Страница 11 из 27
– Не–е-е-т… Мистер, вы – врунишка…
Заинтригованная всем этим Королева не выдержала и ступила вновь на порог, привлекая уже внимание дочери. Спрыгнув со стола, Кейли побежала к ней.
– Мама, мама, этот мистер говорит, что ты его леди…
В тот момент, когда малышка обхватила ее за ноги, Регина в ступоре уставилась на следящего за ней Робина. Ощутив раздражение от нечестной игры, в которой оказалась замешана их дочь, Королева выпрямилась и едва не прожгла в Гуде дыру.
– Леди этого мистера дожидается его дома, Кейли… – отчеканила резко Регина. В синеватых глазах Робина промелькнула горечь, и он медленно встал, не сводя с нее взгляда.
– А чего он спит здесь? Потерялся? – подняв голову вверх, наблюдая за матерью, Кейли попутно разглаживала складки на ее брюках.
– И уже давно, – отозвался Робин. Он хотел, чтобы Регина чувствовала его искренность, видела его глаза, но она именно сейчас решила опустить взгляд на дочь и погладить ее по голове. Оставалось только любоваться тем, как прекрасна женщина в своем материнстве.
– Кое–кого ждут любимые блинчики, – Регина явно пыталась отвлечь дочь. И определенно проиграла.
– А давай мистеру дадим твои блинчики? Ему надо поесть, а то он грустный…
– Ему надо кое–что покрепче, Кейли, – сдержанно отозвалась Регина.
– На блинчики я тоже согласен, – Робин все же заработал от нее сердитый взгляд.
– Мама, идем… Корми меня… и его…
Кажется, только Кейли решила, что дело решено – она потянула Регину в кухню и ей пришлось покориться, бросив через плечо приглашение на завтрак.
***
Вспоминать о предложении Регины дать чего–нибудь покрепче Робину пришлось весь завтрак. Кусок в горло, испорченное выпивкой, просто не лез. На лице молчаливой Королевы играла довольная усмешка, и женщина с особым наслаждением наблюдала, как Кейли подкладывает свои блины в тарелку Локсли.
– Мама, он же не Робин Гуд? – неожиданно вспомнила Кейли.
– Кейли, у людей бывают сказочные имена…
– А мама говорила, что Гуд – самый добрый, храбрый и честный. Он – герой… Вы – герой? – теперь пришло время замереть Регине. Она отлично помнила, что рассказывала Кейли о благородном разбойнике, но не думала, что именно сейчас это всплывет. Судя по загоревшемуся взгляду Робина, он не ожидал такого, но жаждал больше всего продолжения этого рассказа.
- А что еще обо мне говорила мама? – Гуд видел мелькнувшую в глазах Регины злость, но отвлекшись, посмотрел на дочь.
- Что у него есть леди и сын. И что он их любит, - рассеяно отозвалась Кейли. Она не заметила, что Робин стиснул зубы от ее ответа – он не думал, что Регина сможет рассказать о его семье. Особенно их ребенку. – Так ты - герой?
– Ты же не веришь, что я – Робин Гуд? Значит, я не герой, – протянул он, изучая Королеву, которая склонила голову и рассматривала свои пальцы.
– Так и знала, – вздохнула Кейли. – Мама, мы пойдем на ярмарку?
– Когда Кейли умоется и оденется… – благосклонно кивнула Регина. Довольная девочка тут же выскользнула из–за стола и остановилась возле Робина.
– И лука у тебя нет? – уточнила напоследок малышка.
– Лук у меня есть. Но в яблоко я не стрелял, – улыбнулся он. Видимо удовлетворенная этим ответом Кейли умчалась с кухни. Регина же встала со стула и начала убирать посуду. Робин все же спросил, – она всегда такая смешная?
– У нее сейчас период, когда она пытается быть взрослой… И она всегда была такой любопытной, – не оборачиваясь, ответила Королева.
– Я хочу отвести ее на ярмарку.
Регина посмотрела на Гуда, все еще надеясь, что ослышалась. Но он умел показывать своим видом, что не шутит и готов стоять на своем.
– Ты же знаешь мой ответ, – осторожно выдавила она из себя.
– А ты знаешь, что я не отступлю, – поднялся Робин. На несколько минут в помещении повисла тишина, которую, казалось, можно было раздвигать руками.
– Нет.
– Я все пропустил, абсолютно все… Она даже не знает, что я есть. И вы уедете… Мне нужен этот день! – дрогнул на мгновение его голос.
– Твоя жена…
– Ее нет здесь. И ты можешь, хотя бы на день представить, что ее нет?! Сам разберусь с ней… И я хочу побыть с нашей дочерью!
Эти слова царапнули оголенные нервы, и Регина зло прищурилась, вызывая внутри себя самые огненные чувства – гнев и ярость окатили волной и превратили женщину в прежнюю Королеву.
- Она не НАША дочь! Она моя дочь! Так было, есть и будет! – повысился ее голос. – И у тебя есть семья, с которой ты можешь проводить время – сколько захочешь. Не надо только…
- Если ты не разрешишь, я расскажу Кейли, кто ее отец, - шепот Робина показал, в каком взбешенном состоянии находится мужчина. Задохнувшись, Регина вскинула руку и не успела ничего сделать – ринувшийся разбойник оказался прямо перед ней. Правда, он даже не прикоснулся к ее телу, а оставил несколько сантиметров между ними.
- Давай же, Регина… - прорычал Робин. Его подернутые ледяной дымкой глаза были слишком близко, чтобы она могла игнорировать обжигающий взгляд. – Ну, попробуй меня заколдовать. Так, чтобы я перестал хотеть быть с тобой и с ней… Чтобы перестал мучиться и забыл твой голос, твой запах, тебя забыл! – хлестал он резкими словами. – Чтобы не мечтал оказаться рядом с тобой, не желал взять нашу дочь на руки, увидеть, как она ходит, как называет «папой». Давай же! Выдерни мое сердце! И раздави его, – рявкнув последнюю реплику, Робин вцепился в ее запястье и прижал ладонь к своей груди.
Ощутив, как под рельефными мускулами измывается над ним большое и чистое сердце, как дрожит кожа под рукой, Регина приоткрыла губы. Попыталась сказать что-то, но изучающие ее глаза отвлекали и лишали любой возможности бороться. Медленно пальцы сжались, зацарапав по рубашке, и из горла женщины вырвался болезненный стон.
- Ре-ги-на… - от отчаяния Робин смог только уткнуться в ее плечо и зажмурился все от того же волшебного запаха, который преследовал его долгие годы. Не веря в то, что это все реально, мужчина не предпринимал даже попыток обнять Королеву, дотянуться до ее губ – просто остался стоять со склоненной головой.
Боясь, что она может просто рухнуть на колени, Регина успела вцепиться в край столешницы и пыталась содрать слой своими аккуратными ногтями. Даже боль на кончиках пальцев не могла отвлечь от присутствия и тяжелого дыхания Робина. Задохнувшись сама, женщина потянулась к голове разбойника, до одури, до тумана в сознании мечтая зачерпнуть его волосы, пропустить между пальцами и сжать. Как когда-то делала.
- Мама, а можно ненастоящий Гуд пойдет с нами гулять? – в холле раздались быстрые шажки. Очнувшись, Регина выскользнула из-под все еще замершего Робина. С дочерью она столкнулась на пороге и успела ухватить ее за руку – спасаясь, Королева потащила малышку наверх. Подальше от раздавленного мужчины.
***
И все же она сдалась. Настолько, что все же позволила Робину поехать с ними. Мужчина лишь на полчаса выпал из их жизни и вернулся уже в новой одежде, посвежевший и излишне веселый. Для малышки он стал тем принцем, которого она встретила на пороге своего дома.
Регина сознательно шла следом за ними и одергивала себя каждый раз, когда пыталась прислушаться к разговору Кейли и Робина. Если учесть, что девочка периодически повышала голос, то несложно было понять, что они обсуждали животных, деревья и каких-то сказочных персонажей. Локсли смог заинтересовать малышку настолько, что она не хотела бегать в этом развеселом, полном аттракционов, сладкой ваты и леденцов, месте.
Болтающие мужчина и девочка дали время Регине для обдумывания сцены на кухне – для повторного погружения в свои воспоминания об ощущениях, прикосновениях Робина, его приглушенном голосе с оттенком горечи. Его слова стучали в голове и вызывали мигрень, от которой, кажется мозг плавился быстрее, чем туда добирались какие-то связные мысли.
- Туда, пойдем… - неожиданно Кейли все же сорвалась с места и свернула к палатке тира. Робину и Регине пришлось подойти ближе.