Страница 66 из 78
26
Опершись локтями на стойку бара, Эш показал хозяину пустой стакан.
— Еще одну большую порцию.
Хозяин взял из его рук стакан и настороженно взглянул на Эша. Пьянство в обычном смысле этого слова не свойственно такого рода людям. Должно быть, у него есть для этого какие-то очень серьезные основания. Он повернулся к Эшу спиной и стал наливать в стакан водку.
— И пива? — спросил он через плечо.
— А почему бы и нет, — ответил Эш, туша в пепельнице сигарету, — я не за рулем.
Посетителей в кабачке прибавилось, хотя он был далеко не полон. В такую погоду людям не хотелось покидать уютные дома и выходить на улицу. Беседы велись вполголоса, и в баре слышался лишь приглушенный гул, изредка прерываемый криками и руганью, доносившимися из соседнего, меньших размеров бара, завсегдатаями которого были местные пьяницы.
Хозяин поставил перед Эшем стакан с водкой и открыл пивной кран, искоса поглядывая на взъерошенного гостя.
— Вы говорили, что остановились неподалеку?.. — осмелился наконец спросить он.
— Поблизости, — кивнул Эш, запуская руку в ведерко для льда. — Но пешком оттуда идти оказалось чертовски долго. — Он бросил лед в стакан с водкой.
— Стало быть, где-то за пределами городка? — снова задал вопрос хозяин, медленно закрывая кран.
— Да, примерно милях в ста отсюда, — Эш изобразил на лице некое подобие улыбки, желая показать тем самым, что это всего лишь шутка. — Нет, конечно, милях в двух, я думаю. Но мне они кажутся сотней. В Эдбруке. Вы знаете это поместье?
— Эдбрук? — переспросил хозяин, и в голосе его слышался интерес. — Да, я знаю этот дом.
— В гостях у семьи Мариэллов. — Эш покачал головой и улыбнулся про себя.
Хозяин поставил на салфетку пинту пива и чуть наклонился к стойке.
— Довольно уединенное местечко. Вы долго собираетесь жить там?
— Нет, если это будет зависеть от меня. — Дэвид протянул хозяину два фунта. — Я собираюсь, если получится, уже сегодня ночью сесть в поезд до Лондона. — Если бы не... — Он пожал плечами и сделал большой глоток водки.
— Похоже, вам не очень нравится этот визит, — фамильярным тоном сказал хозяин и был весьма удивлен, когда Эш мрачно расхохотался в ответ.
— Я бы сказал, что Мариэллы довольно эксцентричные люди, — пьяно улыбаясь и покачивая головой, заявил Эш.
— Мариэллы?
— Да, все они — Роберт и Саймон, милая старая няня Тесс и даже... даже Кристина.
Хозяин выпрямился, и тон его вдруг утратил все свое дружелюбие.
— Мне кажется, вам не следует пить столько водки. Если вы собираетесь возвращаться туда сегодня вечером... — Он не закончил и направился к кассе. Кладя перед Эшем на стойку сдачу, он добавил: — Конечно, если вы действительно живете именно там.
С этими словами хозяин отошел, оставив Эша, который, хмуро посмотрев ему вслед, пожал плечами и принялся за пиво. Перебрав пальцем лежавшие на стойке монетки, он отыскал десятипенсовик, залпом допил водку и пошел к выходу. Походку Дэвида нельзя было назвать нетвердой, но это стоило ему немалых усилий.
Отыскав в вестибюле телефон-автомат, он опустил в щель монетку и поднял трубку. Набрав номер, Дэвид стал ждать.
— Ну давай же, Кейт, — бормотал он, не слыша ответа. — Почему тебя нет именно тогда, когда ты нужна мне?
Но на том конце провода никто не отвечал. Нетерпеливо вздыхая, Дэвид прислонился к стене, заметив вдруг, что шатается.
Телефон звонил и звонил, и вот наконец в двери кабинета Кейт Маккэррик повернулся ключ. Дверь распахнулась, и Кейт, бросив у порога на пол сумку, подбежала к столу и схватила трубку.
— Алло! — задыхаясь крикнула Кейт. Послышался щелчок, и связь прервалась.
— Черт... — проворчала Кейт.
Эш чертыхнулся и бросил на рычаг трубку.
Он прислонился головой к стене и уставился в потолок. В висках стучало, от выпитого спиртного кружилась голова. Какое-то время он стоял, не двигаясь с места, потирая пальцами лоб и глаза. “Ну и черт с ними, Эш, — уговаривал он сам себя. — Пусть проделывают свои чертовы трюки и играют в дьявольские игры с кем-нибудь другим. Какое тебе до всего этого дело?”
— Вот именно, какого дьявола! — произнес он уже вслух.
Неужели он просто болезненно реагирует на происходящее? Неужели все дело в том, что он разозлился на Кристину за то, что она сбежала от него, не оставив даже записки, как будто то, что было между ними ночью, не имеет для нее ровным счетом никакого значения? Он вспомнил, как она хотела его, быть может, даже сильнее, чем он ее, с какой страстью прижималась она к нему всем телом. Он вспомнил, как в конце концов откликнулась на ее призыв его плоть, и он, поначалу растерявшийся и ошеломленный, занимался с ней любовью с таким же всепоглощающим желанием и страстью, как и она. Даже воспоминание об этих минутах было возбуждающим.
Но пожар! Эта мысль пронзила его и мгновенно вытеснила из головы сладострастные воспоминания. Получается, что огонь был не более чем плодом его воображения. Но этого не может быть, это невозможно! Он не мог выдумать эту жару, клубы едкого дыма. Господи! Что же в действительности произошло с ним в этом подвале?! “Выброси все это из головы, — настойчиво убеждал его внутренний голос. — Пусть они купаются в собственных несчастьях”.
Эш оттолкнулся от стены и нетвердой походкой направился к двери, стремясь поскорее оказаться на улице и вдохнуть холодного свежего воздуха. Он уже взялся было за ручку двери, но в этот момент она открылась и в вестибюль вошли двое — парень обнимал молодую девушку. Эш отступил в сторону, и парень, даже не взглянув на него, кивнул в знак благодарности. Они направились к бару — парень что-то шептал на ухо своей спутнице, а та тихо смеялась.
Эш вышел на улицу и поднял воротник, спасаясь от пронизывающего холода. Дверь за ним захлопнулась, отрезав от улицы уютный свет и тепло холла.
Увидев припаркованный к тротуару старый “Уолсли”, Эш буквально застыл на месте. Из темноты салона сквозь ветровое стекло на него пристально смотрела Кристина.
Он в нерешительности помедлил. Потом обошел машину и распахнул пассажирскую дверь. От резкого движения металлические петли заскрежетали. Дэвид наклонился и заглянул внутрь.