучше не придумал как выпить еще по одной.
Женский разговор медленно принял свое русло, одна тема лучше другой. ПМС, мужчины, секс, ногти и прочее, что заставляло нас смеяться и рассказывать все более смешные истории. Громкий смех часто привлекал мужскую половину, что парни косо на нас смотрели. Мне стало неимоверно жарко, я извинилась и вышла на улицу.
На крыльце дома увидела подушки, которые лежали на ступеньках. Кто-то предусмотрительный их сюда положил или же попросту забыл забрать. Я села на одну из них и вдыхала холодный воздух, пытаясь освежиться и протрезветь немного. В передней части дома никого не было, так что спокойно сидела себе в одиночестве, правда недолго, как оказалось. На соседнюю подушку присел Максим Владимирович.
— Чего ушла? — Он смотрел вперед, пытался что-то разглядеть в кромешной тьме.
— Жарко стало. Решила охладиться, да и подумать немного, — я вздохнула и подперла голову руками.
— И о чем же? — Он сидел в одной майке, и как ему не холодно? Перед домом свет горел тускло, но я все равно рассмотрела, что кожа покрылась мурашками.
— Обо всем, что со мной произошло и что будет дальше, — я опустила голову и бубнила себе под нос, знаю же, что слышит меня.
Он молча встал и ушел в дом. Такой перфоманс я не много не поняла, хотела бы возмутиться, да некому выслушать теперь. Дурные мысли исчезли так же быстро, как и появились, потому что он вернулся спустя пару минут с пледом в руках и двумя стаканами виски.
— Иди сюда, — рукой указал на угол террасы, где стояли деревянные качели. — Тут будет удобнее.
Я забрала у него стаканы и села на холодную подстилку. Он присел рядом и укутал меня в плед, попутно забирая один из стаканов. Мы сидели молча и отпивали по глотку, в кармане байки все это время я теребила ту коробку и все не могла найти подходящий момент. Этот чудотворный напиток действовал как-то необыкновенно быстро, и я набралась смелости уже после второго глотка.
— Максим Владимирович, — он резко повернул голову, наверное, выдернула его из каких-то своих мыслей.
— Кто я? Какой к черту Владимирович? Я Макс, никаких Владимировичей здесь нет.
— Ок. Попытка номер два. Макс, — протягивая коробку не могла сдержать улыбку. — Это тебе, с Новым Годом, — залпом выпил содержимое стакана и поставил себе под ноги.
— Что там? — Он медленно разворачивал ее, а я молчала, желание увидеть его реакцию было уже нестерпимым. Стоило ему поднять крышку, как глаза полезли на лоб. — Это же Hugo Boss, ты с ума выжила. Бешеные бабки стоит.
— Это же подарок, чего мелочиться, — только и могла что пожать плечами, а сама в душе ликовала как маленькая девочка.
— Спасибо тебе, подарок и правда замечательный. Мне понравилось. У меня тоже кое-что есть для тебя, — он достал синюю коробочку и протянул мне. — Извини не умею упаковывать.
Я только усмехнулась и открыла ее. Внутри лежал золотой браслет, в середине которого написано мое имя. Все, что я тогда могла это хватать ртом воздух и мямлить что-то нечленораздельное.
— И ты мне будешь еще что-то про бешеные деньги говорить? Такое только на заказ делают, — этот подарок был куда дороже галстука, что мне сразу стало неловко.
— Ты права. Я запарился над ним, вижу тебе нравится, — он достал его и надел мне на левую руку.
— Он правда очень красивый, — я покрутила рукой в разные стороны. — И очень… — он оборвал меня на полуслове.
— Дорогой, да. Это мы уже выяснили. Я ещё хотел бы тебе кое-что сказать, — повисла небольшая пауза, я молча кивнула, и он продолжил. — Знаю, поднимать эту тему, когда мы так мило общаемся будет верхом нормальности, но все же. Я хочу извиниться перед тобой за тот вечер, я не имел никакого права поднимать руку. Что мне нужно сделать, чтобы ты меня простила?
Он выжидающе смотрел на меня. Сердце лихорадочно стучало в груди и умоляло сделать тот роковой шаг. Я развернулась к нему всем корпусом и с минуту смотрела в глаза, которые молили о пощаде.
— Поцелуй меня. Просто поцелуй.
Больше слов не нужно было, его рука легла на мою щеку, а вторая придвинула в плотную. Он коснулся моих губ своими и подарил поцелуй о котором я грезила каждую ночь. По телу пробежался разряд тока. Именно в этот чувственный момент я поняла главную вещь, мне его не хватало. Да, я влюбилась в собственного преподавателя никому не нужной истории.
Я была готова делать это вечно. Только с ним и только вдвоём. Не разрывая поцелуй, села ему на колени, а он только сильнее прижал к себе. Мои руки обвили его шею и зарывались в волосах на затылке. Черт, какие они мягкие. Все же оторваться нам пришлось, если не хотим умереть от удушья. Мы сидели, соприкоснувшись лбами, только тяжело дышали. Его руки нежно гладили по спине и на губах играла улыбка. Это ощущалось даже сквозь закрытые веки.
— Я прощён? — Кому-то нужно было прервать это молчание.
— Ещё нет, — он изогнул бровь, удивлённый таким поворотом.
Не успела я сказать и слова, как мы услышали громкое тиканье часов. Значит скоро двенадцать. Я и не могла подумать, что мы так долго здесь сидим, но уходить чертовски не хотелось.
— Пойдём к остальным, — он предпринял попытку встать, но я сильнее прижала ноги к качелям и ему пришлось опуститься назад.
— Нет, я не хочу, — мотаю головой, и он соглашается.
— Все, что пожелаешь, — он припал к губам уже с более страстным желанием, что только заводило меня. Ощущение были абсолютно иные, но не менее приятные. В порыве чувств я натягивала его волосы у корней, в ответ получая довольный рык. Нам обоим это нравилось.
Сейчас я была самая счастливая. Фактически сбылось желание, которое я загадала под бой курантов. Три… два… один… Все в доме взорвались криками «ура» и в небе засверкали салюты, а мы все сидели на этих качелях в объятиях друг друга. Я укутала нас в плед и положила голову ему на плечо, в ответ ощущая легкие прикосновения к волосам.