Страница 37 из 55
Тем временем Вика уже устроилась на его диване в зале.
— Холостяцкая квартирка. Сколько комнат?
— Три.
— Зачем тебе так много? Ты же один живешь, — кинула Вика на него взгляд. — Один ведь?
— Да-да, один, — поспешно ответил Максим. — Ну, вот так решил, купил трешку.
— Красиво тут, только женской руки не хватает.
Вика встала с дивана и подошла к нему вплотную. Он даже видел, как слиплись ресницы от туши. Либо она плакала, либо тушь некачественная. Не сказать, что Максим разбирался в косметике, но…
«Что за чушь у тебя в голове? У тебя в квартире красотка, а ты думаешь о туши?» — злился он сам на себя.
— Хочешь, я останусь? — прошептала она прямо ему в губы. Он не ответил, а просто поцеловал Вику, прижав за талию к себе. Вкус алкоголя убедил его в том, что девушка пьяна. Скорее всего коньяк.
— Вик, давай я тебе постелю в комнате.
— В смысле? Я не поняла… в какой комнате?
— Ну, она для гостей.
— Зачем?
— Потому что я не хочу…
— Меня?
Вика отпрянула назад.
— Нет! Я не хочу, чтобы ты завтра пожалела. Я постелю тебе в комнате, — попытался наладить ситуацию Максим, беря ее за руку.
— Пошел в задницу! — она со всей силы толкнула его в грудь и поспешила к двери. — Даже ты — офисный планктон — не хочешь меня?? Да что с вами случилось? Где настоящие мужики? Где?
— Ты не права, — растерялся Максим. — Как раз настоящий мужчина не станет пользоваться тем, что ты пьяная. Думаешь, мне легко тебе отказать?
— Ты импотент! Понял! Ты не мужик, ты баба! Пошел к черту, придурок.
Через секунду ее уже не было. Он даже засомневался, была ли Вика в его квартире или это он переутомился?
Оглянувшись на диван, он понял, что не показалось. Она сумку забыла.
***
— Привет! Мой руки и идем ужинать!
Дарина зашла в свою квартиру и растерялась. Перед ней стоял Рома в фартуке и половником в руках. От увиденного девушка заулыбалась.
— Ты что, ужин готовишь?
Дарина разулась и пошла в ванную. Когда она вернулась на кухню, Рома поставил на стол две тарелки и вилки.
— Не обольщайся, это всего лишь пельмени, ничего другого я готовить не умею. Садись!
Девушка послушалась и села за стол, еле сдерживая смех. Хлопочущий на кухне Рома, да и ситуация в целом сильно веселила ее.
— Мм, а пахнет вкусно! — признала она.
— Ну, еще бы! — фыркнул он. — Это тебе не дошик!
Он протянул ей банку сметаны.
— А вообще у меня новость. Я устроился на работу.
— Что?? Как? Кем? — Дарина чуть не подавилась пельменями.
— Что — устроился на работу. Как — пришел на собеседование и рассказал, какой я клевый. Кем — помощником тренера в фитнес-клубе.
Дарина прожевала и задала вопрос:
— Но как тебя взяли? Ты же студент.
— Потому официально я помощник тренера, а на самом деле мне выделили тренировочные часы.
Дарина пристально смотрела на Рому. Нет, не похоже, чтобы он шутил.
— А у врача ты спрашивал? Ты недавно только в гипесе ходил! — напомнила она.
— Спрашивал у врача, который дежурит в зале. Он сказал, что нагрузка на ногу не большая.
— Тебе заняться нечем?
— В прямом смысле — да! Сессия закрыта, а еще два летних месяца. Что мне делать? Вот так целый день ждать тебя с работы? Я не хочу сидеть на твоей шее. И так у нас ситуация довольно… необычная.
Дарина отложила вилку. По одному этому жесту Рома понял, что ляпнул что-то лишнее.
— Почему? Потому что я — старая разведенка, которая зацепилась за школьника?
— Прекрати! Это были слова бабы Гали. Я же предложил тебе забить ее дверь досками, чтобы она больше не выходила на лестничную клетку.
Дарине не было смешно. Она сама прекрасно знала, что она ему не пара. Она видела взгляды соседей, слышала, как они сплетничают за спиной. И каждую ночь, когда они засыпали вместе, она думала, что на следующий день все может закончиться.
По-хорошему, она должна бы взять все в свои руки и разорвать эти непонятные отношения. Ну, какое у них будущее? Он — студент. Даже если не завтра, то через месяц-другой он увидит, что она не такая, как его ровесницы. А девчонки тем временем похорошеют, поумнеют. Он сам захочет уйти.
Каждую ночь она это повторяла себе и, вроде, даже договорилась со своей совестью, что утром она поставит точку. Но утром Рома будил ее ласковым поцелуем. А потом она смотрела ему в глаза и — о, Боже — таяла от чувств к нему. «Ну, как я смогу жить без него? Без его объятий, поцелуев. Как я могу ему сказать, что ему пора уйти. И не просто из моей квартиры — из моей жизни». Нет, она не могла.
— Ты не сидишь на моей шее.
— А как это назвать? Ты работаешь, а я целыми днями балду гоняю. Либо у себя дома, либо здесь.
— Я знала, на что иду, когда начала встречаться со студентом. Не порть себе будущее. Лучше сосредоточься на учебе — будет хуже, если ты забросишь универ, не сможешь закрыть следующую сессию из-за работы.
— Обожаю твой пессимизм. Ты говоришь, как мой папа, — Рома встал и убрал грязную посуду в раковину.
— А он знает?
— Пока нет, обрадую завтра утром.
Она помотала головой и задала следующий вопрос:
— А почему тренером?
— Было два варианта — администратор или тренер. Стоять за стойкой целый день скучно, вот я и… ляпнул ерунду. Прости!
— Да нет, ты прав — стоять за стойкой скучно.
— Ты самый лучший администратор, которого я знаю. Но это совсем не для меня.
Дарина встала, надела резиновые перчатки и принялась мыть тарелки.
— Когда выходишь?
— После выходных. Кстати! В субботу мы идем на вечеринку к Никите — отпразднуем закрытие сессии, — Рома помыл два яблока, положил одно на стол, а второе надкусил.
— Троечников тоже пригласили? — подколола Дарина его.
— Троечники и устраивают вечеринки. Отличники не приглашены — пусть зубрят дальше экономику и право.
— А на входе будут проверять зачетку?
— А то, — подмигнул он.
— А как же старухи, окончившие универ шесть лет назад с красным дипломом?
— Старикам тут не место. Но для своей старушки стульчик я найду, а диплом… Выброси его.
***
Андрей уложил Василису спать и вышел из ее комнаты. На кухне как обычно хлопотала Таня, Рома снова остался у Дарины.
Он включил телевизор и шумно устроился на диване. Листая каналы, он не заметил, как дважды начинал заново. А вот Таня заметила.
— Не можешь выбрать, что смотреть?
— Что?
— Да я про телевизор. Ты уже по второму кругу щелкаешь каналы.
Таня села рядом.
— А, да. Я особо и не смотрю телевизор, так что не знаю, что выбрать.
— Как на работе дела?
— Хорошо. Даже очень.
Таня взяла спицы и пряжу. Она жила с братом второй месяц, за это время научилась вязать — и у нее не плохо получалось. Как раз к зиме свяжет Васе шапку и шарф, а Андрею с Ромой по свитеру.
— Расскажи.
— Да особо нечего. Просто… — Андрей замялся.
— М?
— В августе мне придется вернуться во Францию.
Таня отложила спицы.
— Как? Уже?
— Обычно я приезжал на месяц. В этот раз мне удалось больше года продержаться. Но я нужен там, а здесь… здесь я никому не нужен.
Конечно, Андрей говорил о работе. Но его слова касались и личной жизни — единственная женщина, волнующего его, спит с его сыном. Как он может тут оставаться? Казалось, он смог легко отпустить ситуацию, но каждый раз, когда Рома не ночевал дома, Андрей злился. Он не показывал этого, но внутри было больно.
И верным решением оставалось уехать. Он не будет видеть, знать, слышать ничего о Дарине. Так будет проще.
«Да уж. Не думал, что в свои 45 лет ты будешь вести себя как подросток», — ухмыльнулся он сам себе.
— А ты не хотел сменить работу? Чтобы не приходилось вот так ездить?
— Нет. Но я все уже продумал. Васю я заберу с собой, а Рома и ты… Вы останетесь здесь, — он снова схватил пульт и стал щелкать каналы.