Страница 20 из 78
Харкорт улыбнулся и тоже сделал глоток из своего бокала. Он ослабил узел галстука, расстегнул воротничок рубашки и пуговицы на пиджаке вечернего костюма, выпустив на свободу уже появившееся и довольно заметное брюшко. Светлые и уже начавшие редеть волосы насквозь просвечивали в свете стоявшей за его спиной лампы.
— Сегодня прекрасный вечер, — тихо сказала Кейт, поглаживая пальцами выпуклую поверхность бокала. Она скинула по очереди сначала левую, а затем правую туфлю и, оставшись в колготках, вытянула скрытые длинной юбкой ноги, удобно откинувшись на мягкую спинку дивана.
— Это еще далеко не конец... — нежно ответил он.
— Нет, не стоит торопиться, — игриво сказала Кейт.
— Ты заслуживаешь награды, и мне хочется сегодня позаботиться о тебе, побаловать. — Он придвинулся к ней еще ближе. — Я не хочу уходить от тебя сегодня.
Кейт удивленно подняла брови.
— Как я догадываюсь, женушки нет дома?
— Нет, — покачал он головой, — это неверный муж в отъезде. Я уехал по делу. Хелен уверена, что меня нет в городе.
— Мне не нравятся такие игры, Колин.
— Но я говорю вполне серьезно, старушка.
Несмотря на его легкий тон, она поняла, что он действительно не шутит.
— Это не то, что я хочу...
Раздавшийся в холле телефонный звонок заставил ее замолчать.
Харкорт взглянул на часы.
— Однако уже несколько поздновато для того, чтобы звонить кому-либо. Как ты считаешь? Брось, не подходи, пусть катятся к черту и звонят кому-нибудь другому.
Кейт со вздохом поднялась с дивана.
— Но, может быть, случилось что-то важное. Их счастье, если это действительно так... в такое время... — бормотала она себе под нос, идя через холл к телефону.
Харкорт с недовольным видом потягивал бренди и прислушивался к доносившемуся через открытую дверь голосу Кейт.
— Алло. Маккэррик у телефона... — Пауза. — Эдит?.. Что-то случилось?
Сидя в гостиной своего маленького домика в окрестностях города, Эдит Фипс потуже стянула вокруг горла воротник ночной сорочки. Устроившись в плетеном кресле возле маленького столика, на котором помещались только телефонный аппарат и настольная лампа, она украдкой оглядывалась вокруг, словно даже ночные тени способны были подслушивать ее разговор. Когда Эдит наконец заговорила, голос ее звучал возбужденно и тревожно.
— Кейт... послушайте, это важно. Мне кажется, что с Дэвидом что-то произошло.
— О чем вы говорите, Эдит? — Кейт тоже встревожилась. — Вы получили от него какие-то сведения?
— Нет, меня разбудило приснившееся мне видение.
— Видение? — с ноткой раздражения переспросила Кейт. — Эдит, вы знаете, сколько сейчас времени?
— Извините меня, Кейт. Я не хотела вас будить...
— А вы меня не разбудили, — ответила Кейт, между тем как Эдит продолжала говорить.
— ...Но я видела все так ясно, это было так страшно... Я видела, как Дэвид тонул.
— Успокойтесь, — стараясь скрыть беспокойство, как можно более твердо сказала Кейт. — Это был всего лишь сон.
— Нет, это было нечто гораздо большее, — продолжала настаивать ЭдиТ. — Он в опасности. Я чувствую, что ему грозит опасность. Все было так непонятно... Дэвид был под водой, и что-то тянуло его вниз. Ему было так страшно...
— Вы хотите зарегистрировать предвидение?
— Ради Бога, Кейт, не будьте со мной столь официальны. Я звоню вам как Друг. Что-то не в порядке с тем домом, который обследует сейчас Дэвид. Меня не покидает ощущение грозящей ему беды.
Кейт почувствовала, что, несмотря на раздражение, ее тоже охватывает тревога.
— Ваше беспокойство передалось и мне, Эдит. К сожалению, в данный момент мы с вами мало что можем сделать. Слушайте, завтра я при первой же возможности свяжусь с Мариэллами. — Она заметила, что Харкорт, стоя с бокалом в руке в проеме двери, не сводит с нее взгляда. — Он должен был позвонить мне оттуда еще днем, но, должно быть, слишком увлекся установкой оборудования. Насколько я поняла, Эдбрук представляет собой довольно большой особняк.
— А вы не можете позвонить сегодня? Кейт буквально заставила себя противостоять настойчивости медиума.
— Нет, это слишком неприлично. Сейчас уже очень поздно, чтобы беспокоить их.
— Кейт...
— Пожалуйста, Эдит, не волнуйтесь так, — по-прежнему непреклонно, но уже более мягким тоном сказала Кейт. — Знаете, вполне возможно, что это все-таки не более чем плохой сон. Разве вы не помните, что за ленчем мы как раз говорили о Дэвиде? Вероятно, что наш разговор стал причиной явившегося вам во сне видения.
— Если вы не хотите сделать это сами, позвольте мне туда позвонить.
— Вы же знаете, что это невозможно. Клиентам нашего Института гарантируется абсолютная секретность. Я не имею права даже обсуждать их проблемы с вами. И к тому же у меня нет их телефона. Мне придется поискать его завтра в справочнике. — Кейт взглянула на бокал с бренди в руках Харкорта и почувствовала, что ей самой сейчас нужен хороший глоток. — А теперь, пожалуйста, возвращайтесь в постель и постарайтесь не волноваться — ваше нынешнее состояние едва ли пойдет вам на пользу. Обещаю, что непременно свяжусь с вами, как только что-нибудь узнаю, — неважно, хорошими или плохими будут новости.
— Пожалуйста, Кейт...
— Спокойной ночи, Эдит.
Услышав щелчок разъединения линии, медиум вздрогнула от неожиданности. Прежде чем положить трубку на рычаг, она еще некоторое время в оцепенении смотрела на нее. Потом перевела взгляд на противоположную стену, и мысли ее вновь обратились к Дэвиду Эшу.
Кейт в задумчивости отвернулась от телефона. Перед ней маячила высокая фигура Харкорта.
— Все это звучало довольно мрачно, — сказал он.
— Это одна из сотрудниц нашего Института — она медиум, — в смятении ответила ему Кейт. — Она была очень расстроена.
— Судя по всему, очень нервная особа, — презрительно отозвался он.
— Как правило, она мыслит не менее здраво, чем мы с тобой.
— Здраво? Человек, который общается с призраками? Перестань, Кейт, я допускаю, что ты относишься к исследованию такого рода вещей очень серьезно, но я уверен, что бывают моменты, когда даже ты с трудом веришь во все эти басни.