Страница 93 из 94
- Он очень опасный человек, - сказал Марлинг мрачно. - Я еще долго не забуду этого суаре!
Руперт состроил гримасу.
- Ей-богу, Эдвард, от вас волком выть хочется, - сказал он.
Фанни вздрогнула.
- Эдвард, молю, не говори об этом! Это было ужасно, отвратительно!
- Я не хочу говорить дурно о мертвых, - сказал Давенант. - Но это было... возмездие.
- Ага! И как отлично он все устроил, черт побери! - сказал Руперт. Прямо вижу, как он стоит... ну, прямо палач! И как все дьявольски подстроил!
Открылась дверь.
- Madame, est servie*, - доложил лакей с поклоном.
______________
* Мадам, кушать подано (фр.).
Фанни встала.
- Вы отобедаете у нас, граф? И вы, Энтони?
- Я злоупотребляю вашим гостеприимством! - возразил Арман.
- Черт побери, мой милый! - заявил Руперт. - Злоупотребляете вы гостеприимством Эйвона и нашим терпением.
Фанни засмеялась.
- Гадкий мальчик! Граф, вы не предложите мне руку? Право, мне не по, себе - одна среди стольких мужчин!
- А графиня? - спросил Марлинг, когда она проходила мимо него.
- Ей подали обед в спальню, - ответила Фанни. - Мне пока не удается уговорить ее спуститься к нам. И мне кажется, что одной ей легче.
Они проследовали в столовую и расположились за длинным столом - Фанни во главе, Марлинг у нижнего конца.
- А знаете, я даже из дома теперь боюсь выходить, - заметил Руперт, разворачивая салфетку. - Стоит мне нос высунуть, как кто-нибудь тут же набрасывается на меня, требуя новостей.
- Да, никто, видимо, не верит, что нам известно не больше, чем им, сказал Давенант.
- А визитеры, которые заезжают узнать, что Леони цела и невредима! вздохнула миледи. - Сегодня я принимала Конде, Ришелье и де ла Роков! Девочка будет принята с распростертыми объятиями, когда... если... если она вернется.
- Чума на тебя, Фан! - буркнул Руперт. - Кларета, Тони?
- Бургундского. Спасибо, шалопай.
- Я перестала отвечать на письма, - пожаловалась Фанни. - Все так любезны, но, право, ответить всем у меня нет сил.
- Любезны? - фыркнул Руперт. - Да просто от любопытства изнывают, черт бы их побрал!
- Арман, а что будет с де Вальме... Боннаром, хотела я сказать?
Арман положил вилку.
- Вы не поверите, но мальчишка почти рад! - ответил он. - Тогда на суаре мадам Дюдеффан он ничего не понял, но, когда я растолковал ему положение дел, он... Знаете, что он сказал?
- Не знаем, - объявил Руперт. - С нас хватит тайн без того, чтобы ты устраивал новые, разрази меня!
- Руперт! - Миледи сдвинула брови. - Грубый мальчик!
- Он сказал, - продолжал Арман, - "Наконец-то, наконец у меня будет ферма!" Вы слышали что-либо подобное?
- Никогда, - невозмутимо ответил Давенант. - Ну и?..
- Разумеется, я куплю ему ферму и обеспечу деньгами. Я спросил, не хочет ли он остаться в Париже, и обещал ему мою протекцию, но нет! Он ненавидит городскую жизнь. Только подумайте!
- Помешанный! - категорично вынес приговор Руперт.
Меривейл вздрогнул.
Из вестибюля донесся какой-то шум, словно кто-то приехал. Все вскочили на ноги, но тут же смущенно переглянулись.
- Визитер, - сказала Фанни. - Я уверена, это только...
Дверь распахнулась. На пороге стоял его светлость герцог Эйвон в сапогах со шпорами и в дорожном плаще. Рядом, рука об руку с ним, стояла Леони, раскрасневшаяся и сияющая. Она уже сбросила плащ и шляпу, и огненные кудри рассыпались по плечам.
Раздались нестройные восклицания. Фанни бросилась к ним, что-то бессвязно лепеча. Руперт размахивал салфеткой над головой.
- Что я вам говорил! - кричал он. - Мадемуазель де Сен-Вир!
Его светлость поднял белую руку, призывая их к молчанию. На его губах играла странная, гордая улыбка.
- Нет, Руперт, - сказал он с легким поклоном. - Имею честь представить вам всем... мою герцогиню!
- Гром и молния! - охнул Руперт и ринулся вперед.
Но первой к Леони подбежала Фанни.
- Ах, любовь моя! Я так рада... Просто поверить не могу! Где ты ее нашел, Джастин? Глупая, глупая девочка! Мы все так перепугались... Поцелуй меня еще раз, душечка!
Руперт отстранил ее.
- Ну-ка, сорвиголова! - сказал он и влепил ей звонкий поцелуй. - Какой сестрицей ты меня одолжил, Джастин! Я-то с самого начала знал, что ты ее отыщешь. Но уже и поженились, черт побери! Это уже чересчур!
Его отстранил Меривейл.
- Милая крошка Леони! - сказал он. - Джастин, поздравляю вас!
Тут в свою очередь подошли Арман с Давенантом. Арман потряс руку Эйвона.
- А как же мое разрешение на брак с моей племянницей? - спросил он с притворным негодованием.
Эйвон щелкнул пальцами.
- Вот что я даю за твое разрешение, мой милый Арман, - сказал он и посмотрел на Леони, окруженную друзьями, которые наперебой засыпали ее вопросами.
- Где она была? - Арман подергал его за рукав.
Его светлость не отвел взгляда от Леони.
- Где она была? Где я и думал ее найти. В Анжу, у кюре, о котором я упоминал, - сказал он. - Ну, Фанни, ты одобряешь мой выбор?
Она расцеловала его.
- Милый, я уже много месяцев мечтала об этом для тебя! Но обвенчаться тайно, когда я обдумывала такую великолепную свадьбу! Право, это нестерпимо! Милая, милая девочка! Я сейчас расплачусь от радости!
Внезапно наступила тишина. В дверях стояла мадам де Сен-Вир, робко глядя на Леони. Секунду длилось неловкое молчание. Затем Леони подошла к ней и протянула руку с милой застенчивостью.
- Ма... mere?* - сказала она.
______________
* Моя... моя мать? (фр.)
Графиня судорожно зарыдала и обняла ее. Леони обвила рукой плечи матери и увела ее.
Фанни достала носовой платок.
- Милая, добрая девочка, - всхлипнула она. Давенант схватил руку Эйвона и потряс ее.
- Джастин, у меня нет слов выразить, как я рад!
- Мой милый Хью, какая неожиданность! - протянул его светлость. - Я не сомневался, что все ограничится укоризненным покачиванием головы.
Хью рассмеялся.
- Нет, нет, друг мой, не на этот раз! Наконец-то ты научился любить кого-то больше, чем себя, и я верю, что ты будешь хорошим мужем своей герцогине.
- Таково мое намерение, - ответил его светлость, сбрасывая плащ. Его щеки утратили былую бледность, но он поднял лорнет со своей всегдашней манерой и оглядел столовую. - Мой дом просто полон людьми! - заметил он. Неужели нас ждали?