Страница 17 из 55
В очередной паршивый вечер июня, когда дождь колотил по стеклам, словно в октябре, Геллер засиделся на работе. Оставаться дольше в офисе стало просто неприлично, он сел в машину и поехал. Куда глаза глядят. Саша еще не решил, что лучше: выпить чая или сожрать с горя Биг Тейсти в Макдональдсе; как его телефон зазвонил. Он аж ругнулся, увидев на дисплее имя тренера.
— Господи, Сокол, ну что ты за человек? Мысли мои читаешь? Не буду я его есть. Не буду! Слышишь?
— И вам тоже здрасте, — опешила Настя.
— Виделись, — буркнул Геллер.
— Я тебе писала, ты не отвечаешь. Все в порядке? — заволновалась она.
— Уже уехал из офиса. Не видел твои сообщения, — сухо объяснялся Саша.
— Эй, приятель, что за нервы?
— Собирался купить дряни в Макдональдсе, а тут ты звонишь, — исповедался он.
Настя засмеялась.
— А чего так долго на работе? Проблемы?
— Нет. Просто дела. И домой ехать не хочу.
— И чего собираешься делать?
— Кататься по городу. Иногда помогает.
— Скучно же одному.
— Желаешь составить компанию?
— А ты приглашаешь?
— С радостью. Говори адрес.
Саша был уверен, что она даст заднюю, но Настя назвала улицу и дом. Он офигел. Вечер переставал быть томным.
Через десять минут он остановил машину у обычной брежневки, а еще через три выбежала Настя. Она именно бежала, торопилась, вся запыхалась. И Геллеру льстило, что она спешила к нему. Хотя, возможно, это была банальная вежливость. Настя ненавидела опаздывать и опаздывающих, всегда была пунктуальна и требовала это от других.
Геллер не мог не отметить, что она выглядела иначе. Почти без макияжа, в удобных спортивных штанах, толстовке, волосы в косе, на ногах кеды. Она сейчас была точь-в-точь школьница с парковки, которую он сбил… кажется, сто лет назад. А ведь прошло всего два месяца.
— Привет, — улыбнулась Настя, запрыгнув в салон.
Геллер не успел опять брякнуть, что они виделись, потому что она чмокнула его в щеку. Дар речи пропал, а когда вернулся, конечно, он начал нести чушь.
— Ого, мы теперь целуемся?
— Не на работе же, — пожала плечами Настя.
— Всех своих клиентов целуешь в неформальной обстановке? — не мог уняться Саша, мечтая, чтобы отсох язык-предатель.
— Ага, конечно, всех. Знаешь, хобби такое. Караулю клиентов после работы и сразу — в десны. Весело.
Геллер хмыкнул.
— Серьезно?
Настя начала злиться, пронзила его взглядом.
— Нет, рявкнула она. Но ты мне нравишься, так что терпи.
— О, класс. Я нравлюсь, — расплылся в блаженной улыбке Саша, но тут же ойкнул.
Настя шлепнула его ладонью по колену.
— Прекрати издеваться.
— Ладно-ладно. Я прекратил. И я не против поцелуев. В том числе и в десны.
Сокол покраснела, прижала ладони к щекам, забормотала:
— Невыносимый. Ты иногда просто невыносимый.
Геллер ничего не ответил, только нагло подмигнул.
— Поехали что ли в твой Макдак, разживемся вкусненьким, — попросила Настя, чтобы сменить тему.
— Без проблем.
Они подъехали к светящейся желтой букве, и Саша притормозил у стойки для автообслуживания.
— Два чая, пожалуйста, — попросил Геллер в ответ на бодрое приветствие оператора.
— Холодный или горячий? — уточнили из рубки.
Саша вопросительно взглянул на Настю.
— Холодный, — ответила она, — Горячим обольюсь обязательно.
Это было дельное замечание.
— Два холодных, пожалуйста.
— Еще что-нибудь? Картофель фри? Новый гамбургер с мексиканским соусом и беконом желаете?
— Нет, спасибо, только чай, — вежливо отказался Геллер.
— Какой чай? — возмутилась Настя с пассажирского сиденья, — Ты с ума сошел? Я ночью в Маке — и только чай? Милая девушка, — это уже она кричала в окно, стараясь доораться до оператора, — Большую порцию креветок, пожалуйста, и Макфлури с криспами и сиропом.
Геллер онемел.
— Прикалываешься? — наконец выдал он, очухавшись, — МОРОЖЕНОЕ? НОЧЬЮ? Для ТЕБЯ?
— Пожалуйста, не повторяй это, а то я передумаю, — заныла Настя.
— Ладно, — Саша кивнул.
В это время оператор перечислила их заказ снова переспросила:
— Это все?
— Нет, — гаркнул Геллер, — два раза креветки и два Макфлури.
Девушке снова пришлось повторить, и в это время Настю догнала совесть.
— Саш, а давай пополам мороженое? Пожалуйста. Я все не съем — это точно. А еще креветки.
Геллер захохотал, отменил одно. Оператор еще раз недовольно озвучила заказ.
— Да, все верно, — подтвердил, наконец, Саша.
— Слава, блин, богу, — донеслось из терминала.
Геллер и Сокол рассмеялись.
— Простите, мы ЗОЖники. Это почти диагноз, — громко извинилась Настя.
— О, извините, я, кажется, забыла отключить микрофон, — в свою очередь опомнилась оператор.
Любители ночного фастфуда хохотали, пока не получили заказ. Только заманчивый запах из пакета смог успокоить.
Саша решил поехать на набережную. Дождь все еще накрапывал, поэтому выходить из машины не стали. От мерзкой погоды спасал уютный салон машины, а глаз радовал вид на реку.
— Признавайся, — потребовал Геллер, жуя креветку, — Что случилось? Почему ты не спишь, а объедаешься ночью всякой дрянью в компании недоделанного кроссфитера?
— Обязательно что-то должно случиться? — фыркнула Настя и, чтобы уйти от скользкой темы, заметила, — Доделаю из тебя кроссфитера, не переживай.
Но Саша не повелся на ее уловку.
— Должно случится землетрясение, пожар или еще какая катаклизма. Но и в этом случае, мне кажется, что будешь требовать куриную грудку с брокколи.
— Ммм, обожаю брокколи.
— Насть!
— Ох, ну ты и прилипучий. Я просто голодная, ясно?
Саша скептически взглянул на нее.
— Не верю.
— Поверь. Сегодня последний день, когда я могу устроить такое безобразие. Завтра сажусь на сушку. Привет, брокколи и грудка.
Настя тяжело вздохнула, но Геллер все равно не купился. Чувствовал он что-то, какой-то подвох. И, конечно, понял, что Настя не скажет правду, поэтому отстал.
— Ну а у тебя какой повод для читмила?* — спросила Настя.
— Бывшая детей увезла на море. Тоска какая-то, — честно признался Геллер.
— О, — выдохнула Сокол, — Мне жаль.
Она доела креветки и собиралась приступить к мороженому, но остановилась.
— У нас одна ложка.
Саша покачал головой, умиляясь ее заботе, слазил в бардачок, вытащил пакетик одноразовых ложек.
Настя залилась звонким смехом.
— Господи, я и забыла, с кем имею дело.
Геллер самодовольно развел руками.
— Ага, я всегда готов к приему пищи. Даже в машине. Ну чего ты смеешься? Недавно рванул в командировку срочную, прихватил творог, а ложки не было. Пришлось запастись стратегическими приборами.
— Круто, Сашк. Какой же ты у меня молодец. Я уж думала не выбью из тебя эту привычку — пить кофе вместо приема пищи. Но — нет. Отлично ты отредактировал образ жизни. Горжусь.
— Ой, спасибо, — раскланялся Геллер, задевая ложкой мороженое.
Разговор плавно перетек к тренировкам. Настя рассказывала о своих планах, о прошлогодних промахах, призналась, что очень хочет все исправить и взять золото в новом сезоне. Саша кивал, хотя не разделял ее рвения. Его волновало, что Настя дает очень мало упражнений из тяжелой атлетики, хотя она является очень важной составляющей кроссфита. И в неформальной обстановке он, наконец, решился это озвучить. Сокол приняла его пожелания очень спокойно, пообещала исправить свое упущение.
Расправившись с мороженым, Саша завел мотор, спросил:
— Домой?
— А ты?
Он отрицательно покачал головой.
— Тогда я с тобой, — смело ответила Сокол.
— Насть, у нас тренировка завтра. Ты же в десять обычно уже спишь.
— Я все равно не усну с набитым брюхом, — хихикнула она, а чтобы Геллер перестал уговаривать, пошленько подколола, — давай уже, вези меня в лес.
Саша плодоядно облизал губы, надеясь, что стал похож на серого волка из сказки. Ему в голову пришла классная идея. Он и сам не очень хотел расставаться с Настей так скоро, поэтому быстро сообразил, куда отвезти своего тренера.