Страница 25 из 44
Наталия Кирилловна, мать царя Петра; в супружестве за царем Алексеем была пять лет. Царю Петру 11 лет в 1683 году. У Наталии, кроме Петра, есть еще очень красивая девятилетняя дочь тоже Наталия, отличающаяся замечательной красотой; по уму и вежливости она вся в мать. На глазах царицы были убиты стрельцами два родных ее брата.
Сын Артемона [Матвеева], находясь в ссылке со своим отцом, изучал польский, латинский и немецкий языки, которым будет обучать Петра, только бы успокоились настоящее бунты. Он сам в столице еще не бывает и только инкогнито является к Петру во дворец…6
Записки
И. А. Желябужский
Окольничий Иван Афанасьевич Желябужский (1638 – после 1709) – один из немногих русских мемуаристов, оставивших подробное описание событий эпох царей Алексея Михайловича, Федора Алексеевича, царевны Софьи Алексеевны и юного Петра.
В отличие от князя Куракина он был выходцем из среднего дворянского слоя и сделал незаурядную карьеру исключительно благодаря своим способностям.
Родившийся в 1638 году, он семнадцатилетним юношей назначен был приставом, сопровождавшим посла Священной Римской империи германской нации Алегрети де Алегрете. Уже на следующий год его отправляют гонцом к владетелю Трансильвании князю Ракоци. А в 1661 году он снова сопровождает в качестве пристава посольство посланца императора Леопольда I. Это была чрезвычайно ответственная миссия. Август фон Мейерберг был доверенным дипломатом императора, уже побывавшим и у турецкого султана, и у польского короля, и у короля датского. Он был направлен к царю Алексею Михайловичу в качестве посредника, чтобы прекратить войну между Московским государством и Польшей и заручиться помощью московского царя в борьбе с агрессивной Турцией. Таким образом, назначение молодого Желябужского было почетным и ответственным. И Мейерберг весьма лестно отозвался о Желябужском в своем известном сочинении «Путешествие в Московию». Правда, он считает быструю карьеру молодого дворянина результатом покровительства А. Л. Ордын-Нащокина. Но если это и так, то суровый глава Посольского приказа, руководитель внешней политики Москвы, выдвигал юношу не случайно.
В дальнейшем Желябужский многократно выполнял важные дипломатические миссии в Западной Европе и на Украине. Занимал он и крупные государственные посты. Был воеводой в Смоленске, ключевом городе-крепости в системе обороны Московского государства. Был воеводой в Казани. Выполнял ответственные поручения царевны Софьи.
Желябужский глубоко и всесторонне знал жизнь своей страны, и его записки, напоминающие дневник, дают полное представление о жизни эпохи. В данный том включены записи с 1690 по 1700 год.
Преданно служивший власти, Желябужский тем не менее рисует жестокую картину окружающий его реальности. Бесстрастие изменяет ему только при описании событий, угрожающих судьбе государства (например, описание последнего мятежа стрелецких полков и последовавшего затем разгрома мятежников).
Жулябужский честно служил царям Алексею Михайловичу и Федору Алексеевичу. Он честно служил царевне Софье Алексеевне. Он готов столь же честно служить и царю Петру Алексеевичу. Иван Афанасьевич служил не персонам, а государству.
После 1700 года его след теряется. Точная дата смерти его неизвестна. Петру он не понадобился.
Публикуется по изданию: Дневные записки И. А. Желябужского / Подг. текста, коммент. Д. И. Языкова. СПб., 1840.
Во 194 <1685 г.> был в Изюме полковым воеводою с ратными людьми боярин и воевода князь Григорий Афанасьевич Козловский со товарищем, с думным дворянином со Петром Ивановичем Прончищевым.
Во том же году приходили из Польши великия и полномочныя послы о договоре вечнаго мира, чтоб помириться вечным миром, и в том же году вечный мир с поляками состоялся1.
Да тем же вышеписанным польским послам на договоре вечного мира дано казны великих государей 200 000 рублей, и ту вышеписанную великих государей казну царственной большой печати и великих посольских дел оберегатель, ближний боярин и наместник новгородский и дворовый воевода князь Василий Васильевич Голицын с теми польскими послами разделил пополам.
И после того мира посланы с Москвы по городам великих государей к воеводам богомольныя грамоты.
Во том же году состоялся указ великих государей, чтоб приносить родословные росписи, кто отколь выехал, и то велено в родословных росписях писать имянно. И те родословные росписи по указу великих государей велено принимать в Верху князю Володимиру Дмитриевичу Долгорукому да окольничему Ивану Афанасьевичу Желябужскому. И те родословные росписи принимали в четвертом и пятом годах и тем родословным росписям учинены в Разряде книги. <…>2
В том же году биты батоги перед Холопьим приказом Микита Михайлов сын Кутузов да Мартышкин за то, что они ручались по касимовском царевиче в человеке <в холопе за служилого ханыча>.
В том же году зачат строить на Москве реке у Всесвятсково мосту Каменной мост. И того году только сделан один столп каменной. Всего тот мост делан пять лет, а делал тот мост чернец <монах>.
Во 196 <1688> году по указу великих государей боярин Леонтей Романович Неплюев ходил с ратными людьми полком на Самару и того году построил город Новобогородицкой.
В том же году Яков Иванович сын Лобанов-Ростовской да Иван Андреев сын Микулин ездили на разбой по Троицкой дороге к Красной Сосне, розбивать <грабить> государевых мужиков с их великих государей казною. И тех мужиков они розбили, и казну взяли себе, и двух человек мужиков убили до смерти. И про то их воровство розыскивано, и по розыску он, князь Яков Лобанов, взят со двора и привезен был к Красному крыльцу в простых санишках. И за то воровство учинено ему, князь Якову, наказанье: бит кнутом в Жилецком подклете <т. е. не публично> по упросу верховой боярыни и мамы княгини Анны Никифоровны Лобановой-Ростовской. Да у него ж, князь Ивана, отнято за то ево воровство безповоротно четыреста дворов крестьянских. А человека его калмыка да казначея за то воровство повесили. А Ивану Микулину за то учинено наказанье: бит кнутом на площади нещадно, и отняты у него поместья и вотчины безповоротно, и розданы в раздачу, и сослан в ссылку в Сибирь, в город Томск. В том же году чинено наказанье Дмитрию Артемьеву сыну Камынину: бит кнутом перед Поместным приказом за то, что выскреб [из документа] <т. е. подделал> в Поместном приказе в тяжбе с патриархом.
Во 197 <1689> году боярин и полковой воевода князь Василий Васильевич Голицын ходил с ратными людьми под Перекоп с товарищи своими, полковыми ж воеводы: боярин Алексей Семенович Шеин, боярин Борис Петрович Шереметев с товарищем с думным дворянином Аврамом Ивановичем Хитрым, боярин князь Володимер Дмитриевич Долгорукой, боярин князь Константин Осипович Щербатой, стольник князь Яков Федорович Долгорукой.
И как пришли на Черную долину, и на той долине с татары бой был. И милостию великаго Бога и заступлением пресвятыя Богородицы татар с той долины с поля сбили. И с тем к Москве к великим государем присланы от полковых воевод сеунщики <гонцы>. И после того бою с татары дошли до Перекопа и вернулись назад.
А боярин князь Василий Васильевич Голицын у стольников и у всяких чинов людей брал сказки, а в сказках велено писать, что к Перекопу приступать невозможно потому, что в Перекопе воды и хлеба нет. И после тех сказок он, боярин князь Василий Васильевич Голицын, взял с татар, стоя у Перекопа, две бочки золотых. И после той службы те золотые явились на Москве в продаже медными, а были они в тонкости позолочены.
В том же году Богдан Засецкой и с сыном кладены на плаху и, снем <по снятии> с плахи, биты кнутом нещадно, и сосланы были в ссылку, а поместья и вотчины розданы были в роздачу безповоротно. Дело у него было с Петром Бестужевым.