Страница 65 из 145
— Ну, как же нет, когда есть! Нигде я не читал про Медь и Золото, а они…
— А что ты «читал»? Что знаешь? — Израдец поднял брови.
— Ну…
— Гну! Скажу тебе, что в паре площадей отсюда Медный Мир и остальные называют совсем иначе. Пройди еще дальше, и услышишь новые термины. Жаргоны это все. Местные. Это все слова, понимаешь? Слова. А суть…
— Да, понял я суть! Меня удивляет, что терминология и детали разнятся. Почему нельзя прийти к общему, если…
— О! — почти простонал Израдец, — Сейчас меня начнут во всем обвинять!
— К твоему сведению, я лично тут не причем! — вставил демон.
— Верю, верю.
— Помню, помню, — улыбнулся Израдец, — А ты и тогда уже был лысый!
— Почему нельзя еще раз прийти и рассказать?
— Как же так? Столько народа погибло в религиозных войнах, а вы… Ну, сделали бы что-нибудь, чтобы ни воевали люди друг с другом, споря, чья религия круче!
— Вы бы воевали из-за того, чей цвет кожи лучше. Чьи глаза круглее. Или чьи трусы симпатичнее. Найти повод набить друг другу морды, вы всегда умеете. Уважаю!
Алексей все больше убеждался, что его попутчики знают далеко не все. Конечно, куда больше его самого, но все же в чем-то главном, основном — так же как и у оловянных — у них присутствует не знание, а вера. Вера в то, что где-то существует «Олимп», что он может… или чего-то не может. Вера в некие идеалы, правила. Видимо и им не доверяют всего. Каждому свой удел, свой уровень допуска.
— Верно мыслишь, — хмыкнул демон.
— Нет! Не совсем ты верно понял, что являет… — начал было возражать Андрей.
— Стоп! — резко вскрикнул Волна, останавливаясь.
— Что? — подпрыгнул от неожиданности Израдец.
— НИЧЕГО! Причем, совсем ничего! Дорога кончилась. Впереди — ничего…
Дороги, и правда, нет! Оборвалось и поле, и другие пейзажи. Словно шли по картине, но кто-то оторвал кусок. А под ним… пустота!
— Они идут! Сомкнуть ряды! — громко распорядился Михаил.
— Почему атакуют? — испугано шептал Рустам, прижимаясь к Антипу, — Неужели «Олимп» разрешил Войну?
— Потом будем рассуждать, сейчас время битвы! — могучие руки Ждана больно стиснули плечи приятелей.
Ближний палач раскатисто скомандовал:
— Вперед! И пусть начнется битва!
Горн всхлипнул боевым напевом, и мелодию подхватили другие трубы. Ударили барабаны, мерно отсчитывая шаги. Серебряные знамена раздулись в потоках встречного ветра. Центральные треугольники стражи тронулись на протозанщиков.