Страница 62 из 88
- У меня "Оливетти"! - с гордостью поправила я.
- Неважно! - продолжала бушевать Марта. - Надо позвонить, один из них звонит, а там занято!!! Сидит и дозванивается терпеливо! Не знаю, слышали ли они о компьютерах, которые есть в каждой школе. Об Интернете наверняка слыхали! Как такие могут хоть чего-нибудь добиться?!
Я пыталась успокоить девушку:
- Говорила ведь тебе, что техническое оснащение обычного полицейского отделения еще хуже, чем в наших больницах. Но все же у них водятся и картотеки, и фотографии...
- Картотеки! - фыркнула Марта. - В этих картотеках они могут рыться до посинения, разыскивая нужную бумагу, ну прямо как ты. Где у тебя шестнадцатая страница? - вдруг заорала она диким голосом.
Я вздрогнула. Всевозможных шестнадцатых страниц у меня было множество, хотя и признаюсь - с ходу найти их было бы нелегко. А на Мартусю что обижаться. Уровень технического оснащения нашей полиции кого угодно доконает. Это к услугам преступников самые современные завоевания цивилизации, а у полиции лишь антикварные "Ремингтоны" и устаревшие картотеки. Хоть смейся, хоть плачь...
Вскоре выяснилось, что Мартуся распсиховалась не только из-за жалкой милицейской техники, но и по существу. Об этом она поведала нам, немного побегав и выкричавшись.
- Если вчера я ничего не понимала, - мрачно заявила девушка, - то сегодня понимаю и того меньше. Вцепились они в меня, словно клещи, выпытывали о пожаре, о краже со взломом в моей квартире и на телевидении. Откуда я узнала, что там пожар? Очень просто - от Павла. А что там было в отеле, зачем я вообще явилась в "Мариотт" и что мне известно о Доминике? Так ведь обо всем этом они уже давно должны знать от Чарека. Или наш прекрасный Чарусь для себя коллекционирует все наши показания? Это же не бабские сплетни, а информация для служебного пользования. И вот еще что. Я просто голову сломала, никак не могла решить, надо ли упоминать о тебе. Ведь о чем только не расспрашивали, а о тебе ни слова! Ни о тебе, ни о твоей кошачьей пташке. И в конце концов у меня как-то вырвалось: дескать, их сотрудник нас уже обо всем этом расспрашивал и ему все давно известно. Какой сотрудник? А я знай твержу - Чарусь да Чарусь, фамилия и звание из головы вон, потом вспомнила, говорю - как же, пан майор Чарусь Прекрасный! Так они выразительно переглянулись и очень вежливо дали мне понять, что я заговариваюсь.
Теперь уже и я помрачнела.
- Могла бы запомнить - младший инспектор Цезарий Блонский. Может, он, не дай бог, какая спецслужба?
- Так что, между ними стена? Железный занавес?
- Не знаю, не скажу. Возможно, им пришлось перед тобой притворяться, что такого инспектора не существует. Но главное не это. Так, говоришь, они не связали одного с другим?
- Они вообще ничего не связали.
Молча выслушав Марту, Витек высказал мнение:
- Вынужден с вами согласиться, история странная. С ментами сталкиваться мне приходилось, профессия такая. Техника техникой, но ведь невозможно, чтобы они были такими идиотами. Я-то знаю, что никакие они не идиоты, обычно много чего знают и соображать умеют. Так что ваше счастье, что не обязаны опираться на реальные факты, а можете писать все, о чем захочется.
Последние слова бальзамом пролились на наши изболевшиеся сердца, и мы с Мартой сразу успокоились. Марта тут же оживилась и даже преисполнилась оптимизмом. А ведь и в самом деле: независимо от всяких дурацких осложнений в развитии реальных событий, наш сценарий может развиваться по заранее задуманному плану, и какое имеет значение, понимаем мы происходящее вокруг нас или нет. А если в сценарии навыдумываем даже несусветные глупости, жизнь все равно их переплюнет.
Отбросив посторонние мысли, Марта с Бартеком принялись оживленно обсуждать профессиональные проблемы, а именно сценографию первой серии нашего произведения. Предполагалось снимать в павильонах, причем следовало продумать во всех подробностях их интерьеры, чтобы использовать не один раз. Я же все никак не могла смириться с пилюлей, преподнесенной нам прекрасным Цезарем. И не выдержала:
- Ну нет, так я этого не оставлю, все же позвоню ему.
Занятая интерьерами, Марта не сразу врубилась.
- Кому?
- Да Цезарю же. Он оставил мне номер своего личного телефона, чтобы звонила в случае чего. Глупо звонить без причины, помоги выдумать какой-нибудь предлог.
Мартуся, умница, сразу сделала дельное замечание:
- Я считаю, мы вообще должны появляться не с вопросами, а с сообщениями. Не наше собачье дело задавать вопросы. Сколько раз он давал нам это понять!
- Правильно, - согласилась я. - И не обязательно что-то сногсшибательное, достаточно легкого подозрения. Так что мы с тобой заподозрили?
- Все.
- Многовато, давай что-нибудь пусть и маленькое, но конкретное.
Все замолчали и принялись интенсивно выдумывать конкретику.
- Знаю! - осенило меня. - Анита! Кубяк! Мы еще про Кубяка ему не рассказывали.
Осторожный Бартек предостерег:
- Если этот Кубяк настоящий, может вас и привлечь. Прокурору пожалуется. Вот у меня лично все в голове перепуталось, я просто не в состоянии разобраться, что настоящее, а что вы придумали.
А Мартусе еще кое-что вспомнилось, и она нерешительно спросила:
- Слушай, а Плуцек? О Плуцеке мы Чареку рассказывали?
Я озадаченно молчала. Черт его знает, разве все упомнишь? Но как бы то ни было, по-моему, Кубяк в качестве предлога - лучший.
Разыскала личный номер сотового телефона майора Цезаря. Прошлый раз как-то сразу дозвонилась, а вот теперь не получалось. Официальный голос автомата отчетливо сообщал мне какую-то информацию, возможно, чрезвычайно интересную и важную для молодежной аудитории, но совершенно непонятную мне. И в заключение меня попросили оставить сообщение. Никаких сообщений я оставлять не собиралась и переключилась на обычный телефон. И опять номер Чарека не отвечал. Но от меня не так просто отвертеться, не на ту напал!
- И не надейся, я тебя, подлеца, все равно отловлю! - сквозь зубы прошипела я и набрала телефон дворца Мостовских. Во времена ПНР в этой резиденции МВД мне были знакомы и многие сотрудники, и их телефоны. По слухам, полиция унаследовала резиденцию, так что должна была унаследовать и номера телефонов.