Страница 17 из 18
— Ничего забавного в этой истории не было. — Джон нахмурился. Вся их с Дени история имела оттенок обречённости, и ни единой забавной вещи он в ней не видел.
— Не обижайтесь, забавной мне кажется сама ситуация, а не то, как она сложилась для вас. — В очередной раз усмехнуться Тирион не успел, так как с неба раздался жуткий не то крик, не то визг и на них спикировали три огромные твари, в которых Джон непонятно каким чудом опознал драконов, выровняв полёт лишь, когда до голов людей оставалось совсем немного. Не будь у Джона опыта общения с Дрогоном, он бы точно бросился на землю, а так только прижался к ограждению лестницы, чувствуя, как дрожат руки и, отказываясь понимать, как же Дени летает на спине одного из подобных существ.
— Хотел бы я сказать, что к ним привыкаешь. — Тирион выглядел каким-то раздосадованным, ни то ожидал другого поведения гостей, ни то сам испугался драконов. — Но, увы, это не так. Идёмте, королева ждёт.
Она действительно ждала. Сидела на маленьком троне, кажется, целиком сложенном из обсидиана, в огромном зале, украшенном множеством изображений драконов и знамёнами с гербами Таргариенов. Такая величественная и неприступная, настоящая королева, совсем не похожая на девушку, которую он полюбил, пусть у неё даже было её лицо.
— Склонитесь перед Дейенерис Бурерождённой из дома Таргариен, законной королевой Семи Королевств, королевой андалов, ройнаров и первых людей, защитницей государства, неопалимой, матерью драконов, разбивающей оковы. — Лицо девушки, которая предлагала им сдать оружие, в процессе перечисления титулов стало на редкость одухотворённым, хотя Джон сомневался, что смог бы произнести хотя бы половину из них не переведя дыхание. Возможно, особенно учитывая то, как девушка обиделась на Тириона, не давшего ей заговорить на пляже, этой спутнице Дейенерис просто нравилось поговорить.
— Это Джон Сноу. — Сир Давос явно смущался, для него, в отличие от разговорчивой советницы Дени, было странным так официально представлять друг другу более чем близко знакомых людей. — Он правит Севером от имени его хранителя, пока тот не подрастёт.
— Рада видеть вас, милорд. Надеюсь, ветра были милостивы к вам? — Голос Дени звучал невероятно чуждо и спокойно, так, как и должен был звучать голос королевы. Вот только Джон полюбил не королеву с множеством титулов, а девушку, способную ради встречи с последним родственником пересечь полмира, способную рисковать жизнью ради спасения незнакомца, оказавшейся способной полюбить бастарда. Но сейчас он не смог бы сказать, сколько от той девушки в сидящей перед ним королеве.
— Благодарю, ваша милость. Путь был лёгок. — Он не мог назвать её Дени или даже Дейенерис, слишком уж далёкой и недоступной она выглядела сейчас, совсем не как кто-то, к кому можно обращаться по имени.
— Это приятно слышать. Полагаю, вы прибыли сюда, чтобы преклонить колено?
— Да, ваша милость. Хранитель Севера мой брат, но он слишком юн для подобных путешествий, так что я присягну вам от его имени. Мне сделать это прямо сейчас.
— Не стоит. — Она взмахнула рукой, и на секунду в этом жесте Джон увидел свою Диану. — Части моих вассалов сейчас нет. Я бы хотела, чтобы вы принесли присягу, когда они вернутся. И я рада, что вам удалось освободить вашего брата. Он здоров, надеюсь.
— С ним всё в порядке, ваша милость. И он мечтает познакомиться с вами. — Джон позволил себе улыбку, при воспоминании о том, как маленький Рикон почти до хрипоты спорил с Сансой, требуя отпустить его вместе с Джоном. — Моей сестре стоило огромного труда убедить его остаться дома.
— Добрые вести. — Она поднялась с трона, тоже улыбаясь, и обратилась к своим слугам. — Прошу вас, оставьте нас. В присутствии Джона Сноу мне ничего не грозит.
Ответом ей стали поклоны и хитрая полуулыбка Тириона, который знал явно больше всех остальных, а потом люди, что охраняли ее, покинули зал, и они остались одни, и единственным звуком, разгонявшим тишину, стал стук её каблучков по каменному полу.
Она подошла медленно, едва слышно шурша подолом роскошного платья, ниспадавшего тяжёлыми складками и полностью скрывавшего фигуру. Несколько секунд Джон просто смотрел в её удивительные фиолетовые глаза, впервые за долгое время оказавшиеся так близко, смотрел и видел в них свои же эмоции. Радость от встречи, облегчение от того, что с ним ничего не случилось, любовь и опасение, что в их отношениях могло что-то измениться не в лучшую сторону. Несколько секунд он просто смотрел, наслаждаясь тем, что вновь может видеть её, читать в её глазах отражение своих чувств. А потом он шагнул вперёд и, обхватив свою Дени за плечи, поцеловал её. Не тем коротким поцелуем, что они позволили себе на прощание, а по настоящему, как мечтал всё это время, пока сражался за свой дом, думая о битвах, что предстояли ей, и пытался наладить жизнь в полуразрушенном Винтерфелле и на разорённом войной Севере, ловя самые скудные обрывки новостей и слухов, что долетали из далёкого залива работорговцев.
— Я так скучал по тебе, Дени. — Прошептал он, когда они, наконец, немного отстранились друг от друга.
— Я тоже скучала по тебе, Джон. — Она слегка повертелась в его руках и, наконец, замерла, положив головку ему на плечо. — Думала о тебе каждый день, что пришлось провести в Миэрине. Меня там едва замуж не выдали, представляешь?
— За кого? — Он понимал, что ревновать глупо, ведь что бы ни произошло в заливе, всё уже давно закончилось, но полностью подавить неприятное чувство так и не смог.
— У меня был жених ещё до того как я посетила Север. Один из местной знати. Когда я вернулась, он и его союзники попытались угрожать мне, чтобы я всё же вышла замуж. Пришлось показать им, насколько опасно вызывать гнев дракона. — Она тихо засмеялась, и Джон почувствовал, что тоже улыбается. — А как прошло возвращение Винтерфелла? Вы смогли разобраться с Болтоном, писавшим страшные письма и угрожавшим вашему брату?
— Да, он мёртв. — Джону вспомнилось тело Рамси, которого разорвали его же собаки и странную улыбку сестры, в которой жутко смешались торжество и странное почти детское смущение. — Но это не то, о чём мне хотелось бы говорить. — Он слегка тряхнул головой, отгоняя воспоминания совершенно лишние сейчас, когда он был вместе с Дени. — Ты говорила, что хочешь, чтобы присягу я принес, когда здесь будут все твои вассалы. Так куда подевалась часть из них?
— Яра Грейджой сопровождает Элларию Сенд и её дочерей в Дорн, чтобы они могли собрать там войска.
— Мне казалось, что я видел огромный флот у острова. На чём же поплыли Дорнийцы?
— Мы отправили всего несколько кораблей. — Дени запрокинута голову и он увидел, что она чуть хмурится. — До меня доходили тревожные слухи об Эуроне Грейджое, построившем флот из тысячи кораблей и присягнувшем Серсее. Трём быстрым кораблям с перекрашенными парусами будет куда легче скрываться, чем целому флоту. Армия дорна дойдет до нас по суше, Оленна Тирелл стала нашим союзником, после того как Серсея взорвала практически всю её семью в септе, она даст проход.
— Ты все же решила воевать с Серсеей. — Это не было вопросом. — Ты же знаешь о настоящей угрозе.
— Не напоминай мне. — Она вздрогнула, заставив Джона почувствовать себя виноватым. — Я не забыла тех тварей. Но я много думала и поняла, что и оставлять Серсею за спиной нельзя. Наша битва будет трудной, многие погибнут, а когда мы победим, эта предательница ударит нам в спину. Поверь, Джон, у нас есть надёжный план. Всего несколько месяцев осады и столица падёт. Все это время простор будет снабжать Север оружием и продовольствием, а после того, как с Серсеей будет покончено, я разверну все войска на Север. Прости, Джон. — Её тонкие ладошки легли на его руки. — Многие из тех, кто присягнул мне, сделали это ради мести, они не поймут, если я не дам её им.
— Я понимаю, Дени. — Он освободил одну ладонь и осторожно погладил её по тонкому резному плечику. — Стена стояла тысячи лет. Надеюсь, она продержится ещё несколько месяцев.