Слепое счастье

- Спятил? - перепугалась Шпулька. - Почему?

- Сначала же надо было о раках договориться, нет? Вот я и подождал в холодке, пока приехали как раз эти трое, мы в сторонке по-мужски поговорили, и тут подтвердились мои самые худшие опасения. Только я о раках заикнулся, у них аж глаза засверкали.

Они тоже хотят, хотят и хотят, ну прямо как дети. Я держался как партизан, все расписал и предъявил ультиматум. Одно из двух: или они от нас на эту ночь отцепятся, или я сажусь на велик и чешу в голубую даль. Ну, тогда они сдались. Скумекали, что могут и потом половить, только вот я им парочку крючков пообещал. Ты сможешь оставить?

- Хоть все, - милостиво согласилась Тереска. - Такого добра у отца навалом.

- Тогда порядок. Ну, отцепились они от раков и занялись профессиональными обязанностями. Я им все честь по чести обсказал, и тут они от радости совсем с катушек съехали. Такое началось! Сперва попробовали по телефону договориться. Дохлый номер! В конечном итоге ментам пришлось попотеть. На это еще какое-то время ушло. Вызвали подкрепление, чтобы сюда ехать. Оказалось, у властей с археологией - полный симбиоз, в два счета договорились на всех уровнях.

На склоне холма трое мужчин средних лет ласково и нежно разгребали землю. Все трое так и светились от счастья, особенно один, лысина которого ярко сверкала на солнце. Тереска, Шпулька и Зигмунт остановились, с интересом наблюдая за их действиями.

- А милиция зачем? - спросила Шпулька. - Из-за тех бандитов?

- А то! Оказывается, это для них не новость. Тут, значит, две проблемы. Одна - что вообще здесь что-то есть. Археологи уже с весны по всему воеводству ищут, перекапывают пахотные земли и неудобья, так как, по их сведениям, здесь что-то должно быть, только где точно - не знают. Похоже, один с другим даже пари заключил, еще пара человек присоединились, и теперь все эти раскопки - сплошной тотализатор. Сейчас, выходит, больше всех один продулся, его здесь нет, не успели ему пока сообщить. Не знает парень, какая его радость ждет. А вторая проблема...

Зигмунт вдруг замолк, так как один из археологов, среднего роста и телосложения, но чрезвычайно живой и экспансивный, рухнул на колени, воздел руки к небесам и начал выкрикивать что-то на неизвестном языке. Остальные, не прерывая своих осторожных раскопок, как бы подсказывали ему слова. Тереска прислушалась.

- Вроде по-гречески, - заметила она не совсем уверенно.

- Точно, по-гречески, - поддакнул Зигмунт. - Мне приходилось иметь дело с греческими моряками. Может, они что другое говорили, чем этот здесь, но звучит похоже.

- Выходит, и правда, мы здесь нечто потрясающее обнаружили! Ну, давай дальше! Какая там еще проблема?

- Так вот я и говорю. Шляется тут какой-то тип, что им жутко пакостит. Недоучившийся археолог или, наоборот, землемер, заразившийся таким хобби. Таскается за археологами и тоже ищет, но только для себя. Частная инициатива, так сказать. Похоже, надеется таким образом сколотить состояние, так как ворует из раскопок только золотые вещи и монеты, причем монеты - все подряд. Вредит он делу - ужас как...

- В наших раскопках не так уж и много золота, - критически заметила Тереска. - Насколько мне известно, редко-редко что попадается, да и то по большей части иностранного происхождения.

- Ничего. Его и иностранное устраивает. Он свято верит в благородный металл и ищет, где только может. И при этом портит все подряд, не нарочно, а просто за ненадобностью. Исторические ценности ему до лампочки. Есть подозрение, что он шатается где-то неподалеку, отсюда и милиция. Надеются его поймать наконец. Зовут его Яворек.

- Знают, как зовут, и еще не поймали? - недоверчиво спросила Тереска.

- Во-первых, у него фальшивый паспорт, неизвестно на какую фамилию. А во-вторых, раньше никак не удавалось доказать его вину. Теперь, похоже, знают, чем его зацепить. Какие-то прежние делишки, вроде бы он здорово наследил пару месяцев назад.

- Ты думаешь, это его морда была в кустах? - осторожно поинтересовалась Шпулька.

- Понятия не имею. Милиция думает, что у него есть какие-то сообщники. Возможно, они немного не поладили.

- И этот Яворек находит, а археологи не могут? - недовольно заметила Тереска с явным осуждением. - Здесь он раньше нас обнаружил захоронение!

- Иногда сам находит, а иногда крадет там, где археологи найдут. Настоящий маньяк, явно на этом деле тронулся, а таким всегда везет...

Трое мужчин оторвались наконец от склона и вышли на тропинку, где их дожидались подростки.

- Замечательно! - счастливо выдохнул один из них, высокий, худой, с крючковатым носом. - Потрясающая находка! Может подтвердить наши предположения!

- Это что же получается? - жадно спросила Тереска. - Оно действительно такое исключительное? И что здесь? Какого периода? Мы весь день голову ломаем и никак не можем догадаться. Скажите...

- А в палатке у нас еще горшок есть, - добавила Шпулька. - Он в воду упал и разбился, нам очень жаль, но все черепки мы собрали. Вы думаете, этот горшок отсюда?

Вся компания, взволнованная и сияющая, направилась к палаткам. Зигмунт злорадствовал, так как трое археологов оказались точно в таком же положении, как и он чуть раньше, разве только их не пытались разорвать на мелкие клочки. Тереска со Шпулькой также засыпали их вопросами, не давая ни малейшей возможности вставить хоть слово.

Частично притихли они у палаток, и то только потому, что рядом с кострищем лежала длинная полоса туалетной бумаги, на которой из камушков и веточек был выложен категорический приказ: "Тихо!!!!!!" Роль шести восклицательных знаков играли все имевшиеся в наличии у ребят столовые приборы: три ложки, два ножа и вилка. Вне всяких сомнений, это было указание отсутствовавшего Янушека, опасавшегося, по-видимому, возможных восклицаний и излишне громкого восторженного обмена мнениями. Учитывая тесные контакты мальчишки с милицией, решено было выполнять его распоряжения.

- Ну, и что же это такое? - допытывалась нетерпеливым шепотом Тереска, когда все расселись вокруг кучи пепла и туалетной бумаги с грозным приказом. - Раз скелеты, а не урны, то что тогда? Нетипичное? Ведь на более позднее не похоже.