Страница 13 из 23
«Гонят к болоту? – на бегу прикидывала Янди. – Никаких болот здесь быть не должно, а вот речушка, кажется, имеется… Ну конечно – к обрыву! Ладно, пусть так…»
Осознание того, что она разгадала замысел врага, придало девушке новых сил. Вдали за деревьями уже слышался плеск и журчание быстрого потока. Ну же, ну же!..
Янди озиралась по сторонам, выискивая подходящее дерево. Где?
А вот и оно, – как и ожидала девушка, почти над самым обрывом, на дне которого на перекатах шумела речка, высилось раскидистая старая ива, склонившая ветви над потоком. В одно движение сдернув с себя легкую свитку, Янди запустила ее вниз и завопила что есть сил, с удовольствием слушая, как эхо подхватывает ее «прощальный крик». Подбежавшие к берегу венды уставились с обрыва вниз, провожая глазами уносимую потоком свитку. И пропустили тот миг, когда Янди мягко спрыгнула наземь с дерева и резким толчком на выдохе нанесла им по удару в середину спины. Не удержавшись на краю обрыва, венды рухнули вниз.
Налетевший с реки порыв студеного ветра унес их крики. Янди тяжело дышала, успокаивая дыхание после бега. Ей было жарко, несмотря на осенний холод. Да, нынче она могла быть довольна собой! Один из тех ударов, которым некогда учила ее наставница, в очередной раз спас ей жизнь.
«Если у тебя щит, – говаривала наставница, – то пусть враг думает, что это только щит».
Женщина брала маленький круглый щиток с острым шишковатым навершием и била вот так же на выдохе в подвешенную кабанью тушу. Слышался знакомый треск – это ломались ребра.
«Если ты так ударишь в грудь врагу, то легко остановишь его сердце, даже если на нем будет доспех. Если ударишь в спину – сокрушишь весь столп его жизни. Ты можешь так же расколоть голову, пробить кадык и поломать колено. Но…»
Тут на лице наставницы, изуродованном шрамами, появлялась мечтательная улыбка.
«…все то же самое ты сможешь делать и без щита. Запомни: бой без оружия – это то же, что бой с оружием. Главное не то, что у тебя в руках, а то, что в тебе».
Она подходила к другой кабаньей туше и наносила удар раскрытой ладонью. И снова раздавался треск.
Янди хорошо помнила ее уроки. Она била, била и била. Сначала руками в песок. Потом по глиняным черепкам. Потом мягкий пористый камень, из которого в долинах делали дома. Била, представляя перед собой лица ужасного Гауранга и его ненавистного сына.
Глава 5
Нежданная встреча
Янди стояла на берегу реки и считала, загибая пальцы. «Еще двумя меньше», – думала она, припоминая, сколько всего вендов было в лесном стане. Сегодня она уже прикончила пятерых, а день еще не закончился. Если так пойдет и дальше… Она прикрыла глаза и улыбнулась, представляя, как повеселится ночью.
Внезапно ее наметанный глаз уловил движение. Сбоку, в ближайших кустах. Это не был человек. Среди желтеющих листьев мелькнуло что-то рыжевато-серое, пятнистое.
И еще она почувствовала, что существо охотится.
«Это не рысь, – мигом сообразила девушка. – Оно больше. И рысь бы притаилась на ветке…»
Прежде чем додумать мысль, Янди оказалась на ветке сама. В тот же миг зверь прыгнул. Скакнул из-за куста и разочарованно замяукал, обходя дерево по кругу и мотая коротким, будто обрубленным, хвостом.
«Это же саблезубец! – ошеломленно сообразила Янди. – Только очень молодой!»
Поистине удивительные дела творились в этом лесу! Саблезубцы во всей Аратте водились в одном-единственном месте – на скалистом северном плоскогорье, что называлось Змеиный Язык, неимоверно далеко от вендских земель. Откуда здесь саблезубец?!
Скорым ответом на ее незаданный вопрос из чащи появился широкоплечий коренастый парень с копной соломенных волос до плеч. Выглядел он сущим дикарем, однако ни одеждой, ни лицом не походил на венда.
– Куда ты побежал, Рыкун? – прикрикнул он, озираясь. – Это здесь орали?
Янди моргнула – у незнакомца был превосходный столичный выговор.
– О пресветлый Исварха во всех его воплощениях, – сообразив, с кем имеет дело, пробормотала она себе под нос. – Да ведь это Аоранг!
Хотя она неоднократно видела в столице необычного любимчика верховного жреца, из-за которого на царскую семью обрушилось столько бед, доселе общаться им не приходилось. Но что же он тут делает?
Янди фыркнула. Отправился по следу своей царевны, что же еще! Поистине они оба одержимые! Аюна вздыхала по нему всю дорогу, полагая, что никому это не заметно, и гордясь своим самообладанием. Подобные возвышенные чувства были Янди совершенно незнакомы и не вызывали у нее ничего, кроме насмешек.
Но как ей вести себя с ним дальше? Лазутчица вспомнила их последнюю встречу в дорожной веже в ту ночь, когда ей не удалось прикончить Ширама. Заметил ли ее тогда мохнач, запомнил ли?
«Кажется, ему было не до того – он держался в стороне от накха и царевича. Да и если заметил краем глаза, опознает ли сейчас во мне разбитную служанку с постоялого двора, наряженную бьяркой? В любом случае придется это проверить. Не вить же мне гнездо на этой ветке!»
Янди окинула Аоранга оценивающим взглядом. Широкоплечий мохнач стоял шагах в десяти, прислушиваясь и, кажется, принюхиваясь. Уж не чует ли он ее, как дикий зверь? Пожалуй, этот здоровяк со своей ручной зверюшкой может ей пригодиться…
Она мгновение помедлила, прикидывая, кем лучше предстать перед Аорангом, и испуганно закричала:
– Эй! Кто бы ты ни был, отзови своего зверя!
Аоранг задрал голову, вглядываясь в листву:
– Кто ты?
– Я всего лишь девушка! Служанка царевны Аюны!
– Аюны? – Глаза мохнача расширились. – Рыкун, сюда! Скорее слезай, он тебя не тронет.
– Точно не тронет? – с деланым страхом уточнила Янди, по привычке измеряя расстояние до хищника и прикидывая, чем лучше его ткнуть, если он все же решит снова прыгнуть.
Она понимала, что подрастающий звереныш лишь играет, но становиться его игрушкой вовсе не собиралась.
– Обещаю, слезай.
– Я узнала тебя!
Девушка соскользнула с дерева и быстро заговорила, не давая мохначу задуматься:
– Ты же Аоранг, приемыш святейшего Тулума! Ты приходил к моей хозяйке…
Юноша постарался вспомнить лицо этой миловидной зеленоглазой служаночки. Та же трещала без умолку:
– Как хорошо, что я встретила тебя, Аоранг! Я сопровождала царевну в Двару, по пути на нас напали разбойники. Они убили охрану и захватили многих служанок… Мне удалось спрятаться и спастись… Но моя госпожа, солнцеликая царевна…
Девушка всхлипнула.
– Что?!
– Она осталась у них в плену…
Янди махнула рукой в сторону вендского стана, рассчитывая, что вот сейчас мохнач заорет: «Где они?!» – и ринется освобождать свою драгоценную царевну. Как раз то, что ей нужно! Пока венды будут расправляться со зверовидным парнем и его кошкой, она спокойно уведет Аюну, предоставив воспитаннику верховного жреца возможность героически погибнуть за любимую.
Аоранг не обманул ее надежд. Едва прозвучали ее слова, как светло-рыжие волосы дикаря вздыбились и глаза блеснули такой яростью, что саблезубец невольно шарахнулся, припадая к земле.
– Где они? – рявкнул он.
– Там! Я покажу место! – вновь защебетала Янди. – Я потихоньку шла за ними следом, но они заметили меня… Они пока ничего не сделали царевне…
Но Аоранг не пожелал слушать дальше.
– Веди меня туда! Скорее!
Аюну била дрожь, но царевна, стискивая зубы, пыталась унять ее. Происходящее вокруг никак не укладывалось в сознании. Еще совсем недавно самым худшим, что ожидало ее впереди, был брак с ненавистным саарсаном. Стать женой свирепого накха, провести жизнь взаперти в позабытом Исвархой горном краю, навеки оторванной от всего, что было мило ее сердцу, и никогда больше не увидеть Аоранга…
Но судьба подготовила ей нечто похуже. Сидя с застывшим лицом на волчьей шкуре, Аюна старалась держаться прямо, даже надменно, скрывая терзавший ее животный ужас. В стороне, под навесами из лапника, нимало не заботясь об уединении, косматые лесные дикари насиловали рыдающих служанок, подбадривая друг друга веселыми возгласами. Аюна не понимала их речи, но раскаты хохота не оставляли сомнений в том, что разбойники развлекались от души. Царевна попыталась вмешаться, но стражи заставили ее сесть на место. Что ж, по крайней мере, они не увидят, как она плачет…