Страница 38 из 54
— Мэв, — в гостиную заглянул Сергей. — Ко мне.
Пёс замер на мгновение, а потом очень медленно стал спускаться с дивана, то и дело поглядывая на Иру грустными глазами.
— Доброе утро, — Сергей улыбнулся. — Как спалось?
— Доброе, — она погладила пса по голове и, поднявшись, вместе с ним пошла на кухню. — Спалось крепко и долго.
— Как и мне.
На столе, под салфеткой, притаилась сковородка. Сергей поставил рядом две чашки капучино.
— Прошу, — он снял салфетку. Ира не смогла сдержать улыбки. — Это все тебе. Да, яичницу я готовить умею. Вроде бы… Тосты ещё сейчас пожарю.
— Не надо, — она обернулась, пристально посмотрела на него. — Позавтракаешь вместе со мной?
Он смутился. Странно было видеть это растерянное, несколько обескураженное выражение на его лице. Ира улыбнулась и, пройдя мимо, потянулась к шкафу с тарелками.
— Знаешь, — тихо заговорил Сергей. — Мне сейчас очень хочется подойти к тебе и обнять. Прижать к себе крепко, почувствовать, как ты сначала напрягаешься, а потом сдаешься и оттаиваешь. Я хочу прикасаться к тебе всегда — ненароком и специально, чтобы помнить — ты рядом. Мне до одури тебя не хватало.
Ира сняла тарелки и замерла.
— Прости меня, — продолжал он. — За такие мысли и стремление их осуществить. Я хочу, чтобы тебе рядом со мной было комфортно. И все же… Не думать о нашей близости я не могу.
— Спасибо, — она обернулась и протянула ему тарелки. — Я понимаю тебя. Мне… тоже сложно, потому что… Есть преграда, которую я не в состоянии преодолеть. Пока она для меня непреступна. Но шаг за шагом…
Не договорив, она поймала его за запястье, когда он забирал тарелки из её рук и чуть сжала.
— Я постараюсь быть ближе.
Сергей кивнул, не сводя с неё глаз. Ира разжала пальцы и отступила.
— Мигрень прошла?
— Да, — он поставил тарелки на стол. — Ты все знаешь о… поисках?
— Знаю. Видела по новостям.
Они помолчали. Ира села на стул и, пожав плечами, заметила.
— Ты как хочешь, а я с ума схожу от голода.
Он передал ей чашку с кофе и тоже устроился за столом.
— Ты сегодня свободна?
Ира покачала головой и с сожалением ответила.
— Нет. Маша попросила приехать помочь в новом приюте. Там кое-что осталось довести до ума.
— Я тоже мог бы помочь.
У Иры от радости зашлось сердце. Странно, ведь раньше они проводили много времени вместе, и она, кажется, вовсе не переживала по этому поводу.
Что же изменилось?
— Это может занять весь день, — с деланным спокойствием ответила она.
— Отлично, — Сергей достал телефон из кармана брюк. — Я в твоём полном распоряжении.
Ира долго смотрела на собеседника — как он набирает сообщения, усмехается про себя, читая ответ, рассеяно водит вилкой по тарелке, и, не сводя глаз с экрана мобильного, не замечает, как Мэв стаскивает из яичницы кусок ветчины. Когда он, наконец, почувствовал её взгляд, то отложил телефон и, накрыв его ладонью, едва заметно улыбнулся.
— Что?
— Когда ты спал последний раз?
Он, задумавшись, нахмурился.
— Сегодня первый раз за неделю. Вроде…
— Может, просто отдохнешь сегодня?
— Нет, хочу составить тебе компанию. И…
Мэв сорвался раньше, чем в двери щелкнул замок.
— Господи, пес, отстань, — услышали они недовольный Раин голос. — Нет! Это не тебе! Опять голодный, что ли? Мы твоему хозяину по башке… Ой…
Она замерла на пороге кухни, переводя взгляд с Ирины на Сергея и обратно.
— Доброе утро, — первой очнулась Ира. — А я вот… В гости заехала… Вчера вечером.
Рая возвела глаза к потолку.
— Года не прошло, — а потом, прищурившись, посмотрела на пригоревшую яичницу в тарелках своих подопечных и, покачав головой, сняла с крючка передник. — А кому блинчиков на скорую руку?
В приюте дел было по горло. В административном здании — добротном кирпичном доме в три комнаты с кухней — уже поставили мебель, а вот в пристрое под склад ещё лежали доски под полки и антресоли. Сергей вызвался заняться этим делом, а Ира, пока ещё не совсем осознавшая новый статус их отношений, и поэтому несколько ошеломленная, занималась вольерами — засыпала опилки, стелила подстилки в будки.
Участок оказался больше предыдущего раза в два, и, за счёт расположения на бугре, даже после дождя, оставался не залитым. Из-за высокого забора из профнастила видны были ели соседнего бора. И именно ели Ире не нравились — слишком темными и мрачными выглядели они в пасмурную, осеннюю погоду. Поэтому за забор Ира старалась не смотреть.
Когда она закончила с вольерами, Маша позвала её умыться и выпить кофе.
— Помирились, значит? — спросила она, разливая кипяток по чашкам. — Ты больше с ним говори. Быстрее друг друга поймёте. Позови его, кстати, а то совсем заработался наш спонсор.
В пристрое было тихо. Сергей, отложив инструменты, склонил голову на грудь и ожесточенно тер глаз. Услышав шаги, он обернулся.
— Как дела? — Ира сначала скрестила руки на груди, потом засунула их в карманы джинсов. Её до сих пор удивляло, как спокойно и естественно вела она себя вчера. Вчера было все просто, а сейчас она смущалась на пустом месте.
Сергей посмотрел на неё одним глазом.
— Щепка, вот, попала, — пояснил он, поморщившись. — Работа застопорилась.
Ира шагнула к нему.
— Можно посмотреть?
— Конечно, — он наклонился к ней. Близко, но недостаточно. Ира потянула его за воротничок футболки-поло. Сердце в груди запрыгало.
— Открой глаз. Смотри вверх… Стой…
— Ай.
— Стой.
— Да больно мне!
Ира отпихнула его и стряхнула щепку с пальца.
— Ну, как?
Сергей сморгнул, обвел пристрой взглядом и ответил.
— Чешется ещё.
— Надо купить капли. Я скажу, какие, — она быстро отвернулась. Ей понравилось дергать его за воротничок. Он так добродушно тянулся к ней.
— Ир. Дай руку.
Она снова посмотрела на него. Он щурил красный глаз, но старался оставаться серьезным.
— Что такое? — спросила она, протягивая ему руку.
Он быстро поймал её ладонь и легко, едва-едва, коснулся губами кончиков пальцев. Она вздрогнула, но не отстранилась. Он тут же отпустил её.
— Ты так легко снимаешь любую боль. Жаль, я так не умею.
Ира смутилась окончательно и, покраснев, поспешила выйти из пристроя.
Работали они до позднего вечера. Сергей, конечно, вызвался её подвезти. По дороге до Ириного дома они заехали в аптеку за глазными каплями. Припарковавшись у подъезда, Сергей протянул Ире пузырек.
— Только капать будешь ты, хорошо? Я этого не люблю и не умею.
Ира взяла лекарство, отвинтила крышку.
— Хорошо, попробую. Вы только голову запрокиньте.
Сергей удивлённо посмотрел на неё.
— "Вы"? Я думал, мы легко и просто перешли на "ты".
— Да, конечно, — Ира опустила глаза, покрутила в руке пузырек. — Иногда забываю…
— Слушай, — Сергей вздохнул и провёл рукой по волосам, взлохматив их. — Мне не очень нравилось, когда ты была со мной на "вы". Серьёзно, я так чувствую себя стариком. На "ты" и без сомнений, хорошо?
Ира кивнула и посмотрела на него.
— Договорились.
— Отлично, — он запрокинул голову. — Капай.
Ира, поняв, что сейчас снова будет несколько неуютный для неё момент близости, попыталась протянуть время, собираясь с силами.
— Смотрите в сторону от меня, — она отстегнула ремень безопасности и приподнялась. — А то, что я вам в глаза капаю, вас не смущает?
— Опять на "вы"? — недовольно спросил Сергей. — Нет, не смущает. Глаза у всех болят — и у молодых, и у старых. А у меня вообще производственная травма. Да встань ты на сидение на колени! Удобнее же будет.
Ира, последовав совету Сергея, не вовремя выпрямилась и стукнулась головой о потолок салона.
— Ай! Все равно неудобно! — она оперлась о подголовник водительского сидения и согнулась.
— Постой, — Сергей чуть отклонился в сторону и дёрнул регулятор наклона спинки так сильно, что откинулся сам, а Ира, не удержавшись, упала на него. Мгновение они в упор смотрели друг на друга, оказавшись так близко, что он почувствовал её дыхание на своих губах, а потом она резко отстранилась и вся сжалась, будто хотела слиться с креслом, чтобы никто и никогда ее тут не увидел.