Страница 69 из 95
- Группе Бета - отбой, зеро, отбой, зеро, - отчаянно, как заведённая, засигналила база; "зеро" означало немедленное, сиюсекундное выполнение приказа независимо от боевой ситуации.
В тот же миг с держателей обоих "Торнадо" сошли отстреленные ракеты.
В скошенной, неестественно гладкой площадке-насыпи перед зданием электростанции разверзлась широкая шахта, и два белых зонтика ракетного пуска заслонили собой опоры ветроулавливателей.
Северная батарея накрылась, захлебнувшись месивом вспучившейся земли; по восточной Мика мазанул - возможно, дрогнув от раздавшегося в момент сброса верещания базы - снаряд ушёл за пределы посёлка, нарисовав кипящее вулканическое жерло на месте мирного козьего выпаса.
А в следующее мгновение оба "Торнадо" вспухли багрово-оранжевыми облаками взрывов, разнесённые в клочья наведённым в упор ракетным залпом - залпом, от которого не уйдёшь, будь ты хоть нейродрайвер, хоть бог, хоть чёрт, хоть то и другое в одном флаконе.
И я, с натугой выводя машину из затянувшегося штопора почти над головой распластавшегося по закруглённой крыше ирзая с ручником - широкое, изъеденное язвами пусков дуло только начинало поворачиваться в мою сторону - все же влепил в него заряд всех своих пушек, прошив носом "Стрижа" выросшее на месте дома облако гари и пыли.
И нырнул вниз, к руслу реки, успев ещё увидеть, как черным дождём падают на посёлок обгоревшие обломки "Торнадо".
Меня не достали - пронесло, то ли прохлопали, то ли просто не успели - и я так и пошёл, прижимаясь к дну ущелья, в непрострельной зоне над прячущими реку валунами.
- Летун, ты куда, летун? - широкополосной передачей ворвался вдруг в эфир чей-то надтреснутый голос. - Смываешься, летун? Очко заиграло?
Я понял - спецназовцы. Живы ещё, значит.
Злость - от обречённости. Расклад им ясен. Как бы там ни было, я - ушёл. Им - оставаться.
И подыхать.
Я запросил базу.
- Отбой, зеро, отбой, зеро, - монотонно повторили мне.
И тут же взорвались сердитым:
- Приказ ясен? Почему не отвечаете?
- Приказ ясен, - сказал я. - Третий и Шестой сбиты, вызываю подкрепление. Тут стационарная ракетная установка, сдвоенная, в шахте под электростанцией. Повторяю - сдвоенная стационарка в шахте под электростанцией. Координаты...
Я называл координаты, а думал о спецназовцах. Так и так им кранты. Наши взорвут вместе с установкой или ирзаи додолбят. И не снимешь парней никак - отвес, приткнуться негде. Опять же, огонь из посёлка не подавишь, пока там установка торчит.
Замкнутый круг.
- Возвращайтесь на базу, - велели мне.
А вслед неслось:
- Летун, сука, ... твою, ..., что ж ты, ..., своих, ..., хоронишь заживо, мы ж ... здесь, ... !
И вдруг - резким диссонансом с многоэтажным матом:
- Летун, не бросай нас!
Чёрт.
В "Стрижа" больше одного человека не вместишь, хоть тресни. Такая уж это леталка маломерная.
Я снова вызвал базу.
- Ну, что ещё? - спросили у меня совсем не по-уставному.
- Вы уже выслали подкрепление?
- Тебе, ..., ..., что за дело? - отозвалась база.
Вот это да.
- Так выслали или нет? - упрямо уточнил я.
- Седьмой, мать твою, - прорезался на волне базы голос комбата, - ты, ... недоделанный, заткнёшься сегодня или нет? Я сам, блин, на устав плевал и плюю, но не до такой же, блин, степени, это, блин, разговоры не для эфира. Вы мне, энтузиасты ..., и так уже подкузьмили. Пол посёлка спалить, блин, приют ещё какой-то на мою голову, я, блин, вовек не отмоюсь! А чтоб прояснить твою психованную башку, скажу: электростанция - стратегический объект, мы по тому району вообще больше не работаем, ты понял или нет, ... твою?
Так там был приют? Не видел что-то. Шквальный огонь - видел, приют - нет.
А место для батарей мы, что ли, выбирали? А обломки двух "Торнадо" на посёлок свалить - это как тогда?
Чёрт.
- Подготовьте мне "Шквал", - сказал я. - Без боезапаса. Я сниму парней.
"Шквал" - малый штурмовик. Шестиместник, и если не брать ракет, человек двенадцать на нем увезти можно. Он манёвренней, чем грузовик, а главное - только штурмовик защищён настолько, чтобы выдержать прямой огонь плазменных батарей.
- Хрен тебе, а не "Шквал", - выплеснулось в эфир. - Мы по тому району больше не работаем, ты что, не понял? У тебя, ..., со слухом плохо? Духу твоего близко там не будет, ..., на губу сядешь по прилёту, ..., ...!
- Сам ты ..., ... и ... , - отчётливо произнёс я.
В эфире воцарилась тишина.
На базе я посадил леталку возле площадки со штурмовиками - и сразу увидел со всех ног бегущего по полосе Тараса. Надо полагать, механик, как всегда, слушал в своём закутке наши переговоры по снятому со списанной машины волновику. От командного поста тоже кто-то нёсся, но те откровенно запаздывали - скорей всего, не ожидали, что я перейду от слов к делу.
А Тарас вот догадался. Умница.
- Который из "Шквалов" готов? - спросил я его с ходу, вываливаясь из леталки. - Который?
Механик запыхался и тяжело дышал, едва не складываясь пополам после быстрого бега. И первыми его словами, торопливыми, взахлёб, были:
- Не надо, Данилка.
Черные глаза-вишни смотрели умоляюще.
Да что за день сегодня, и впрямь.
- Я могу сам определить. Но это дольше. Который?
- Приказа ведь не было, - тоскливо проговорил Тарас. - Куда ж ты без приказа-то? Не те, свои ведь собьют. Не лезь, Данилка, а? И эти ещё... "поводки" у вас. Пропадёшь же, паря.
- Который?
Не дожидаясь ответа, я направился к штурмовику.
- Не этот, - страдая, словно от боли, сказал механик. - Тот, что слева.
И негромко протянул-простонал мне вслед:
- Данилка-а...
Вот чёрт.
***
Я поднял машину, на лету приноравливаясь к тяжёлому ходу штурмовика - сразу после "Стрижа" это чувствовалось особенно остро. И тут же услышал голос комбата в эфире.