Страница 25 из 51
4. Littleton H. Professor: Harry Potter helped Obama get elected // www.thecollegefix.com/post/14263
5. Gierzynski A. Harry Potter did help shape the political culture of a generation // theconversation.com/harry-potter-did-help-shape-the-political-culture-of-a-generation-2951
6. Kozlovska H. Can ‘Harry Potter’ change the world? // op-talk.blogs.nytimes.com/2014/09/17/can-harry-potter-change-the-world/?_r=0
7. Kagel J. Harry Potter may have had an unexpected impact on American politics // mic.com/articles/95494/harry-potter-may-have-had-an-unexpected-impact-on-american-politics
8. Strauss M. Did Harry Potter influence the political views of mille
9. Green M. a. o. The role of transportation in the persuasiveness of public narratives // www.communicationcache.com/uploads/1/0/8/8/10887248/the_role_of_transportation_in_the_persuasiveness_of_public_narratives.pdf
10. Melanie Green // www.buffalo.edu/cas/communication/faculty/green.html
11. Smith E. Transportation theory // theorysupermarket.com/2012/11/27/transportation-theory
12. Transportation theory (psychology) // en.wikipedia.org/wiki/Transportation_theory_%28psychology%29
13. Gerrig R. J. Experiencing narrative worlds. On the psychological activities of reading. – New Haven, 1993
14. Gerrig R. Two metaphors for the experience of narrative worlds // www.ualberta.ca/~dmiall/LiteraryReading/Readings/Gerrig%20Experiencing%20Narrative.pdf
15. Gerrig R. J. a. o. Cognitive psychological foundations of narrative experiences // www.egidi.eu/GerrigEgidi-Narrative.pdf
16. Laer van T. a. o. Effects of narrative transportation on persuasion: a meta-analysis // www.acrwebsite.org/volumes/v40/acr_v40_11503.pdf
17. Vroegh T. Transported to narrative worlds: the effects of a narrative mode of listening on music perception // icmpc-escom2012.web.auth.gr/sites/default/files/papers/1104_Proc.pdf
18. Ваганов А. «Звездные войны» во спасение науки // www.ng.ru/nauka/2015-04-08/11_starwars.html
19. Attwood K. Numbers studying physics rise as blockbuster films, the Hadron Collider and the Mars Rover inspire students // www.independent.co.uk/news/education/education-news/numbers-studying-physics-rise-as-blockbuster-films-the-hadron-collider-and-the-mars-rover-inspire-students-10141463.html?origin=internalSearch
20. Laer van T. Our transportation into Game of Thrones could have ugly results // theconversation.com/our-transportation-into-game-of-thrones-could-have-ugly-results-25523
21. Carlson A. ‘Games of Thrones’ domination is nearly complete: ‘Arya’ is the fastest-rising name for baby girls // www.ew.com/article/2013/05/10/arya-game-of-thrones-baby-names
22. Laer van T. a. o. The extended transportation-imagery model: a meta-analysis of the antecedents and consequences of consumers’ narrative transportation // papers.ssrn.com/sol3/papers.cfm?abstract_id=2033192
23. Curriculum vitae of Tom van Laer, 1 February 2015 // bunhill.city.ac.uk/research/cassexperts.nsf/A90D5D8E34E21E5080257DCD006A7B34/$File/VitaeTomvanLaer01022015.pdf
2.5. Враг как важный элемент системы пропаганды
Общество нуждается не только в героях, но и врагах. Это позволяет рисовать траекторию движения населения, которое само находится между полюсами «друг» и «враг». Пример довоенного СССР ярко демонстрирует потребность государства во врагах, благодаря чему можно вводить не только мобилизационную экономику, но и политику, объясняя все провалы действиями реальных или мифических врагов. А если враг уже внедрен в массовое сознание, он с неизбежностью будет встречаться и наяву.
Автор книги «Лица врагов» С. Кин [1] так объясняет важность темы отображения врагов [2]: «По тому, как мы изображаем кого-либо, в большой степени зависит то, как мы будем реагировать на это лицо или на этого врага». То есть и здесь коммуникация, а не реальность начинает предопределять наше сознание.
В университете Портленда читается небольшой курс по созданию врагов и последствиям этого [3]. Все это делается в рамках программы в области конфликтологии. Враг проникает, как видим, даже в науку, становясь базовым элементом теории.
Однотипно его сила проявляется и в жизни. Политическим психологам известно, что в ситуации существования врага происходит объединение нации вокруг сильного лидера. Именно так, как считается, были проведены вторые выборы Буша, ради которых развязали войну в Ираке, обеспечив тем самым требуемые условия для победы. Об этом говорит Д. Уестен (см. о нем [4–5]) в своей книге «Политический мозг» [6]. Кстати, и Сталин создавал вокруг страны кольцо врагов, поэтому число его внешних и внутренних врагов было бесконечным.
Главной идеей Уестена в его книге является следующее: в политике играет роль только эмоциональное. Кстати, после успеха книги он сразу сделал фирму (ее сайт – www.westenstrategies.com). В интервью Washington Post Уестен говорит [6]: «Есть несколько вещей, которые мы знаем о мозге, заставляющие изменить наши представления о политике. Если вы понимаете, что мы получили способность чувствовать задолго до того, как мы пришли к способности думать, вместо того чтобы бомбардировать людей фактами (а это стандартный демократический способ разговора с избирателями), вы должны говорить с людьми языком базовых ценностей и забот».
Кстати, его статья в газете Guardian названа «Голосуя своими сердцами» [8]. А в статье в Washington Post он описывает «решетку сообщений» для президентской кампании [9]. В ней есть четыре сектора: в первых двух позитивные рассказы кандидатов о себе, во вторых двух: их же негативные рассказы о своем сопернике. Иногда один сектор может доминировать во всей кампании, например, когда позиции кандидата сильны или слабы в экономике (см. также попытку использования функционального магнитного резонанса для исследования политической коммуникации [10]).
Враг, по сути, тоже является порождением эмоционального. Тем более он нужен в сцепке с мифологемой героя. Если сильный враг был побежден, то это только возвеличивает героя. Слабый враг дает в результате и слабого героя. Поэтому Сталин, к примеру, преувеличивал силу своих врагов еще и тем, что врагов внутренних приписывал к работе на врагов внешних. А это самое серьезное противопоставление. «Оскал американского империализма» в том или ином виде никогда не сходил со страниц печати.
У Кина есть интересное замечание по поводу изображения врагов во время второй мировой войны [2]. В изображении немцев различали хорошего немца и нациста. Такого различия не делалось в случае японцев, поскольку изображение было скорее расистским, чем политическим. После войны в связи с этим с немцами было легче, чем с японцами, поскольку у первых уже заранее предполагалось наличие хороших.
О своей собственной книге он говорит [1]: «Вместо фокусировки на оружии и стратегии она рассматривает непосредственно наши идеи о врагах: как мы видим врагов, почему мы дегуманизируем их, что происходит с нами, когда мы показываем себя героями, а их монстрами, недочеловеками и представителями зла».
Сегодня изучение киберпространства заставляет по-новому изучать врага. Это связано с тем, что теперь облегчен доступ к чужим текстам и каждый может столкнуться с ними. Комменты вообще открыли новую страницу в поливании других грязью, но это уже другой тип врага, который закрыт анонимностью.
Теперь уже и представители киберпространства заговорили о врагах [12]: «Портретирование «другого», то есть врага, с помощью пропаганды является методом, при котором негативные месседжи постоянно запоминаются. Тем самым формируются группы, где фиксируются представления и ожидания, а также возникают законы, диктующие, как портретируется враг. Если это восприятие врага сформировано, то это добавляет мотивацию для атаки. […] Язык используемой во Второй мировой войне пропаганды состоял из ментальных месседжей «мы» против «них», таких как «коммунистический медведь», «нацистская свинья» и «собака капитализма».