Страница 84 из 142
Даже думать не хочу, чем они думали и как я после этого очнулась...
- Ну всё, хватит меня жамкать и тискать. - отстранилась я от душащих объятий девчонок, вздрогнув от собственного голоса - Джигурда обзавидуется, если услышит.
- Дай порадоваться. - зарывшись в мои волосы, буркнула сестра и щёлкнула меня по носу.
- Я не уверена была в том, чтобы посвятить древнего во всё это... Но я так переживала что... Здравый разум куда-то удалился... У тебя теперь будут проблемы?
Я пожала плечами. В конце концов, она же не со зла и не от обиды такое учудила. Что я могу сказать ей?
- Я думаю, они бы уже были. Неделю же я коматозила и никто сюда не ворвался. Может, мне повезёт и Вил забудет о моём существовании.
- Эм... Тогда бы Аскара здесь не было...
- Кого?
- Аскара.
- Аскара?
- Ну да. Он же брат Вилорда. Он приехал на следующий день после произошедшего, вечером.
Уж не знаю, что там отразилось на моём лице, но лица сестры с Лерой побледнели.
- И вы только сейчас мне об этом говорите?
- Ты не спрашивала...
- То есть незнакомый парень в твоей спальне вопросов не вызвал?
...мда уж.
- Что я ещё пропустила? - пробасила я.
Словно в ответ на мой вопрос, раздался оглушительный крик, от которого мурашки выступили на коже и сердце ухнуло в пятки. Я бы сказала нечеловеческий крик...
- Это что? Кто это? Что здесь происходит?
По мере того как сыпались мои вопросы, поведение окружающих менялось. Ада, отведя глаза в сторону, скучала ноготками по столу, Лера спрятала лицо в ладонях и чуть ли не рыдала, а брат древнего, ворвавшийся в кухню, окинул меня диким взглядом из разряда, а что это чудище здесь делает, и сказал:
- Опять началось. Как долго это ещё будет продолжаться? - но ответа ему никто не дал.
- Что это??? - взревела я, начиная терять терпение.
- Ну и голосина! - присвистнул Аскар и продолжил, сморщившись от очередного нечеловеческого вопля. - Бойфренд твой обращается уже двое суток.
- Чей? - похолодев, уже предполагая ответ, уставилась на него я.
- Твой. Чей же ещё.
- Ада! Лера! Что, мать вашу, происходит???
Срывая цепи с прикованного к постели Вани, я орала как сумасшедшая:
- Это что такое? А? Мы что в сказке про оборотней? Зачем эти цепи? Он, что, дикое животное?
- Он мог навредить себе и окружающим. - почти виновато прозвучала из уст сестры нелепая фраза.
- То есть моё упущение в том, что тебя я не приковывала цепями во время твоего обращения? Да? - зло выплюнула я.
- Перестань орать! Ничего страшного не произошло.
- Да? Ему ты то же самое скажешь? Ничего страшного, что ты больше под солнышком не погуляешь долгие годы... Ничего страшного, что воспринимать пищу перестанешь... Ничего страшного, что в близких и знакомых ты начнёшь видеть еду... Ничего страшного, что тебя накрывают эмоции и ты готов вцепиться в горло любому, кто на тебя косо посмотрел... Ничего страшного, что ты пьёшь кровь... Ничего страшного, что ты убил человека, зато пообедал... Так получается?
- Не драматизируй. Всё не так плохо.
- Как? Как ты могла это допустить? - швырнув цепи в стену, проорала я.
- Не знаю!!! Всё было в порядке, а три дня назад его начало ломать и лихорадить и запустился процесс обращения. Никто его не обращал из здесь присутствующих! Может, это какой-то научно-замедленный процесс обращения, и он выпил чего-то в том клубе...
- Да хрен с ним, с процессом! Ладно. Это уже никак не остановить... Но цепи то зачем? Что за скотское отношение? Ада, я совсем тебя не узнаю, даже при всём твоём сарказме и напускном равнодушии, ты умудрилась переплюнуть саму себя. Браво! Чья это была идея?
- Не моя! - подняв руки вверх, отозвалась она и спешно покинула комнату.
- А чья? - судя по тому, что ответа так и не последовало, меня предпочли игнорировать. - Ну я вам устрою...
Слыша прерывистое дыхание и сумасшедший стук сердца, я нервно измеряла шагами комнату. Судя по челюсти и остальным признакам, обращение почти завершено и мне остаётся только ждать, когда оборвётся его жизнь, а сердце, после паузы, начнёт разгонять по организму вампирский вирус. И всё будет кончено...
Новый крик и выгнутое дугой тело под неестественным углом заставили меня тут же оказаться рядом и прижать горячее и потное тело к себе, удерживая всеми силами на месте.