Страница 14 из 23
В парке из-за выходного дня и отличной погоды было очень людно, только и успевай уворачиваться от проносящихся по асфальтовым дорожкам роллеров и велосипедистов. Газон усыпан трапезничающими парочками и семьями, скамейки заняты сплетничающими кумушками, дети носятся.
Сергей с Дашей и бабушкой шли в темпе улитки, прогуливая счастливую и любопытную бабушку. Даша помогла ей одеться, чтобы все было прилично и какие-нибудь колготки, которыми она подпоясалась, не выпали из-под пальто во время прогулки. Она нашла в шкафу красивый шарф, который прекрасно сочетался с бордовой береткой. Вертясь перед зерколом, бабуля осталась довольна. Пристраивала седую косу то так, то эдак.
- Вот только эти морщинки... Смотри, Дашута, вот с этой стороны даже и не очень и видно, а вот с этой - кошмар! Еще и глаз какой-то заплывший. Говорили мне подружки, что надо спать на спине, а не подпирать подушкой щеку.
На свежем, чуть морозном воздухе бабулины щечки разрумянились в цвет беретки, делая ее похожей на старенького ребенка, который глядит на мир полными искреннего удивления и любопытства глазами.
Сергей поддерживал ее с одной стороны, Даша с другой. Они постоянно встречались глазами, Даша краснела, но глаз не отводила. Он делал с ней что-то невообразимое. Как так можно реагировать на взгляд? Даша прислушалась к себе - она была готова сейчас повернуться к нему, не обращая внимания на бабушку и других людей, обхватить его лицо ладонями, притянуть и поцеловать. В губы.
Пристальный, даже немного лихорадочный взгляд Сергея творил с ней что-то очень и очень опасное. Она этого в себе и про себя не знала.
Она все-таки переговорила по телефону с родителями, рассказав им часть правды. Сказала, что украли только документы и карточки и что она пока у своего друга поживет. Папа сразу порывался к ней приехать, мама волновалась. Вряд ли они одобряли ее поведение. Но Дашин голос звучал счастливо и уверенно, то, как она с ними говорила, непривычно и ново в Даше.
Мама, зная свою дочь лучше, чем кто-либо, шепотом спросила, не встретила ли Даша случайно хорошего молодого человека? Даша рассмеялась и ответила короткое: "Да". Естественно, такой ответ только еще больше разжег мамин интерес, но Даша не поддалась. Шепотом добавила: "Он самый лучший". А после папа попросил к телефону Сергея, и Даше не удалось подслушать, о чем они говорили, ее отвлекла на себя бабушка.
Гуляли они, пока не начало темнеть. На одной аллее им навстречу попался старик, который с обеих сторон вел за руку девочек лет двенадцати - близняшек. Непонятно, кто кого выгуливает - дедушка внучек, или они его. У бабушки Веры было хорошее настроение, проказливое, и она не могла пропустить колоритное трио без своего замечания.
- Так, так, так... Между двух прекрасных роз мухомор поганый рос! - И улыбнулась опешившему дедушке. Сергей уже хотел начать извиняться, как старик затряс головой и, смеясь, согласился с таким описанием.
Дома Сергей устроил бабушку Веру в кресле у окна. Объяснил, что они уйдут ненадолго. Написал ей записку большими печатными буквами, чтобы она ее нашла и прочитала, когда начнет его искать.
- Я заварю ей чай и сушки достану.
- Я сам. - Сергей обошел ее и направился в сторону кухни. - Ты не обязана что-то делать.
- Почему ты так говоришь?
- Я знаю, ухаживать за старым человеком неприятно. Помогать, выслушивать этот бред. Ты ничего не должна делать, - повторил, не поднимая на нее глаз.
- Но я хочу ей помогать и могу это делать.
- Оно тебе надо?
- Да.
Ей надоело бессмысленно спорить. То, что у Сергея тараканов в голове навалом, уже поняла. Подошла к нему и обняла за пояс. Как хорошо, она хотела этого с того самого момента как разжала свои руки на нем с утра. Сергей будто только этого и ждал, притянул ее ближе к себе.
- Почему?
- Она твоя бабушка. Это она воспитывала тебя?
- Да.
- Ну вот, видишь, я ей очень-очень за тебя благодарна.
- За меня? - растерянно переспросил Сергей. Сегодня день, когда он только и делает, что тупо переспрашивает. Не верит, проверяет, хочет доказательств и гарантий. И лучше в письменном виде и со штампом в документах.
Последняя мысль привела в какое-то веселое отчаянье. Заставила прижаться губами к маленькому пылающему уху Даши, заскользить ладонями по ее спине и обхватить затылок под распущенными волосами. Приподнять ее голову и заставить смотреть в его глаза.
"Скажи мне, скажи мне, скажи"... - стучал в ушах пульс.
- Что тебе сказать?
- Что ты хочешь? - Он не думал заходить так далеко, не хотел заставлять или подталкивать ее. Все развивалось настолько стремительно, отрезая все пути к отступлению!.. Он был прав, камни все сыпались со скалы, все большие пласты породы соскальзывали вниз. Стихия - Даша, солнце - Даша. Серое пограничье, не черное и не белое, туман, в котором не видно четких очертаний, нет определенности, уверенных дорог и предписанных решений. И где-то там прячется надежда на лучшее, что может случиться в жизни.
Даша не боялась. Когда она с Сергеем, когда его руки держали ее, его морозные глаза прогоняли весь страх.
- Тебя. Можно?
Он захватил ее губы, заставил ее открыть рот, покорял и упивался ею, ее вкусом и мягким ответом. Притянул ее как можно ближе, распластал по себе, чтобы не осталось ни малейшего пространства. Даша зарылась пальцами в его и так лохматые волосы, сжала кулаки и изо всех сил прижалась сама. Дыхания не хватало обоим, а пульс в ушах отбивал уже совсем другой ритм: "Люблю тебя, люблю тебя, люблю..." Но в этот раз Сергей не дал сорваться словам с языка. К тому же не мог оторваться и не целовать ее.
- А операцию на глаза мне сделали совсем недавно, - раздался голос с порога кухни. - Я, оказываеться, всю жизнь не так видела. В войну, да и потом считала, что у меня все, как у других. Думала, остальные, как я, видят, что мир и есть такой. Я и спрашиваю, неужели все люди так ясно и четко все видели всегда? Неужели не мир изменился, стал таким красивым, четким. А мне просто что-то в глазах поменяли. Да... так что теперь я далеко вижу.