Страница 170 из 243
Разговаривая, они вошли в пустую в этот час раздевалку, Фатима быстро переоделась, повесив большую сумку, принесенную с собой на крючок. Именно в этой сумке, больше похожей на мешок на ручке, она и собиралась вынести диски с записью камер наблюдения. Пока она надевала форму и завязывала передник, Евгения не переставая трещала о завтрашнем приезде горячо ею любимого и ожидаемого Виктора Владимировича, похоже, она была единственным человеком на всей вилле, кто на самом деле радовался приезду начальника охраны. Как девочка, главная горничная хихикала и стреляла глазками, пока только в воздух, но уже завтра она намеревалась пустить свои чары в ход, бросить все средства, какие имеются в распоряжении женщины для завоевания крепкого мужского сердца. Фатиму это и забавляло и раздражало одновременно, но она была слишком занята предстоящей работой, чтобы тратить чересчур много внимания на пустой треп своей «подруги».
- Народу опять прибавилось, - сообщила Евгения, когда девушка была готова, - так что по двору так просто разгуливать нельзя. Зато появилась работа в гостевом доме, ты уже там была, помнишь?
- Только не говори, что надо опять мыть окна, - скривила мину Фатима.
- Нет, с окнами все в порядке, по крайней мере, до первого дождя. А вот постели надо застелить. Причем, не только в спальне. – Она выдержала театральную паузу, ожидая вопросов, но их не последовало, Фатима просто стояла и ждала. – Нам сказали, что ожидается много гостей, поэтому постелить придется и на диванах и раскладных креслах – для телохранителей. Тут, похоже, будет настоящая турбаза для политиков, никогда я еще такого не видела. Пока стелить не надо, но надо приготовить белье, чтобы в любой момент, если их, и правда, будет так много, можно было сделать из дивана или кресла кровать.
- Так что мне делать? – спросила Фатима.
- Ну, для начала, взбить перины и подушки и ждать меня с бельем.
- А когда ты покажешь мне, что обещала?
- Покажу, не сомневайся, просто сейчас, сама понимаешь, самый разгар дня. Но ты все увидишь, я выберу момент и скажу тебе. А теперь пошли работать, такая наша лоховская доля. – И главная горничная громко и вульгарно засмеялась.
Казалось, целую вечность Фатима взбивала большие и маленькие атласные подушки, лупила перины и открывала окна, чтобы проветрить после этой постельной бойни. Руки ее работали сами по себе, в то время как голова полностью переместилась уже в комнату охраны и снова и снова открывала сейф. У нее будет только несколько минут, может всего 5 или 7, и за это время она должна не только открыть сейф, но и отобрать нужные ей диски, не может же она унести все. Да, опять адреналин, но это ее жизнь, которую она сама выбрала и которую любила, так что, стоит ли врать смой себе? Да, она нервничает, но эта сладкая дрожь в мышцах очень даже приятна, именно она украшает ее жизнь, наполняет красками и смыслом. Именно ради этого ощущения, а давно уже не из-за денег она соглашается убивать снова и снова, ей нравится быть хищником, нравится чувствовать в ветре запах крови, которую прольет она, нравится ходить по лезвию ножа и каждый раз выходить победительницей.
И ей нравится успех, она не зря выбирает самые трудные дела, она делает это потому, что ей такие дела доверяют, и это ей льстит. Она гордится, что она – номер 1 в своем мире, а это очень, очень много, и за такой триумф она платит вполне приемлемую цену, можно даже сказать, чисто символическую цену. Такие мысли роились у нее в голове, так бывало всегда перед тем, как она выходила непосредственно на линию огня.
Весь этот маскарад был всего лишь тусклой подготовкой к самому важному и главному событию – убийству, ведь ее работа, в конце концов, не проникать в недоступные места, ее работа – убивать, а все, чем ей приходится заниматься, всего лишь серая рутина перед праздником. Именно так она воспринимала последние полтора месяца – рутина, которая всегда предшествует ярким моментам. Что ж, подумала она, автоматически колошматя подушки в спальне №2 гостевого дома, та самая ночь наступит уже через 4 дня и уж точно принесет немало ярких моментов.
На этот раз ожидание далось ей намного легче, может, потому, что теперь все было решено и распланировано, а может, потому, что в ее голове так и роились мысли, но она совсем даже не нервничала и не выглядывала каждую минуту в окно, в надежде увидеть Евгению, идущую к дому за ней. Поэтому время и пролетело так быстро, а когда главная горничная все-таки пришла, Фатима уже спокойно сидела в кресле перед застеленной широкой кроватью в спальне номер 1, сложив руки на груди и глядя в окно.
- Быстро ты справилась, - обрадовалась главная горничная, ставя на пол корзинку с бельем. – А белья, небось, только на одну кровать и хватило?
- Ну да, ты же сама сказала, что принесешь. Я пока все тут взбила и приготовила.
- Это хорошо. А теперь слушай план. – Заговорщически зашептала главная горничная, как будто кто-то мог их здесь услышать, - я принесла не все белье, все в одну корзину бы и не поместилось, надо же еще халаты и полотенца учесть. Я сделала это специально. Сейчас мы вместе пойдем в бельевую с корзиной, якобы за простынями и прочей фигней, а потом, когда я скажу, ты войдешь в комнату охраны и все посмотришь. Только выходи сразу, как только я скажу, потому что если нас на этом поймают, нам обеим придется сидеть, сама должна понимать, мы на вилле посла, а не в Диснейленде.
- Как скажешь, - согласилась Фатима, - в тюрьму я не хочу. А вот такое приключение надолго запомнится! Я буду паинькой.