Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 47 из 133

Фуркейд кивнул:

- Хорошо.

- Но прежде ты должен знать, что это никак не меняет моего отношения к тому, что произошло в пятницу вечером. Если ты все устроил ради этого, скажи сразу, и я уйду.

Ник внимательно посмотрел на молодую женщину. Пальцы одной руки крепко вцепились в полу джинсовой куртки. Вне всякого сомнения, у нее с собой маленький "сигзауэр". И он не винил ее за это.

Фуркейд пожал плечами:

- Ты видела то, что видела.

- Мне придется давать показания. Это тебя не бесит? Это не заставляет тебя... гм... скажем, подложить змею мне в машину?

Ник наклонился и легонько потрепал ее по щеке.

- Если бы я решил навредить тебе, дорогая, я бы никогда не доверил это ни одной змее.

- Мне следует облегченно перевести дух или начинать всерьез опасаться за свою жизнь? - Фуркейд промолчал. - Я тебе не доверяю, - призналась Анни.

- Я знаю.

- Если будешь снова вести себя как псих, как это было у меня дома, я уйду, - пригрозила Анни. - А если мне придется тебя пристрелить, я это сделаю.

- Я тебе не враг, Туанетта.

- Надеюсь, это правда. У меня сейчас врагов хватает. И все из-за тебя, - подчеркнула Анни.

- А кто сказал, что жизнь - это игра по правилам? Только не я, черт побери.

Фуркейд развернулся и пошел в дом. Анни он не пригласил, ожидая, что та сама последует за ним. Они прошли через маленькую гостиную, мрачную и неухоженную. А кухня предстала полной противоположностью - чистая, сверкающая, выкрашенная светлой краской и крошечная, словно корабельный камбуз. На стенах не оказалось никаких украшений. На подоконнике за раковиной в ящике росли петрушка и укроп.

Фуркейд подошел к раковине, чтобы вымыть руки.

- Почему ты передумала? - поинтересовался он.

- Ноблие снял меня с патрулирования, потому что мои коллеги ведут себя совершенно по-идиотски. Насколько я могу догадаться, на твое место он меня назначить не собирается. Так что, если я хочу заниматься этим делом, только ты можешь мне помочь.

Ник не посочувствовал ей и не стал расспрашивать подробно о стычке с коллегами. Это было проблемой Анни, и его не трогало.

- Попроси, чтобы тебя перевели в другой отдел. - Он развернулся и вытер руки о белоснежное полотенце. - Будешь весь день читать отчеты, изучать донесения.

- Посмотрим, что я смогу сделать. Все зависит от шерифа.

- Не будь пассивной, - резко бросил Фуркейд, - проси то, чего тебе хочется.

- И ты считаешь, что я вот так просто все и получу? - Анни рассмеялась. - Ты точно прилетел с другой планеты, Фуркейд!

Его лицо стало суровым.

- Если ни о чем не станешь просить, то ничего и не получишь, Туанетта. Тебе лучше побыстрее усвоить этот урок, если хочешь стать детективом. Люди никогда просто так не расстаются со своими секретами. Тебе придется просить, тебе придется спрашивать, тебе придется копать.

- Я знаю. Сегодня я говорила с Донни Бишоном. Фуркейд удивился: - И что?

- Он похож на человека, который не в ладах со своей совестью. Но, возможно, тебе не хочется об этом слышать.

- Интересно знать, почему?

- Он заплатил за тебя залог, а это сотня тысяч баксов. Фуркейд засунул пальцы за пояс джинсов.

- Я говорил это Донни, повторю и тебе - он купил мне свободу, но не меня самого. Никто не сможет меня купить.

- Что-то новенькое для полицейского из Нового Орлеана.

- Я больше не работаю в Новом Орлеане. Я там не прижился.





- Я вычитала в библиотеке совсем другое, - заметила Анни. - Если верить газете "Таймс пикайюн", ты был продажным копом. На тебя потратили немало чернил. И ни у кого не нашлось ни одного доброго слова в твой адрес.

- Прессой легко манипулируют влиятельные люди. Анни поморщилась:

- Ну да, конечно. Именно такие замечания и заставляют всех предполагать, что ты не в своем уме.

- Окружающие могут думать, что им угодно. Я знаю правду. Я живу честно.

- И какова же твоя версия правды? - чуть нажала на него Анни.

- Правда заключается в том, что я слишком хорошо делал свою работу, наконец произнес Ник. - И я совершил ошибку, борясь за справедливость там, где ее попросту не существует.

- Ты на самом деле избил того подозреваемого?

Фуркейд промолчал.

- Ты действительно подложил улику?

Он лишь чуть наклонил голову, потом повернулся к ней спиной и достал из шкафчика сковородку с длинной ручкой.

- Я жду ответа, детектив. Я должна знать, с кем я имею дело, Фуркейд, и я уже тебе сказала, что в настоящий момент не склонна доверять людям.

- В расследовании доверие никому не нужно, - парировал Фуркейд, достав разных овощей и вооружившись ножом устрашающих размеров.

- Но для меня это очень важно, - настаивала Анни. - Ты подложил кольцо в стол к Ренару?

Он поднял голову и, не мигая, уставился на нее:

- Нет.

- Почему я должна тебе верить? Откуда мне знать, что Донни Бишон не заплатил тебе за то, чтобы ты это сделал? Он мог дать тебе денег и за то, чтобы ты убил Ренара тем вечером.

Нож вонзился в мякоть сладкого красного перца, словно это была папиросная бумага.

- Ну и кто же из нас параноик?

- Между здоровой подозрительностью и манией большая разница, - ответила Анни.

- Зачем было втягивать тебя в расследование, если мне платили?

- Ты мог меня использовать в своих собственных целях.

Ник улыбнулся:

- Для этого ты слишком умна, Туанетта.

- Не стоит тратить время на лесть.

- В лесть я не верю. Я говорю только правду.

- Когда тебя это устраивает.

Анни вздохнула - они снова пошли по кругу. Разговаривать с Фуркейдом это все равно что боксировать с тенью. Сил тратишь много, но не достигаешь никакого результата.

- Почему ты выбрал меня, а не Квинлэна или Переса?

- У нас маленький департамент. У одного зудит, другой чешется. Ты не из наших, в этом преимущество. - На его лице снова появилась улыбка, полная очарования, которым Ник Фуркейд никогда не пользовался. - Ты мое секретное оружие, Туанетта.

Анни в последний раз попыталась удержаться от подобного безумства. Но она этого не хотела, и Ник это понимал.

- Ты чувствуешь себя обязанной Памеле Бишон, ощущаешь свою связь с ней, - продолжал Фуркейд, - и с теми, кто погиб до нее. Ты знаешь о мире теней. Поэтому ты пришла сюда. Потому что мы с тобой добиваемся одной цели отправить Ренара в ад.