Страница 22 из 55
— Ты бы прижал ее там же в офисе, Санек. И не реагируй, если опять начнет стенать, что все плохо, все пропало. Либо однозначно пошлет тебя, либо даст, — продолжал размышлять вслух Денис.
— Сдурел ты что ли? В офисе?! — возмутился Геллер.
Он глянул на Костика, ища поддержки в своем негодовании, но тот лишь поджал губы, опустил глаза, небрежно провел рукой по столешнице.
— Пикантненько может получиться, — предположил он, — Но я бы на твоем месте завалился к ней нагло в гости, а там уже и совратил. Спокойнее. И можно не торопиться.
— Да вы рехнулись, мужики? Она же мой тренер, — вспылил Саша.
— Да перестань, Геллер. Сменишь тренера, если не даст. Если даст, но тебе не понравится — опять же сменишь. В чем проблема? — продолжал гнуть свою линию Денис.
Костя же замолчал и внимательно смотрел на Сашу, пока тот распылялся.
— Да в том и проблема, Дэн, что не хочу я тренера менять.
— Ну и не меняй. Разок переспите и успокоитесь оба, продолжите дальше тренить.
— Что-то не верится.
— Что успокоитесь?
— Что ничего не изменится после секса. Вон после поцелуев и то все шиворот-навыворот.
— Ой, Геллер, просто завали ее. Это же банальный секс, а не глобальная катастрофа. Что ты делаешь из мухи слона? Не вижу я тут проблемы, хоть убей.
— Проблема в том, — все-таки встрял в их перепалку Костя, — Что у тебя, братец, — это всю жизнь было в порядке вещей. А Геллер так не умеет. Он с девочками отношения строит, а не валит в койку в день знакомства, забавы ради.
— Не забавы ради, а здоровья для, — поправил брата Деня, обидевшись, — Ты как будто сам всю жизнь моногамию проповедовал.
— Каюсь. Грешил, — не спорил Кос, — Но Санька наш не такой.
Денис скептически взглянул на Геллера.
— Да ладно? Серьезно? Не верю.
— Что? — не понял Саша.
— У тебя никогда не было девчонки на ночь?
Геллер задумался, и уже это было ответом на вопрос Дениса.
— Разок по пьяни.
— Мда, — Дэн помотал головой, недоумевая.
А Костя спросил:
— Сколько у тебя подруг было до жены, Сань?
— Вместе с женой — три. Одна в школе, одна в универе и Света.
— То-то и оно, приятель, — подытожил Костя, — втрескался ты в свою Настю, вот и бесишься. И мало тебе будет одного раза. Сам это понимаешь. И ревнуешь ее. И дистанцию держать не можешь.
Денис гаденько заулыбался.
— А привози ее к нам на покер, — озарило его.
— Точно, — поддержал Костя брата, — Познакомимся. А утром девчонки ей мозги промоют. Маришка с Ирой в два счёта тебя разрекламируют. И бросит твой тренер своего бойфренда. Будет вся твоя.
Идея была заманчивая, даже слишком. Но Геллер скорее испугался, чем обрадовался.
— Никакого толку от вас, — он вскочил с дивана, осушил одним глотком чашку, — Придурки.
Саша сам не понял, почему так разозлился. Он больше не мог смотреть на довольные физиономии братьев и, не прощаясь, рванул прочь.
— Вискарь забыл, — крикнул в спину Костя.
— Подавись им, — огрызнулся Геллер, вылетая из магазина.
Он весь кипел от раздражения и злости.
— Козлы, — бубнил Геллер, поворачивая ключ зажигания, — Правильно Токарев про них говорит: два брата мудака акробата.
Он быстро добрался до дома, пытался злиться на Бирюковых и там, но отпустило. Геллер взбесился потому, что Костя был прав. Уж слишком просто он вычислил его тайные чувства, словно прочитал мысли. Он сам себе в этом не мог признаться, а Кос додумался в два счета. Именно это и злило. А еще это их пренебрежительное недоумение. Бирюковы не гордились своими былыми подвигами в духе Казановы, но так противно недоумевали, когда выяснилось, что кто-то в этом мире не желал по молодости отыметь всех, кто в юбке.
Геллер никогда не был бабником. Родители хорошенько впечатали в его сознание матрицу серьезного, семейного мужчины. Он никогда не искал утех на ночь, был очень разборчив. В школе Саше нравилась девочка из параллельного класса. И это было взаимно. Первая любовь, осторожные поцелуи, прогулки, дискотеки, неуклюжая интимная близость. Она поступила в Москву. Он тоже уехал учиться в другой город. Переписывались поначалу, но эпистолярный роман быстро сошел на нет.
На втором курсе Геллер случайно познакомился с солисткой местной группы. Он любил иногда посещать рок-концерты регионального масштаба. Там и заметил ее. Оторва, хохотушка с обворожительным глубоким голосом. Саша впадал в транс, когда она пела. А в постели эта девчонка вытворяла такое, что Геллер краснел, недоумевал и восхищался. Первые несколько месяцев он был так счастлив, что никого и ничего не замечал вокруг. А потом его подруга показала свою истинную суть.
Обучив Сашу всем грязным играм, она заскучала и вернулась к своей обычной жизни. Репетиции, которые заканчивались попойками, постоянные тусовки, море дешевого алкоголя и странных людей. Геллер регулярно забирал ее невменяемую с очередной вечеринки. Она истерила, угрожала, но потом покорно отдавалась ему. Саша морщился от перегара. Он никогда не был противником алкоголя, любил выпить и пива и чего покрепче. Но в этих отношениях он понял, что самое главное — это знать меру. Он возненавидел запах и то, что делала выпивка с его любимой. Но терпел, вытаскивал из баров. А потом из-под мужиков. Первый раз он простил. Слишком любил ее. Не представлял, как жить без своей сладкоголосой сирены. Но даже его терпению пришел конец. Толпа любовников, которых она не скрывала, перестала устраивать Сашу. В один прекрасный день он снова застал ее с другим. В своей постели. В своей квартире. И в этот раз выставил за дверь обоих.
Она плакала под дверью, но Геллер не поддался. Он надел наушники, врубил погромче музыку и сел доделывать заказ по работе. Просидел до самого утра. Сроки не горели, но это было не важно. А под утро его осенило открыть журнал о ресторанном бизнесе, о хореке. Что-то умерло в Сашкиной душе и родился "РестораторЪ".
Сейчас Геллера пугало именно то, что в нем снова кипели чувства юности. Он злился на Настю, но не мог оттолкнуть, даже сделать замечание, мол не надо меня трогать. Она обезоруживала его одним своим существованием, делала слабым, податливым, безвольным. Геллер не хотел снова в этот омут.
Он давно запретил себе страсть без морали и правил.
Со Светой все было спокойнее, проще. Она нравилась ему, но не до одури. Интересная, красивая, умная, воспитанная. С ней было легко. Хотя уже тогда Саша подозревал, что его Светлана не так проста, как кажется. Сейчас он даже допускал мысль, что не пила она никаких таблеток, специально залетела. Они поженились через полгода после знакомства, родился Глеб. Дела с журналом пошли в гору, и они решились на Лешку.
Самое паршивое, что Саша не удивился, узнав об измене жены. Наверно, после всех перипетий молодости, он был готов к этому. Убивало то, что она спала с его лучшим другом. Двойной удар. Бах-бах, и в точку.
Геллер простил ее, попытался все забыть, но не смог. Даже ради детей. Старался, но все равно тошнило, когда он ложился в постель к женщине, которая стала ему чужой, неприятной. Свету он оставил легко. Тяжело было только уезжать от сыновей. Но Саша был уверен, что поступает правильно. Он работал, как проклятый, чтобы его мальчики ни в чем не нуждались. И каждый свободный день рвался провести с ними, потому что отчаянно скучал.
И вот теперь, когда он почти свыкся с одиночеством, впустил в свою жизнь спорт, новые достижения и победы, появилась она. Молодая, красивая, упрямая, безумно притягательная и загадочная. Геллер даже был рад, что Настя его отшила, что у нее есть парень. Это автоматически отменяло много вопросов, ответы на которые ему совершено не хотелось искать ответы.
Глава 8. Грустный праздник
Наплевав на все свои терзания и режим, Геллер поехал играть в покер, где с удовольствием напился. Костя привез его виски, который они уговорили во время игры, а потом еще отшлифовали коньяком. В понедельник вернулась Светлана с сыновьями, и Саша всю неделю уходил с работы вовремя, чтобы побыть с мальчишками. Да еще и Настя заявила, что ему нужно брать отдельные уроки по тяжелой атлетике, так как она сама не владеет нужным уровнем знаний по этой части. Сокол посоветовала ему хорошего специалиста, и на одну тренировку у них стало меньше. Такой расклад даже радовал Геллера. Он немного остыл. Наваждение превратилось в легкую степень помешательства, отошло на второй план.