Страница 5 из 18
Мысли её прервало тихое ржание, и Дейенерис с удивлением обнаружила, что едва не прошла мимо собственной лошади, роющейся в снегу, вероятно, в тщетных попытках найти что-то съедобное.
— Ах, ты моя хорошая. — Дени не собиралась упускать такой шанс добраться до замка побыстрее. — Иди ко мне. — Лошадь прекратила своё бесполезное занятие и доверчиво пошла на человеческий голос. — Как же ты оказалась здесь? И седла нет. Убежала, да? — Не прекращая говорить Дени приблизилась к лошади, погладила ту по морде и, убедившись, что животное не убежит, взобралась ей на спину. Жизнь с дотракийцами научила её многому, в том числе как ездить на лошади, даже если та неоседланная. — Вот так-то. Теперь поехали. — Она сжала бока лошади коленями и подумала, что это легче чем летать на драконе. — Мы должны успеть вернуться, прежде чем кто-то набредёт на этот городок, и Дрогон испепелит его.
Лошадь слушалась её беспрекословно и Дени порадовалась, что выбрала именно эту кобылу, сейчас ей только борьбы со строптивым животным не хватало. Решение задержаться в Чёрном замке на одну ночь обернулось бегством от дозорных, прыжками с ледяной Стены, бессонной ночью, проведённой рядом с бредящим человеком, которого она не могла оставить, боясь, что он умрёт. А теперь ей ещё нужно поговорить с вождём одичалых, надеясь на то, что Джон был прав и этому Тормунду можно доверять, а ещё на то, что никто в замке не опознал её дракона, что было ну крайне маловероятно. Страшно подумать, что сказал бы Тирион, доведись ему узнать о том, что она натворила. Она рисковала собой ради человека, которого знала всего несколько минут, а теперь собиралась рискнуть ради него ещё раз. Это было так глупо, но одновременно Дейенерис Таргариен понимала, что поступи она иначе, она больше не была бы собой. Чем бы она отличалась от работорговцев или узурпатора, если бы позволила у себя на глазах убить хорошего человека и не попыталась бы сделать хоть что-то? Ответ был для неё очевиден — ничем.
Звук рога над головой заставил её вздрогнуть и нервно схватиться за рукоять кинжала. Она так увлеклась своими мыслями, что не заметила, как подъехала к воротам Чёрного замка. Путь сегодня, казалось, был короче, чем вчера, когда она вся в нетерпении ждала встречи с родичем и представляла, как же та может пройти.
В проёме сожжённых ворот появились люди, и Дени замерла, сжав пальцы на гриве лошади. Если тем, кто ночью пытался убить Джона, удалось удержать власть, то ей нужно будет скакать отсюда как можно быстрее, она не собиралась позволить убить себя.
Но арбалетов в руках шедших не было, одежда их не напоминала одежду Ночного Дозора, а один и вовсе был ярко рыжим, как и говорил Джон.
— Стойте. — Она окликнула людей, когда им оставалось до неё всего несколько шагов. Не подходите ближе.
— Женщина. Не думал, что у поклонщиков женщины разъезжают по дорогам. — Удивился рыжебородый, своей речью лишь убедив Дени в том, что он одичалый.
— Подожди, Тормунд. — Ещё один мужчина шагнул в сторону, и ей показалась, что его лицо она видела вчера среди дозорных. — Я знаю её. Это леди Диана.
— Та самая, про которую бормотали вороны-предатели. — Тормунд сплюнул на снег, а Дени невольно выдохнула. Предатели получи по заслугам, и ей можно не бояться.
— Да, это она. Миледи, вам не надо бояться нас. Все заговорщики арестованы. Моё имя сир Давос Сиворт. Скажите, что произошло вчера и что с Джоном.
— Рада слышать, что убийцы получили по заслугам. — Она склонила голову в знак благодарности. — Мне и Призраку вчера пришлось вмешаться, чтобы помешать им убить Джона.
— Так это Призрака они называли чудовищем. — Сир Давос задумчиво кивнул. — Да уж, лютоволк может быть весьма страшным зверем. Я рад, что вам удалось выжить, Диана, но что с Джоном?
— Я приехала сюда по его совету, он сказал, что Тормунду, вождю вольного народа, можно доверять. — По ухмылке рыжего она поняла, что выбрала верные слова. Мне нужна помощь. Он ранен серьёзно, а мне не к кому тут обратиться за помощью.
— Говоришь ты складно, девчонка. — Тормунд прекратил улыбаться и шагнул к ней. — Вот только откуда мне знать, что твои слова — правда? Те вороны твердили о чудовище, и никто из нас не знает, как ты покинула замок. Если Джон и в правду посоветовал тебе обратиться ко мне, то ты говорила с ним. Скажи мне что-то, что могла узнать только от него, и я поверю.
Вот об этом она не подумала, слишком торопилась и не подумала, что друзья Джона могут не поверить её словам. Что же им сказать… — Он бастард лорда Эддарда Старка. — По не изменившимся лицам она поняла, что это не то. Что же ещё можно сказать? С самим Джоном она почти не говорила, оставались только имена, что он повторял в бреду. Сёстры и братья… Нет, многие знали что у лорда Старка пять детей. Тогда может последнее имя. Девушка, он с такой тоской говорил о ней. Глупо, но Дени хотелось бы, чтобы хоть один из её мужчин также произносил её имя. Нужно попробовать, это её единственный шанс. — И он любил девушку по имени Иггрит.
— Игритт. — В голосе рыжего тоже прозвучала печаль, не такая как в словах Джона, но Дени почувствовала, что почти завидует этой неизвестной девушке. — Да, об этом тебе мог рассказать только он. Придётся поверить тебе, Диана. Какую помощь ты хочешь от нас?
— Мне нужен кто-то, кто сможет осмотреть раны Джона и вылечить его. Я сама не сильна в этом.
— Знахарка могла бы тебе помочь, но она умерла несколько недель назад, не пережила старушка перехода, а её ученика ещё раньше разорвали мертвецы.
— И у вас нет другой знахарки? — Почти в отчаянии спросила Дени. Фраза про мертвецов прошла мимо неё, оставшись в сознании лишь набором слов, сейчас не имеющих никакого значения.
— Может среди тех, кого мы привезли из Сурового Дома есть. — Он пожал плечами. — Я мог бы выяснить…
— Принцесса! — Звонкий женский голос заставил Дени замереть от ужаса, кто же мог так называть её здесь. — Принцесса, вы вернулись.
— Леди Мелиссанра. — Сир Давос повернулся к бегущей от ворот женщине в тёмно-красном платье, слишком тонком, чтобы защитить от холода. — Почему вы обращаетесь так к нашей гостье?
— Она принцесса, что была обещана. — Выдохнула запыхавшаяся женщина. — Я знаю это, она…
— Подождите, миледи. Какая принцесса? — Чувствуя, что женщина сейчас скажет что-то, что нельзя будет изменить, Дени поспешила перебить её. — Я не понимаю.
— Не слушайте её, леди Диана. Она уже говорила эти слова королю Станнису. И где он сейчас? — В голосе Давоса звучала злость.
— Я… я ошибалась. — Женщина опустила глаза. — Но теперь я права, я уверена, я видела.
— Ведьма. — Снова сплюнул Тормунд. — Я соберу несколько человек, и мы пойдём с тобой, девочка.
— Спасибо вам. — Дени сказала это абсолютно искренне, радуясь, что больше ей не придётся оставлять Джона одного. — Сир Давос, не могли бы вы достать нам продовольствия, признаться у меня со вчерашнего утра ни крошки во рту не было.
— Конечно, леди Диана. Я и сам должен был подумать. — Сир Давос улыбнулся ей и пошёл обратно в замок, следом за Тормундом, а Дени, наконец, смогла спешиться, чтобы оказаться рядом со странной женщиной.
— Теперь вы объяснитесь? Почему вы назвали меня принцессой? Кем и кому я была обещана?
— Пророчество о принце, что был обещан это древняя легенда о воине Владыки Света, который возродит драконов из камня, повергнет Врага и принесёт рассвет. — Женщина подняла голову, и Дени увидела, что глаза у неё красные. — Я видела вас на драконе вчера ночью. Вы принцесса, что была обещана.
— Вы же сами сказали, что легенда о принце. — Слабо попробовала отпираться Дени, уже понимая, что никуда от странной женщины не денется.
— Эта легенда на валирийском, принцесса…
— А валирийцы не различали слова принц и принцесса. — Закончила Дени, думая о том, что возможно из всей этой ситуации можно извлечь некоторую выгоду. — Хорошо миледи, я согласна быть вашей принцессой, но при условии, что вы никому, ничего обо мне не скажете, пока я не разрешу.