Страница 5 из 11
– Мне не терпится продолжить работу, мисс Уинтерли. А этого не случится, если нас застанут тут одних за закрытой дверью.
– Даже несмотря на то, что новый герцог кажется таким разумным человеком? – сказала она, как будто он мог отделаться беспечной улыбкой на том основании, что между дочерью виконта и простым библиотекарем не может быть ничего предосудительного.
– Ваш отец не производит такого впечатления, когда дело касается вас.
– Верно, но его здесь нет, а теперь, когда я привела себя в порядок, ему и незачем здесь быть.
– Тогда будьте любезны поспешить, чтобы все так и было.
– Я все зашила и теперь снова в полном порядке, – с вызовом произнесла мисс Уинтерли, и Кольм нахмурился, встретившись с ней взглядом. – Не могу сказать, что была рада нашему знакомству, мистер Картер.
– Всего хорошего, мисс Уинтерли, – вежливо ответил он, желая, чтобы она поскорее ушла и оставила его в покое.
– Всего хорошего, мистер Кар… – начала она, но вдруг осеклась, заслышав снаружи звук торопливых шагов. – Где я могу спрятаться? – решительно потребовала она.
Кольм посмотрел в сторону небольшой ниши, но этот темный угол не смог бы скрыть молодую женщину в платье из шуршащего светлого шелка. Бросив на него нетерпеливый взгляд, мисс Уинтерли метнулась к узкой деревянной лесенке, по которой он спустился всего несколько минут назад. Она быстро поднялась по ступенькам и скрылась из вида как раз в тот момент, когда дверь распахнулась и в библиотеку неспешно вошел лорд Дернли.
– Полагаю, вы могли бы помочь леди Дернли, Картер. У нас не хватает кавалеров, – рассеянно сказал он, озираясь по сторонам, как будто вид этой наполовину опустевшей комнаты стал для него сюрпризом.
От мысли, что мисс Уинтерли совсем рядом, Кольм застыл как истукан. Он старался с шумом вдыхать воздух из опасения, что она шевельнется и будет обнаружена. И что тогда? Предложение руки и сердца с его стороны едва ли сможет предотвратить скандал. Дернли будто знал, что она где-то спряталась, чтобы привести себя в порядок, и намеревался ее найти. Кольм мгновенно вспомнил свои подозрения, что этот человек мог затеять что-нибудь недоброе в отношении племянницы своей жены, и остро ощутил потребность защитить ее, какой бы план ни лелеял этот негодяй с целью использовать мисс Уинтерли, чтобы получить денег.
– Думаю, будет лучше, если я не стану пугать молодых дам, ваша светлость, – ответил он, а когда Дернли сделал удивленное лицо, показал на свою искалеченную ногу.
– О да, вы совершенно правы. Я и забыл, что вы не годитесь для танцев. Вы сделаете из бедняжки посмешище, если попытаетесь. – Он остановил свой стеклянный взгляд на шраме на лбу Кольма и поспешил отвести его в сторону, словно хотел деликатно намекнуть на еще одну причину, по которой ему нежелательно появляться на публике.
– Безусловно, – как можно спокойнее произнес Кольм, моля Бога, чтобы девушка, прятавшаяся в такой опасной близости от них, не шелохнулась, пока этот высокородный мерзавец оставался в комнате и мог, обнаружив ее, вынудить сделать то, что было у него на уме.
– Хорошо, тогда я объясню ее светлости, почему вы прячетесь.
– Благодарю вас, милорд. – Кольм заставил себя произнести эти слова с благодарностью, приличествующей клерку, которого приглашали присоединиться к благородному обществу, пусть только для того, чтобы стать партнером в танце для дам, оставшихся без кавалеров.
– Ах вот вы где, Дернли, – раздался с порога голос виконта Фарензе.
Кольм знал, кто он, поскольку видел его раньше стоявшим рядом с дочерью с отсутствующим видом и с готовностью уничтожить любого, кто хоть пальцем тронет его дитя. Кольм поразился: неужели лорд Дернли настолько глуп, что надеялся осуществить какой-то гнусный план и выбраться отсюда живым?
Он возмутился еще сильнее, подумав, что Дернли мог попытаться применить силу к девушке, к которой не смел даже прикасаться. Но нет, для этого Дернли выглядел слишком аккуратно одетым и причесанным, на что ему явно потребовалось не меньше нескольких часов. Значит, подобный кошмар Кольм мог исключить. Что возвращало его к первому предположению, пришедшему ему в голову, когда он увидел мисс Уинтерли. Она встречалась с любовником, о чем Дернли знал. Не за эту ли постыдную тайну он хотел получить денег с нее и с ее отца?
Лорд Фарензе холодно посмотрел на Кольма, затем быстрым взглядом окинул комнату и вошел внутрь. Кольм подумал, что мисс Уинтерли снова на грани катастрофы, и понял, что независимо от того, есть у нее любовник или нет, он не хочет, чтобы она попалась. Ее мог выдать любой шумный вздох или шуршание платья.
– Я пришел сюда за Картером, – натянуто объяснил хозяин дома под суровым взглядом своего бывшего свояка. Ему даже удалось сказать это так, как будто для хозяина нет ничего более естественного, чем в самом разгаре приема пойти искать скромного библиотекаря.
Кольм изо всех сил старался не выдать своих чувств, поэтому предпочел не смотреть на Дернли. Если бы мисс Уинтерли не грозила беда, он мог бы даже сухо засмеяться, когда этот человек поднял взгляд на полупустые книжные полки и остановил его на самом темном месте, как будто смотрел прямо на нее. Все происходящее отдавало какой-то странной дьявольщиной.
– Дернли, мне надоели карты, а моя жена увлечена беседой с леди Монтень. Я, конечно, мог бы оставить вас в компании библиотекаря Линейра, но сегодня у вас много других дел. Вы знаете, как я люблю книги, но вам не кажется, что хорошему хозяину не пристало надолго покидать своих гостей? – произнес лорд Фарензе с улыбкой, от которой у Кольма по спине побежали мурашки. В его шутливых словах звучали такие стальные нотки, что он удивился, как лорд Дернли не задрожал от страха.
– Я всегда знал, что вы странный человек, Фарензе, но полагаю, вы правы. Лучше вернуться к гостям, пока никто не заметил моего отсутствия, – легко согласился Дернли.
– Я присоединюсь к вам, как только узнаю кое-что у этого ученого молодого человека, – ответил лорд Фарензе.
Глава 3
– Не шевелись, – прошептал лорд Фарензе, как будто мог сквозь украшенные изящной резьбой деревянные панели видеть, где прячется его дочь.
Кольм затаил дыхание, прислушиваясь к звуку удаляющихся шагов лорда Дернли по мраморным полам коридора. Наконец лорд Фарензе закрыл за ним дверь.
– Теперь можешь выходить, Ив, – ласково произнес он.
– Папа, как ты узнал, что я здесь? – спросила она и вышла из своего укрытия как ни в чем не бывало.
Кольм еще раз посмотрел на нее, чтобы удостовериться, что она не в истерике. Нет. В сине-зеленых глазах мисс Уинтерли даже мелькнул намек на улыбку. Если бы не сжатые в кулак пальцы, чего не мог видеть ее отец, Кольм мог бы подумать, что она совершенно спокойна.
– Так же, как в детстве, когда ты играла в прятки. Ты всегда выбираешь самое интересное место.
– Мисс Уинтерли, милорд, позвольте пожелать вам доброй ночи, – сухо произнес Кольм. Теперь, когда он встретился с мисс Уинтерли лицом к лицу, он почему-то чувствовал себя задетым тем, что все принимают его за слугу.
– Сначала обещайте никому не рассказывать, что я была здесь наедине с вами.
– Я не хвастлив, мисс Уинтерли, – не задумываясь, возразил Кольм.
Глаза лорда Фарензе стали жестче, и немалого труда стоило выдержать их недоверчивый, надменный взгляд.
– Если о моей дочери пойдут какие-нибудь скандальные слухи, тому, кто их распускает, придется пожалеть, что родился на свет. – Эта сказанная спокойным голосом угроза прозвучала гораздо страшнее, чем если бы он начал кричать и размахивать кулаками.
– Не надо, папа. – Мисс Уинтерли устало взмахнула рукой, и этот жест тронул Кольма сильнее, чем любая женская истерика. – Я думаю, ему можно доверять.
– Когда дело касается твоей безопасности и душевного покоя, я не доверяю ни одному мужчине из тех, кто здесь находится.
– Прошу вас, мистер Картер, дайте слово джентльмена, что никому не расскажете, что я была с вами наедине. Иначе мы никогда отсюда не уйдем. – Она бросила на Кольма умоляющий взгляд, которому он не мог противиться.