Страница 173 из 243
- А то где же! – радостно улыбаясь, ответила девушка, показываясь из-за кресла, - сижу в засаде, как было велено.
- Ну как, увидела?
- Да, - прикрыв глаза от восхищения, сказала девушка, как будто и в самом деле только что увидела одно из величайших чудес, а не комнату с мониторами и сейфом, - у меня слов нет, так интересно и здорово!
- И хорошо, что нет, болтать нам сейчас некогда, ты возвращайся в гостевой дом, а мне надо этому козлику жрать принести. Так что, давай-ка быстренько отсюда уберемся, пока остальные не пришли.
Спорить Фатима не стала, молча подхватила корзину и пошла к двери.
- А это зачем? – не поняла главная горничная, - я ведь принесла белье.
- А за тем, моя гениальная, но рассеянная подруга, - улыбнулась Фатима, - что если меня кто-то увидит, то подумает, что я просто за бельем для гостевого дома ходила, а не просто так в дом и обратно шлялась. Понимаешь?
-А, ну да, - кивнула Евгения, явно разочарованная тем, что не смогла предусмотреть все, - хорошо придумала.
Не теряя больше времени, женщины вышли в коридор и быстро зашагали к лестнице. Фатима как всегда была в маске и надвинула кепку, а вот перчатки вместе с дисками уютно устроились на дне корзины, завернутые в простыни и наволочки. В холле они разошлись, Евгения отправилась на кухню за обещанным обедом для охранника, а Фатима вышла во двор, осторожно оглядываясь по сторонам. Обед уже подходил к концу – долго есть на вилле имел право только сам посол – поэтому двор постепенно наполнялся жужжанием газонокосилок и стуком молотков, кое-где уже садовники снова вышли на свои посты и подвязывали цветы, смеясь и переговариваясь. Увидев «Анжелику», группа молодых рабочих, пропалывающих клумбу возле фонтана, помахали ей руками. А один парень даже послал воздушный поцелуй, отчего остальные тут же расхохотались. Фатима тоже посмеялась и погрозила ему кулаком, вызвав новый приступ смеха, а потом двинулась дальше, пораженная и одновременно довольная тем, что ее до сих пор никто не раскрыл. Но ведь люди беспечны, напомнила она себе, они видят только то, что привыкли видеть, поэтому вряд ли тут есть что-то удивительное.
По дороге в гостевой дом она завернула в раздевалку, прекрасно зная, что там будет пусто, и не ошиблась. Там она быстро переложила свои сокровища в сумку, а сумку повесила под одежду, предварительно напихав в нее всякого хлама вроде салфеток, платочков и пудрениц, словом, обычного женского барахла. Она не боялась оставлять здесь свою добычу, ведь она будет уходить первой, а значит, до нее вряд ли кто-то зайдет сюда. И все же осторожность идет рука об руку с долгой жизнью, поэтому-то она и набрала с собой всякой ерунды, чтобы прикрыть диски. Когда она выходила из раздевалки, никто даже не глянул в ее сторону, мало ли зачем девушке понадобилось туда зайти, тем более, пробыла она там недолго, так что правила работы не нарушила. Это только еще раз порадовало Фатиму, которая и без того была уже в одном шаге от успеха. С легкой улыбкой на лице она застелила все кровати и даже приготовила диван, с легким сердцем она отдавала главной горничной корзину с принесенным ею бельем и с таким же легким настроением покидала виллу посла, чтобы очень скоро сюда вернуться.
Выходя за ворота, она испытывала даже легкую грусть, ведь за этими высокими стенами был совсем другой мир, свой, со своими законами и порядками и со своими жителями, дружелюбными и привыкшими уже друг к другу так сильно, что знали все недостатки друг друга и мирились с ними. Там были свои положительные и отрицательные герои, но большинство, как и в жизни, носили не одноцветные маски, а были и плохими и хорошими одновременно. Вот, например, ее «подруга» Евгения, одни ее ненавидели, другие относились нормально, третьи – нейтрально. Для кого-то там она была грозой, для одних клоуном, для других – приветливой коллегой, готовой помочь и отблагодарить за помощь. Для нее самой эта глупая женщина стала и помощником, и постоянным раздражителем, но ведь, воспринимая Фатиму как подругу, она действительно сделала для нее все, хоть и подчеркивала постоянно свою значимость. Весь мир как косичка, черно-белый, думала Фатима, медленно бредя по парку, и слои эти не один над другим, как учат нас в детстве, нет, слои эти один в другом, и этому учит нас жизнь.
У нее еще была пара часов, даже больше для того, чтобы не спеша пройтись и успеть припрятать дома диски, а потом пойти в бар. Сегодня они собирались отмечать ее последний рабочий день, но для Фатимы окончание сегодняшней смены на вилле стало еще и окончанием длинного и трудного подготовительного этапа в ее деле, а завтра утром ее задание перейдет на другой уровень. Последний. И сегодня она как раз собиралась сказать своим «подругам», что получила письмо от своего возлюбленного и скоро уезжает к нему. Да, где-то числа 6 уезжает. Она даже не поскупилась бы и напоила этих пустоголовых баб, пусть пьют, ведь это будет их последняя выпивка в жизни.
Но не сегодня, нет, сегодня они ей еще нужны, особенно Евгения, ведь от кого же еще она сможет узнать о планах посла, как не от его прислуги.
Думая обо всем этом, и испытывая одновременно приятное возбуждение и расслабленность, Фатима вышла к фонтану, где уже вовсю колесили на роликах подростки. Мимо нее на полном ходу проскакивали парни и девушки в широченных штанах и необъятных майках, с видимой легкостью, граничащей с небрежностью, они скользили на своих досках и роликах вокруг нее, всем своим видом демонстрируя превосходство и полное безразличие к миру и людишкам, населяющим его. Но особенно выделялся стройный парень лет 17 с длинными до плеч африканскими косичками, собранными в толстый хвост. На парне была светло-голубая майка-борцовка и широкие небесно голубые джинсы. Одежда выгодно подчеркивала его загорелые мускулистые руки, и девочки так и сновали вокруг него, а их принц с поистине королевским высокомерием старательно выписывал круги на своей доске, не замечая никого вокруг.