Страница 23 из 75
— И снова здравствуйте, — поприветствовал ее Дима во второй за сегодня раз.
— И снова с днем рождения, — Саша без церемоний чмокнула его в щеку и раскрыла ладонь. — Это тебе. Ну… символически, так сказать… маляр…
Разумеется, она ненавидела себя в этот момент, ведь все приготовленные ею слова попросту вылетели из головы.
— Спасибо.
Дима пару секунд смотрел на фигурку, а потом сжал в ладони и поднял глаза на Сашу. Пожалуй, ни разу в своей жизни Сашу не окатывала такая волна ледяного презрения. Она аж поежилась, ожидая, что Дима ее ударит. Но он почти сразу взял себя в руки и, потрепав Сашку по плечу, повернулся в сторону бара, давая понять, что аудиенция окончена.
На ватных ногах Нестерова потопала к своему дивану, откуда следующий час наблюдала презабавнейшее зрелище. К Диме, который так и тусил у бара, то и дело подходили бабенки. По одной, по две, даже компаниями. Все они что-то ему дарили, чмокали в щеки, обнимали, поздравляли. Сашка могла поспорить на последние деньги, что с каждой из них он спал, вернее, трахался. Она прекрасно понимала, что сама так же глупо ему улыбалась и выглядела такой же жалкой, как и все эти девки. И пускай почти все они были одеты лучше Сашки, дарили подарки в пакетиках с логотипами известных брендов и иногда даже были допущены пропустить стаканчик с именинником, но все равно Нестерова знала, что они одинаковые… Одинаковые для него. И она лишь одна из многих, не лучше и не хуже.
Саша, наверное, продолжала бы таращиться на Диму и его друзей, если бы не услышала рядом полузнакомый голос:
— Сашка, привет! — к ней подсел старый знакомый, тот самый повар из кофейни, с которым она флиртовала. Ей показалось, что это было сто лет назад.
— Салют, — она постаралась придать себе радостный вид.
— Петрович-то сегодня именинник, бабы прям стадами к нему, как паломники, — засмеялся парень, наблюдая вместе с Сашей за очередной стаей девок, воркующих вокруг их бывшего босса.
— Ага.
— Выпьешь со мной? Помнишь, я обещал тебе, что попробуем вместе самбуку?
Сашка вытаращилась на повара, понимая, что он собрался ее склеить. В прошлый раз она обрубила на корню все подкаты, узнав, что у него есть подруга. Но вот сегодня Нестерова была настроена более лояльно. Ей уж очень был нужен секс, а этот кандидат вполне даже годился для одноразового развлечения. Нестерова нацепила на лицо радость и, залпом допив пиво, отправилась вместе с поваром к бару. Она не без удовольствия накачивалась дымящей самбукой, фыркая и хохоча, когда дым или само пойло попадали не в то горло, вызывая у нее кашель. Ей нравилось быть такой веселой и классной, нравилось, что повар все теснее прижимался к ней, нравилось, что Дима стоял рядом и мог видеть, как она развлекается по полной. И пускай он не смотрел в ее сторону, но Сашке все равно было тепло. Хотя, возможно, ее грела самбука.
Как только голову начало приятно дурманить, они ушли на танцпол, где уже вовсю шпарил полукрутой диджей, и народ так же вовсю отрывался. Нестерова давно не танцевала так много и самозабвенно. Она прикрывала глаза, двигаясь в ритм и улыбаясь, когда по ее рукам скользили руки повара. Девушка впитывала в себя эту ночь, возрождаясь, забываясь, наслаждаясь.
Сашкины губы припухли от поцелуев повара. Послав подальше все свои принципы, она привезла его к себе, где они знатно отожгли прямо в прихожей на тумбочке, а потом продолжили на диване. Нестерова вполне удовлетворилась таким окончанием ночи, а вот повара пробило на поговорить. Он начал задвигать ей какую-то херню про сложность отношений и любовь, про свою уже бывшую подругу и то, как Саша на него влияет. Нестерова тут же оборвала его, потому что заодно с трепатней повар начал снова ласкать ее, явно настраиваясь на второй раунд. Услышав, что девушка не претендует на его руку и сердце, да и вообще его услуги больше не востребованы, парень скорчил обиженно-гордую морду и свалил. А Сашка похихикивая улеглась спать, явно довольная таким оборотом дел.
На следующий день она была полна новых планов, которые включали в себя тонну работы и потребительское отношение к мужикам. Саша решила больше не экспериментировать с отношениями, а тупо время от времени утолять вагинальный голод. Она была вполне уверена, что желающие накормить всегда найдутся. Ее снова закрутила карусель будних и выходных дней, но из колеи выбил звонок от старосты группы. Она сообщила Сашке, что вывесили список отчисленных, и там присутствует ее имя.
После двух месяцев игнора универа Нестерову проняло. Она несколько минут осознавала все сказанное, а потом ее накрыл шок. Сашка слабо представляла, что теперь будет делать. Вроде и мешала эта злосчастная учеба, а все равно без нее стало как-то пусто, даже немножечко страшно. На следующий день девушка поехала в деканат, где ей велели прийти для восстановления в следующем году. Она плелась по коридору, представляя, какой скандал закатит ей мама, и почти налетела на собственного куратора. Оказалось, что он был в курсе ее проблем и даже имел для них решение. Препод накатал какую-то бумагу, с которой Нестерова снова сходила в деканат, потом к проректору по учебной части, а потом еще и по финансовой. Вот там у Саши случился ступор. Дядька долго ей что-то втирал, считал, выводил, и в итоге вручил ей форму для оплаты в кассу. На сумму, которую нужно было заплатить, Саша даже взглянуть боялась. Последнюю зарплату она извела на шмотки, и выход был только один — занять. Ей не хотелось думать, каким образом будет отдавать эти деньги, просто сейчас Саше было необходимо вернуть себя в универ.
Она весьма скоро наскребла по знакомым денег, оплатила и была допущена к пересдачам. Сашка наконец нашла в себе силы отказаться на время от работы и полностью посвятить себя собственным хвостам. Не поднимая головы, она сидела над книгами и конспектами, строчила курсовую, носилась в поисках преподавателей. Учитывая занятость преподов и затор с курсовиком из-за нехватки материала, Сашка подчистила долги лишь спустя три недели. Стоит ли говорить, что за это время она почти не работала и написала лишь парочку статей, от которых уж никак нельзя было отказаться. Соответственно и зарплата в итоге вышла с гулькино достоинство. А долг нужно было возвращать. Конечно, ее никто не ставил на счетчик, но Саша, мягко говоря, впала в отчаяние, понимая, что не за горами и зимняя сессия, которую ей придется снова продлять, если она сейчас кинется зарабатывать на сдачу долгов. Вот так, трепыхаясь в каком-то порочном круге, она пыталась найти выход, но не находила. Разрываясь между работой и учебой, Саша одновременно и теряла клиентов, и пропускала половину занятий.
Опустошенная и уставшая она позволила себе выпить лишнего на корпоративе, пригласить одному из коллег себя на танец, а потом и поцеловать. Саша едва ли соображала, что делает, когда он вез ее к себе домой, но уже у квартиры наконец сообразила, что девушка этого мужчины — ее хорошая знакомая, пускай не подруга, но в конце-то концов… Нестерова оттолкнула крепкие обнимавшие ее руки.
— Нет, — только и крикнула Сашка, оповещая весь подъезд о собственном бунте.
— Брось, давай, — парень не сдавался, продолжая прижимать ее к стене.
— Нет, — еще громче завопила Нестерова, лупя ладонями и вырываясь.
— Дура, — крикнул он ей вдогонку.
Но Сашке было все равно. Она выбежала на морозный воздух, жадно хватая ртом ледяной кислород. Нестерова хотела домой, к маме, в кровать с мягкой подушкой и плюшевым медведем. К сожалению, денег у нее в обрез, хватало только на такси до квартиры со Светкой и прокуренной кухней. И потом бы пришлось занимать у той же Светки на маршрутку до универа и родного городка. Сообразив, что находится не так уж далеко от дома, Саша отважно решила пойти пешком. Благо мороз был легкий, а пути всего-то минут двадцать-тридцать. Правда, вот время позднее, а райончик не из спокойных. Но Сашка твердо решила топать.
Уже через пару минут ее решимость накрылась медным тазом, потому что сзади ее нагоняли двое парней. Саша метнулась к дороге, чтобы поймать машину, но парни вроде как отстали, и она опять вернулась на тротуар. Ее начало потрясывать от холода, алкоголя и страха. Девушка, чтобы отвлечься, вытащила мобильник и набрала номер.